Пнин

Глава первая / 1

В поезде едет пожилой профессор Тимофей Пнин, русский эмигрант, преподающий русский язык в университете Уэйнделя. Он описывается как лысый, загорелый человек с нелепой внешностью, одержимый расписаниями и мелкими бытовыми неурядицами. Пнин вспоминает свою прошлую жизнь в Европе и нынешние привычки, а также рассказывает о своих студентах и манере преподавания, которая вызывает у них смех. Выясняется, что он сел не в тот поезд: остановка в Кремоне, куда он едет с лекцией, отменена два года назад. Кондуктор сообщает ему об этом и советует выйти в Уитчерче, чтобы пересесть на автобус. Пнин, расстроенный потерей времени, берёт чемодан и уходит в тамбур ждать нужной станции.

Глава первая / 2

Пнин прибывает на станцию Уитчерч, чтобы получить справку и сесть на четырёхчасовой автобус до Кремоны. Он оставляет чемодан на попечение служащего, но когда возвращается, тот ушёл, а заместитель не может помочь. Пнин указывает на чужой чемодан, сомневается, и в итоге уезжает на автобусе без багажа, решив забрать его позже. Вскоре он обнаруживает, что вместо чемодана взял с собой рукопись Бетти, и в панике выходит из автобуса в незнакомом городе. В парке у него случается приступ тревоги, напоминающий детскую болезнь, когда он лежал в компрессе и пытался разгадать узор на обоях. Придя в себя, он возвращается на станцию, где первый служащий уже вернулся и отдаёт ему чемодан. Служащий советует ему догнать фургон, который едет в Кремону, и Пнин отправляется с этим указанием.

Глава первая / 3

Пнин благополучно добирается до Кремоны и успевает к обеду, после чего, надев чёрный костюм и разложив по карманам рукописи, садится возле кафедры. Председательница Джудит Клайд представляет его аудитории, попутно анонсируя следующую лекцию и ошибаясь в его фамилии. Пнин не слушает: его захватывает короткое видение, в котором он видит своих покойных родных, возлюбленную и старых друзей, включая расстрелянного однокашника и родителей, смотрящих на него с гордостью. Видение исчезает, и он возвращается к реальности, где соседки по залу обмениваются комплиментами по поводу речи председательницы.

Глава вторая / 1

В Уэйндельском колледже звонят колокола, а профессор Лоренс Клементс и его жена Джоана, недавно расставшиеся с дочерью Изабеллой, которая вышла замуж и уехала, чувствуют уныние и одиночество в опустевшем доме. За скудным завтраком Лоренс бранит коллегу Блоренджа, а Джоана его защищает. Затем раздаётся телефонный звонок: сначала незнакомец ошибочно спрашивает миссис Файр, но потом перезванивает и представляется профессором, ведущим русские классы. Он хочет осмотреть комнату, которую Клементсы сдают. Джоана соглашается, но Лоренс, узнав, что это профессор Пнин, отказывается жить с ним под одной крышей и уходит наверх готовить экзамен по курсу «Эволюция смысла». Супруги остаются в напряжении из-за предстоящего визита квартиранта.

Глава вторая / 2

Джоана замечает у дома соседки мужчину в макинтоше — это Тимофей Пнин, который пришёл снять комнату. Он рассказывает о своей биографии: родился в Петербурге, воевал в Белой армии, бежал в Константинополь, жил в Праге и Париже, теперь преподаёт русский язык в Вандальском университете. Пнин осматривает комнату дочери Клементсов, торгуется о цене и соглашается на доллар в день. В тот же день его студент перевозит вещи, и Пнин обустраивается, выселяя детские книги.

Вечером у Клементсов собираются гости. Пнин сначала отказывается от спиртного, но позже появляется со стаканом и жалуется Джоане на сквозняки и шум. Один из гостей, Джек Коккерель, пародирует Пнина, а сам Пнин говорит, что через пару лет его тоже будут принимать за американца. Джоана обещает достать обогреватель.

Глава вторая / 3

Гости расходятся, и Пнин поднимается наверх со стаканом. Профессор Энтвисль и хозяин дома, Клементс, остаются на крыльце. Энтвисль сожалеет, что не может уговорить Клементса переехать в Голдвин, перечисляя преимущества: там есть Шварц, старик Крэйтс, озеро и даже собственный профессор Пнин. Клементс отвечает, что предложения приходят слишком поздно: он собирается в отставку и предпочитает остаться в привычном месте. Затем разговор переходит на некоего мсье Блоренджа. Энтвисль говорит, что тот производит приятное впечатление, но напоминает ему мифического главу французского отделения, который считал Шатобриана знаменитым поваром. Клементс предостерегает его: этот анекдот впервые рассказали именно о Блорендже, и он был правдой.

Глава вторая / 4

На следующее утро Пнин отправляется в город на мучительную процедуру удаления зубов. После операции он несколько дней скорбит по своим зубам, но когда ему ставят протезы, он приходит в восторг от новой «игрушки» и чувствует себя обновлённым. Он демонстрирует вставную челюсть Лоренсу Клементсу, убеждая его последовать своему примеру. Пнин живёт у Клементсов, где его чудачества — порча обогревателя, одержимость стиральной машиной, привычка чистить одежду на лестнице — вызывают у хозяев снисходительную симпатию. Между Пниным и Лоренсом завязывается дружба на почве научных интересов; Пнин показывает ему русские жесты, которые Лоренс снимает на плёнку. Пнин увлекается аспиранткой Бетти Блисс, но его сердце принадлежит другой. В середине семестра он получает телеграмму от бывшей жены, доктора Лизы Винд, и взволнованно сообщает Клементсам, что хочет принять её в субботу.

Глава вторая / 5

В этой главе рассказывается о прошлом Тимофея Пнина и его бывшей жены Лизы. Познакомившись в Париже в 1925 году, они поженились, но Лиза, поэтесса и студентка-медичка, в 1938 году ушла к доктору Эриху Винду. Пнин тяжело переживает разрыв, но в 1940 году Лиза возвращается к нему беременная, и они вместе отправляются в Америку. На корабле Пнин случайно встречает Винда, который признаётся, что Лиза вернулась к мужу лишь ради ребёнка, и что он сам едет в США, чтобы жениться на ней. После прибытия Пнин и Лиза расстаются окончательно. Позже Пнин узнаёт, что Винды работают психиатрами и практикуют сомнительные методы групповой терапии, что вызывает у него отвращение и жалость к Лизе.

Глава вторая / 6

В субботу утром Джоана предлагает мужу Лоренсу предоставить дом Тимофею Пнину для встречи с его бывшей женой Лизой, но Лоренс не хочет уходить. Пнин в новом коричневом костюме ждёт Лизу на автобусной станции, волнуясь. Она приезжает, и они едут к нему домой. Лиза рассказывает о школе для сына Виктора, о том, что разлюбила Эриха, и читает своё стихотворение. Она просит Пнина ежемесячно откладывать деньги для мальчика, так как сама может умереть, а Эриху всё равно. Пнин соглашается. Лиза уезжает, критикуя его костюм. Пнин идёт через парк, плача, и замечает белку у фонтанчика; он помогает ей напиться, нажимая на рычажок, после чего белка убегает. Пнин продолжает путь к бару.

Глава вторая / 7

Джоана возвращается домой с покупками и находит в почтовом ящике авиаписьмо от дочери Изабеллы, которая после медового месяца сообщает о своей счастливой жизни. Облегчённая мать читает письмо и замечает ключи Пнина, торчащие из замка. Войдя, она слышит грохот из кухонного чулана: там Пнин ищет виски и минеральную воду. Он выходит с заплаканным лицом, говорит, что ему ничего не нужно, и садится за стол. Джоана пытается отвлечь его журналом с карикатурами, но Пнин отвергает американский юмор и разражается рыданиями, повторяя, что у него ничего и никого нет. В этот момент появляется Лоренс, которому Джоана жестом показывает на письмо; он забирает его и тихо уходит. Пнин продолжает безутешно плакать.

Глава третья / 1

Пнин, преподаватель Уэйндельского университета, за восемь лет сменяет жилье почти каждый семестр, и все его комнаты вспоминаются ему как выставка мебели. С годами он становится привередлив и ищет тишины. В Университетском Доме Холостых Преподавателей его беспокоят рабочие, сверлящие улицу Черепной Коробки. В «Герцогском павильоне» над ним тяжело топают соседи Стары из Отделения Изящных Искусств. В уютной спальне-кабинете из радиатора доносится классическая музыка, которая исчезает лишь после смерти старой матери госпожи Тэер. Пробует он и комнаты в частных домах, где на этажерках неизменно стоят книги ван Луна и Кронина.

Глава третья / 2

Пнин временно возвращается в Университетский дом, но там снова появляются бурильщики мостовой и другие неудобства, поэтому он переезжает в спальню на втором этаже дома Клементсов. Это первое жильё, которое ему действительно нравится, и он занимает его больше года. Он считает, что вытравил все следы прежней обитательницы, хотя не замечает нацарапанной рожицы за изголовьем и отметок роста на косяке. Уже больше недели дом в его распоряжении: Джоана улетела к дочери, а профессор Клементс уехал на Запад по телеграмме.

Пнин неторопливо завтракает и в половине десятого собирается пешком в университет. Он надевает пальто своим привычным российско-интеллигентским способом, берёт портфель и выходит. Отойдя от крыльца, он вспоминает, что библиотека просила срочно вернуть книгу. Несмотря на то что она ещё нужна ему, он сочувствует неведомому читателю и возвращается за толстым фолиантом — восемнадцатым томом «Советского Золотого Фонда Литературы», посвящённым Толстому.

Глава третья / 3

В этой главе описываются особенности произношения профессора Пнина, который, будучи носителем русского языка, с трудом овладевает английскими звуками: он смягчает согласные, искажает гласные и произносит слова с характерным акцентом. Также упоминается, что его день рождения по юлианскому календарю приходится на 3 февраля, но он его не празднует. На занятии Пнин выводит на доске дату «26 декабря 1829 года» и время «3:03 пополудни», что не соответствует текущему дню. Он использует грамматическое упражнение, чтобы перейти к разбору стихотворения Пушкина «Брожу ли я вдоль улиц шумных», в котором поэт размышляет о смерти и пытается угадать дату своей кончины. Пнин с воодушевлением переводит строки на английский, а в конце торжественно замечает, что Пушкин умер совсем в другой день, чем тот, что указан в стихотворении. Его стул при этом издаёт треск, вызывая смех студентов.

Глава третья / 4

В перерыве между занятиями Пнин остаётся в классной комнате и вспоминает свой кабинет, который он получил в 1950 году после того, как его переселили из общего помещения с Миллером. Он с любовью обустроил его: выпросил картотеку, приобрёл коврик у старой госпожи Мак-Кристаль, привинтил точилку для карандашей и мечтал о кресле и торшере. Однако, вернувшись после летнего преподавания в Вашингтоне, он обнаруживает, что его мебель сдвинута в угол, а на его месте сидит австрийский учёный доктор Бодо фон Фальтернфельс за новым письменным столом из нержавеющей стали. С этого момента кабинет теряет для Пнина всякую привлекательность.

Глава третья / 5

В полдень Пнин, как обычно, моет руки и голову, забирает из кабинета Р пальто, кашнэ, книгу и портфель. Доктор Фальтернфельс пишет и улыбается, его сандвич наполовину развёрнут, собака околела. Пнин спускается по мрачной лестнице и проходит через Музей Ваяния. Здание Гуманитарных наук соединяется с Фриз-Холлом решётчатой галереей, которую зимой продувает ледяной ветер; кто-то надел красную рукавицу на трубку мёртвого фонтана.

Президент Пур, почти ослепший, ежедневно появляется в Фриз-Холле в сопровождении племянницы и секретарши, шествуя с величавостью античной статуи. За ним на стене — его стилизованное изображение, вписанное Олегом Комаровым в фреску Ланга. Пнин садится рядом с Комаровым, своим соотечественником, с которым находится в состоянии приглушённой вражды. Комаров с женой устраивают «русские» вечера, обучая аспирантов затхлым русским обычаям. Пнин спрашивает Комарова, кому могла понадобиться книга, которую он держит; Комаров отвечает, что не интересуется. Пнин беззвучно шевелит губами, хочет что-то сказать, но не говорит и возвращается к салату.

Глава третья / 6

Во вторник Пнин отправляется в библиотеку Уэйндельского колледжа, своё любимое убежище. По пути он скользит на льду, роняет книгу и замечает стаю голубей. В библиотеке он разговаривает с миссис Тэер о заказанном томе, но выясняется путаница с номером. Затем он просматривает русскую эмигрантскую газету, читает объявления и полемику, что вызывает у него воспоминание о родителях в Петербурге. Пнин работает над своей «Petite Histoire» русской культуры, выписывая из редкой книги Костромского описания языческих обрядов. Внезапно он вспоминает строку из «Гамлета» в переводе Кронеберга, но не может её проверить, так как этого издания в библиотеке нет. Уходя, он чувствует усталость и смутную тревогу, связанную с чем-то, что он слышал в течение дня, но не придал значения.

Глава третья / 7

Пнин сидит на вечернем показе в Новом Холле, где сначала демонстрируют старые комедии, которые ему скучны, а затем советскую кинохронику конца сороковых годов. Кадры счастливой советской жизни — марши, метро, семья рабочего — вызывают у него неожиданные слёзы, хотя он сам считает это глупым. После программы он возвращается домой и ложится спать, поставив два будильника. Во сне он видит русский лес и дорогу из юности, но его пробуждает шум подъехавшей машины: кто-то входит в дом, и молодая девушка, Изабелла, едва не распахивает его дверь, но мать вовремя её останавливает. Пнин остаётся в испуге и недоумении, не понимая, что происходит.

Глава четвертая / 1

Виктор, школьник, каждую ночь перед сном погружается в фантазию о том, что он сын короля. В этом вымысле его отец-монарх, бледный и невозмутимый, сидит во дворце во время мятежа, сотрясающего город, и отказывается отречься от престола, предпочитая изгнание. К нему пробирается вестник из осаждённого Государственного совета, но король лишь холодно острит и смотрит на портрет покойной жены. На самом деле отец Виктора — эмигрант-доктор в Южной Америке, а мать жива и собирается замуж в Буффало. Фантазия, обычно не доходящая до решающего эпизода побега на катере, служит мальчику снотворным. Её источниками стали итальянский фильм, инсценировка, кафкианский рассказ и семейные предания о бегстве русских интеллигентов от большевиков.

Глава четвертая / 2

Виктору теперь четырнадцать, хотя он выглядит старше благодаря спокойной, независимой манере держаться. К матери он относится с нежной снисходительностью, терпя её выдуманные истории, а отчима Эриха Винда считает педантом без чувства юмора. Оба психотерапевта пытаются разыгрывать роли Лая и Иокасты, но Виктор не поддаётся этому фрейдистскому сценарию. Когда брак Виндов начинает распадаться, Лиза сообщает сыну, что её первым мужем был профессор Пнин, и что тот скоро с ним встретится. Виктор представляет себе Пнина как романтическую фигуру, знатока редкостей. Профессор завязывает с мальчиком церемонную переписку: пишет по-французски, присылает открытку с белкой и объясняет происхождение слова «squirrel». Пнин приглашает Виктора на каникулы и обещает встретить его на автобусной станции, условившись о приметах: тёмные очки и чёрный портфель с серебряной монограммой.

Глава четвертая / 3

Эрих и Лиза Винд, родители Виктора, одержимы поиском наследственных корней его художественного дара, перебирая предков — витражиста, ювелира, математика. Сам Виктор с раннего детства демонстрирует необычайные способности: в два года рисует идеальные окружности, в три — точные квадраты, в пять — перспективу, в шесть различает оттенки теней. Родители-психоаналитики считают его трудным ребёнком, поскольку он не проявляет типичных невротических симптомов. Они приглашают чету Стернов провести психометрические тесты, но Виктор игнорирует задания, кукол и кляксы Роршаха, рисуя лишь то, что не укладывается в их схемы. В отчёте Стерны заключают, что его психическая ценность затемнена художественными наклонностями. После этого Винды позволяют сыну читать допоздна и не есть овсянку.

Глава четвертая / 4

Лиза, планируя образование сына Виктора, колеблется между современной детской психотерапией и поиском в американской религиозной среде подобия православной церкви. Сначала мальчик посещает прогрессивный детский сад в Нью-Джерси, затем школу при англиканском священнике, который оказывается талантливым педагогом. В двенадцать лет Виктор поступает в школу Святого Варфоломея в Крантоне, Массачусетс. Описывается внешний вид школы: массивное красное кирпичное здание 1869 года, застеклённая галерея, домик привратника с плющом и кельтским крестом, резное изображение ножа под девизом «Sursum». Внутри — площадки для игры, часовня, дортуары, гимнастический зал, дубовые скамьи. Лиза в восторге от всего при первом посещении. Директор, преподобный Арчибальд Хоппер, не подозревает об интриге, которая вскоре должна его сместить.

Глава четвертая / 5

Виктор, обладая необычайно острым зрением, запоминает школу Сент-Барт по запахам и звукам, а не по образам. Он лучший ученик класса, но уважает лишь учителя рисования Лейка — чудаковатого знатока живописи, который учит, что спектр — это спираль, а не круг, и что в искусстве важно только индивидуальное дарование. Лейк проповедует «натурализацию» рукотворных предметов, и Виктор задумывает изобразить автомобиль, разложив его на отражения окружающего пейзажа. В школьном журнале он публикует стихотворение о живописцах под псевдонимом. С детства он экспериментирует с красками и рассматривает предметы через стакан воды, искажая их формы. Так раскрывается его художественное восприятие и стремление к совершенству.

Глава четвертая / 6

Накануне приезда Виктора Пнин отправляется в спортивный магазин на Главной улице Уэйнделя и покупает там настоящий европейский футбольный мяч, поясняя продавцу жестом, что ему нужен именно круглый мяч, а не американский. Тем же движением рук он обычно иллюстрирует на лекциях «гармоническую цельность» Пушкина. Затем он заходит в книжную лавку, где продавщица не может найти «Мартина Идена» Джека Лондона, а её муж, поэт-любитель, предлагает вместо этого старое издание «Сына волка». Пнин с удивлением замечает, как изменилась слава писателя, но всё же берёт книгу.

Дома он раскладывает подарки в приготовленной для гостя комнате: разворачивает мяч, любуется его кожей, осматривает убранную комнату с новой лампочкой, вкрученной хозяином дома. Закрыв окно от надвигающегося дождя, он находит у себя записку с телеграммой: Виктор сообщает, что приедет ровно на сутки позже.

Глава четвертая / 7

Виктор вместе с пятью другими мальчиками задержан в школе на день пасхальных каникул за курение сигар на чердаке. Сам Виктор почти не курит, но ходил на запретный чердак с товарищами Тони Брейдом и Лансом Боком. Пепел обнаруживают, мальчики сознаются. Тони Брейду, внуку директора, позволяют уехать, но он просит оставить его с остальными.

Директор Хоппер — безвредный, но неприятный человек. Его жена пытается смягчить его гнев и уговорить взять мальчиков в кино, но вместо этого Хоппер забирает их на специальную службу в холодную кирпичную церковь в Радберне, за двенадцать миль. Мальчики воспринимают это как особенно унизительное наказание, поскольку считают Хоппера фальшивым священнослужителем.

Глава четвертая / 8

Виктор добирается до Уэйнделя долгим и неудобным путём: из-за плохой стыковки поездов он вынужден ждать в Олбани и в итоге приезжает поздно вечером на автобусе под проливным дождём. На вокзале его встречает Пнин, который сразу же уводит мальчика в трактир поужинать. За едой Пнин рассказывает о своём имени, о русских обычаях обращения, о спортивных играх своей молодости — боксе, теннисе, крокете и городках, — но Виктор признаётся, что не любит футбол, что слегка огорчает Пнина.

После ужина они едут к братьям Шеппардам, где Пнин снимает комнату. Пнин знакомит Виктора с хозяевами, но, поднимаясь наверх, оступается и скатывается с лестницы, к счастью, без серьёзных последствий. В гостевой комнате Виктор находит подарок — книгу и десять долларов. Он вежливо благодарит, хотя книга оказывается не тем, что он ожидал, и он едва сдерживает зевоту. Пнин желает ему спокойной ночи, и Виктор остаётся один в комнате под шум дождя.

Глава четвертая / 9

Ночь в доме Шеппардов проходит под непрекращающийся дождь, который превращает ручей за садом в бурный поток, уносящий листья, ветки и футбольный мяч, выброшенный Пниным из окна. Пнин наконец засыпает, несмотря на боль в спине, и видит сон, типичный для русских беглецов: он убегает из фантастического дворца в плаще, затем бродит по пустынному пляжу с покойным другом Ильёй Полянским, ожидая спасителя в лодке. Братья Шеппарды не спят: младший размышляет о продаже дома, старший вспоминает о тишине, погосте и молнии, убившей дальнего родственника. Виктор спит, засунув голову под подушку. Около половины второго братья захрапели. Пнин просыпается в пятом часу от следа на песке во сне, у него болит спина, дождь прекратился. Старый Бил Шеппард идёт в уборную, затем все снова засыпают. На пустынной улице ветер морщит лужу, отражающую телефонные провода.

Глава пятая / 1

В романе описывается, как профессор Тимофей Пнин, преподаватель русского языка в Уэйндельском университете, едет на своём старом автомобиле к дому друга Александра Кукольникова, известного как Аль Кук. Пнин недавно научился водить машину, прошёл курс обучения и купил подержанный седан у студентки. Он заблудился в лесистой местности у горы Эттрик, следуя совету случайного служителя на заправке, который направил его по грунтовым дорогам, вместо того чтобы воспользоваться точными указаниями друга. Пнин безуспешно пытается ориентироваться, его манёвры видны с дозорной башни, где муравей тоже блуждает. Внезапно раздаётся выстрел, солнце выглядывает, и Пнин наконец выезжает на мощёную дорогу с указателем на Сосновое.

Глава пятая / 2

Аль Кук, в прошлом Александр Петрович Кукольников, — сын московского купца-старовера, казнённого большевиками. Сам Кук эмигрировал в Америку через Харбин и сделал карьеру в химической промышленности. Он живёт в своём имении Сосновое с женой Сюзанной, бездетной из-за операции. Каждое лето они принимают у себя пожилых русских эмигрантов — интеллигенцию, покинувшую Россию около 1920 года.

Среди гостей — бывшие члены краевых правительств, профессора, философы, ведущие бесконечные споры. Их взрослые дети, выросшие в Америке, держатся отчуждённо и скучают. За хозяйством смотрит нянька Прасковья с мужем-казаком. Варвара Болотова, жена философа, впервые видящая Новую Англию, принимает местную фауну и флору за экзотику: колибри, дикобразов, скунсов и ядовитый сумах, который она с восторгом приносит к столу именинницы Сюзанны.

Глава пятая / 3

Болотовы и Роза Шполянская встречают Пнина, который осторожно въезжает на старой машине в сосновую рощу у Замка Кука. Варвара радостно приветствует его, представляет Шполянской, а Болотов рассказывает о том, что перечитывает «Анну Каренину» и замечает несоответствие в днях недели в начале романа. Пнин, вдыхая запах сосен, точно определяет дату начала действия — пятницу 23 февраля 1872 года, объясняя это упоминанием о Бейсте и его мемуарах. Затем он собирается представиться Александру Петровичу, но Варвара сообщает, что тот уехал до понедельника, и советует Пнину найти Сусанну Карловну, которая загорает на лужайке за домом, и окликнуть её заранее.

Глава пятая / 4

Глава описывает замок Кука, построенный в 1860-х и перестроенный отцом Сюзанны, который превратил его в гостиницу для посетителей целебных источников. К 1920-м вода утратила свойства, и после смерти отца Сюзанна не смогла продать здание, но теперь использует его для приёма друзей. Внутри замок сочетает старинную мебель и убогие предметы. Пнин, остановившийся в комнате на верхнем этаже, спускается в купальном халате и галошах и находит на террасе своего друга Шато. Они обмениваются новостями, обсуждают эмигрантские темы, здоровье и работу. К ним присоединяется художник Граминеев, которому Пнин даёт платок вместо шляпы. Затем Пнин и Шато идут к реке, где Пнин купается в естественном бассейне, сняв крест и часы, а Шато наблюдает за бабочками. После купания Пнин одевается и надевает крест обратно.

Глава пятая / 5

За обедом на веранде Пнин обсуждает с Болотовыми временную диспропорцию в романе Толстого, а после еды играет в крокет, демонстрируя неожиданную ловкость и агрессивную манеру игры. После победы он испытывает странное ощущение растворения в окружающем мире и уходит к соснам, где к нему подсаживается Роза Шполянская и напоминает о Мире Белочкиной, погибшей в концлагере. Это пробуждает в Пнине воспоминания о юношеской любви: их встречи на балтийском курорте, последнее свидание в Петрограде, короткую встречу в Берлине. Он вспоминает ужасные обстоятельства смерти Миры и пытается подавить эти мысли, но они не отпускают его. Пнин бредёт через лес, размышляя о душах умерших, и в сумерках видит на холме две фигуры, которые кажутся ему эмблемой уходящего дня.

Глава шестая / 1

Начался осенний семестр 1954 года в Уэйндельском университете. Привычная жизнь идёт своим чередом: студенты делают пометки в библиотечных книгах, аспиранты пишут диссертации, профессора получают гранты на самые разные проекты — от записи народных песен до исследования пальцемакательного теста. Однако доктор Гаген оказывается перед трудным выбором: ему предложили доходную профессуру в более крупном университете Сиборд. Его смущает, что созданное им отделение попадёт в руки коварного Фальтернфельса, который уже перехватил его журнал. Кроме того, уход Гагена оставит без работы внештатного профессора Пнина, у которого нет постоянного контракта. Гаген обращается к Блоренджу как к последней надежде спасти Пнина.

Глава шестая / 2

Леонард Блорендж возглавляет кафедру французской литературы, хотя не любит литературу и не знает французского языка. Он регулярно посещает лингвистические съезды, где демонстрирует своё невежество как царственную причуду и отшучивается от попыток вовлечь его в разговор. Недавно ему удалось убедить престарелого богача выделить огромную сумму на строительство «Французской деревни» — точной копии старинного городка Вандель в Дордони, которую аспиранты под руководством доктора Славского возводят на холме близ Уэйнделя. Сам Блорендж человек аскетичный, он учился в одной школе с президентом университета Сэмом Пуром, с которым до сих пор ездит рыбачить на унылое озеро. Жена за глаза называет его «профессор Блорендж». Свой курс «Великие французы» он составил, велев секретарше переписать текст из старого журнала, найденного на чердаке.

Глава шестая / 3

Пнин снял небольшой дом и пригласил друзей на новоселье. В тот же день доктор Гаген наносит отчаянный визит Блоренджу, чтобы спасти положение Пнина в университете. Блорендж, разделяющий антипатию Фальтернфельса к Пнину, отвергает его кандидатуру на курс романтической литературы, считая, что литературой в университете и так перегружены. Гаген предлагает Пнина как преподавателя французского, но Блорендж выясняет, что Пнин действительно говорит и читает по-французски, и это лишь вредит делу: университет предпочитает механические пособия и граммофонные записи, а не живых преподавателей с настоящим знанием языка. Последняя попытка Гагена предложить курс совершенствования языка тоже проваливается — его уже ведут сам Блорендж и Каролина Славская. Таким образом, все усилия Гагена устроить Пнина на работу оказываются тщетными, и тот остаётся без перспектив в университете.

Глава шестая / 4

Пнин радуется началу осеннего семестра: у него мало студентов, и он может посвятить время своим исследованиям, которые стали для него самоцелью. Он снимает небольшой кирпичный дом на Тоддовой улице, который ему очень нравится: там тихо, уютно, есть сад с сиренью и фазанами. Пнин с удовольствием обустраивает жильё, вспоминая прошлое и чувствуя себя наконец дома. Теперь он хочет устроить приём и составляет список гостей. Он приглашает Клементсов, Гагенов и Тэеров, но чувствует, что не хватает изюминки. Он пытается пригласить других: Бетти Блисс соглашается, но Идельсоны отказываются, Миллеры не могут из-за беременности, Кэрроль отказывается, президент Пур тоже. Пнин уже готов отказаться от затеи, но тут ему приходит в голову замечательная идея.

Глава шестая / 5

Рассказчик рассуждает о том, что среди университетских преподавателей нередко встречаются люди, поразительно похожие друг на друга, и приводит примеры таких двойников. Пнин на девятом году работы в Уэйнделе замечает, что профессор-орнитолог Войницкий, с которым он иногда беседовал о птицах, словно бы время от времени превращается в своего двойника, которого Пнин мысленно называет Двойницким. Пнин не может определить, кто перед ним, и пытается избегать встреч, меняя маршруты, но с началом нового семестра его расписание меняется, и уловки перестают помогать.

В день своего новоселья Пнин завтракает в Фриз-Холле, когда к нему подсаживается Войницкий или его двойник и спрашивает о русском обычае печь пироги в виде птиц. Пнин решает, что перед ним настоящий Войницкий, и, воспользовавшись случаем, приглашает его на вечерний приём, называя адрес: дом 999 на Тодд Родд, у пересечения с Утесной авеню.

Глава шестая / 6

Вечером Пнин готовится к приёму гостей. Он надевает синюю шёлковую домашнюю куртку с кистями, выигранную на эмигрантском базаре в Париже двадцать лет назад, и старые брюки от смокинга. В треснувшем зеркале он проверяет, держится ли утреннее бритьё, и выдёргивает длинный волосок из ноздри.

В половине восьмого приходит Бетти помочь с последними приготовлениями. Она преподаёт английский и историю в Изольской гимназии и почти не изменилась внешне, но на руке у неё обручальное кольцо — она вышла замуж за биохимика из Питтсбурга. Пнин чувствует лёгкий укол грусти: когда-то он мог бы за ней поухаживать. Вместе они раскладывают угощение: икру, холодное мясо, винегрет с креветками, пирожки, орехи и восточные сласти. Среди напитков — виски, рябиновка, ликёр и фирменный пунш Пнина. Бетти восхищается большой аквамариновой чашей для пунша — это подарок Виктора, который провёл лето с матерью в Калифорнии и работал в отеле в Йосемитах. Чаша прибыла в тройной упаковке с обильной стружкой, разлетевшейся по кухне. Для Пнина этот подарок символически воплощает сущность дарителя.

Глава шестая / 7

В доме Пнина собираются гости: чета Клементсов приносит шампанское и георгины, Джоана элегантна, Лоренс грузен и задумчив. Появляется профессор Томас, которого Пнин ошибочно хочет представить, но Джоана его узнаёт; Томас рассказывает о своей поездке на Кубу и полученной субсидии. Прибывают Тэеры с подарком, доктор Гаген с водкой, его жена не пришла. Пнин подаёт коктейли, шутя про «фламинго-тейли». Он присаживается к Томасу и обещает передать ему машинописную заметку о жаворонках, после чего приглашает всех к ужину. Среди гостей описываются характеры: чопорная миссис Тэер, молчаливый Рой Тэер, занимающийся поэзией XVIII века, и другие профессора. Вечер проходит в светских разговорах и лёгких насмешках над сенатором Маккарти.

Глава шестая / 8

Гости снова собираются в гостиной, где подают пунш. Джоана восхищается антикварной чашей, подаренной Тимофею Виктором, и предполагает, что она стоит огромных денег, советуя показать её знатокам старинного стекла. Маргарита Тэер замечает, что цвет чаши напоминает ей хрустальные башмачки Золушки, на что профессор Пнин разражается пространной филологической лекцией: он утверждает, что башмачки были сделаны не из стекла, а из меха белки, и прослеживает происхождение слов, связывая французское «vair» со славянским обозначением красивого бледного меха и латинским словом, означающим голубя. Затем разговор переходит к возрасту присутствующих детей: Виктору скоро пятнадцать, Эйлин пять, Изабелле двадцать три, а дочь доктора Гагена путешествует по Европе с известной кинозвездой. Внезапно звонит телефон — звонят для госпожи Шеппард, и Пнин, вопреки своей обычной рассеянности, подробно сообщает её новый адрес и номер телефона, а также данные её старшего сына.

Глава шестая / 9

К десяти часам вечера гости, разгорячённые пуншем и виски, становятся громче. Госпожа Тэер, сидя прямо, рассказывает Пнину о служебной распре между двумя библиотечными коллегами; Пнин, довольный удавшимся вечером, смеётся в ладошку. Рой Тэер слушает Джоану Клементс, которая, слегка опьянев, часто моргает и делает паузы с придыханиями. Бетти следит за закусками. В нише Клементс крутит глобус, а Гаген, избегая привычных интонаций, рассказывает Томасу свежий анекдот про госпожу Идельсон. Пнин подходит с тарелкой нуги. Гаген предупреждает, что анекдот не для целомудренных ушей Пнина, но тот отмахивается русским жестом и замечает, что слышал точно такой же тридцать пять лет назад в Одессе и тогда не понял, что в нём смешного.

Глава шестая / 10

Вечер у Пнина близится к концу. Клементс скучает, листая альбом фламандской живописи, а Джоана сидит у ног мужа и думает, как уйти, не обидев хозяина. Гаген заводит разговор об образовании и предлагает заменить лекторов граммофонными записями, утверждая, что индивидуальность преподавателя никому не нужна. Он указывает на Пнина, и Клементс в шутку советует показывать его по телевизору. Джоана и Бетти поддерживают идею, Пнин кланяется в ответ. Затем Клементс находит в альбоме портрет, похожий на него, и собирается использовать его для обложки своей книги, добавив спортивную рубашку. Томас возражает против его насмешек над дискуссионным методом. Гости начинают зевать, обмениваются мелкими репликами, а Пнин внезапно задумывается, кого ему напоминает Гаген, но не может вспомнить.

Глава шестая / 11

Вечер в доме Пнина подходит к концу, гости начинают расходиться. В прихожей царит лёгкая суета: Гаген ищет свою трость, Маргарита Тэер — сумочку. Пнин показывает дамам верхние комнаты, которые он обустроил с любовью: кабинет с ковром и книгами из библиотеки колледжа, спальню с ширмой и видом на скалу. Он с торжеством сообщает, что завтра собирается встретиться с агентом и купить этот дом.

Гости прощаются. Пнин в приподнятом настроении называет профессора Томаса «Войницким», что вызывает недоумение, но Клементс объясняет это словесными причудами хозяина. Гаген, узнав от Джоаны о планах Пнина купить дом, заметно настораживается и возвращается к крыльцу, чтобы ещё раз поговорить с ним. Тэеры и Бетти Блисс наконец покидают дом, и вечеринка завершается.

Глава шестая / 12

Гаген и Пнин беседуют в гостиной за вином. Гаген сообщает, что уходит с поста заведующего отделением и переезжает в Сиборд, а Пнина, по сути, увольняют: русские курсы больше не привлекают студентов, и университет не хочет платить за них. Пнин сначала надеялся на повышение, но теперь понимает, что его выгоняют. Гаген пытается смягчить новость, предлагая Пнину участвовать в драматической программе и обещая частичную зарплату на весенний семестр. Пнин узнаёт, что в английское отделение приглашают его старого друга, под началом которого он категорически отказывается работать. После ухода Гагена Пнин остаётся один, потрясённый известием, а Гаген, уходя, жалеет его, считая, что подсластил пилюлю.

Глава шестая / 13

Пнин убирает после вечеринки: относит грязную посуду на кухню, прячет остатки еды в ледник и приводит гостиную в порядок. Затем он готовится мыть посуду — снимает куртку, галстук и вставные зубы, надевает передник и собирает объедки для бродячей собаки. Он бережно моет аквамариновую хрустальную чашу и столовое серебро, но, вытирая щипцы для орехов, роняет их в раковину, и от удара разбивается бокал. Пнин на минуту замирает, глядя в темноту за дверью, но потом достаёт осколки и с облегчением убеждается, что чудесная чаша невредима. Закончив уборку, он ставит чашу на полку и садится за кухонный стол, чтобы написать черновик письма Гагену, в котором хочет подвести итог их сегодняшнего разговора.

Глава седьмая / 1

Рассказчик вспоминает свою первую встречу с Тимофеем Пниным весной 1911 года в Петербурге. Двенадцатилетнему мальчику в глаз попадает угольная соринка, и гувернер ведет его к известному окулисту доктору Павлу Пнину. В приемной мальчик наблюдает странную сцену: кавалерийский офицер упрекает даму по-французски, целует ей руку и уходит. Доктор Пнин успешно извлекает соринку из глаза пациента. Когда мальчик уже собирается уходить, в квартиру возвращается сын доктора — тринадцатилетний гимназист Тимофей. Отец гордо сообщает, что мальчик получил пятерку с плюсом по алгебре, но Тимофей незаметно высвобождает плечо из-под отцовской руки. Рассказчик запоминает внешность Тимофея — бледное лицо, красные уши, ежик волос — а также детали квартиры: карту России, полку с книгами, чучело белки и игрушечный моноплан, похожий на тот, что есть у самого рассказчика.

Глава седьмая / 2

Пять лет спустя рассказчик вместе с матерью и младшим братом гостит у скучной тётки в запущенной усадьбе близ балтийского курорта. Однажды вечером к тётке приходят два студента — Тимофей Пнин и Григорий Белочкин — с просьбой разрешить поставить в пустом амбаре любительский спектакль по пьесе Шницлера «Liebelei». Рассказчик, которому тогда шестнадцать, отказывается участвовать, хотя его и зовут. Через две недели он всё же идёт на представление вместе с братом и управляющим Горном. Спектакль оказывается любительским и нелепым: актёр Анчаров, играющий Фрица, плохо знает роль и импровизирует, старая дева неудачно исполняет Христину, а сестра Белочкина, напротив, получает аплодисменты. Рассказчик полагает, что роль обманутого мужа играл Пнин, но не уверен из-за грима. Впечатление от вечера остаётся смутным, и рассказчик возвращается к своим бабочкам.

Глава седьмая / 3

Рассказчик вспоминает, как в начале двадцатых годов в парижском кафе встретил Тимофея Пнина, молодого автора статей о русской культуре. Пнин отрицает, что они когда-либо виделись раньше, несмотря на попытки рассказчика напомнить ему об этом. Затем внимание рассказчика привлекает Лиза Боголепова, студентка-медичка и поэтесса. Она присылает ему свои стихи, которые он находит слабыми и советует ей бросить писать. Позже Лиза пытается покончить с собой, проглотив снотворное, но её спасают соседи. Через две недели она подстерегает рассказчика и передаёт ему письмо с предложением от неизвестного мужчины, который предлагает ей всё, что у него есть, и просит совета. Рассказчик читает письмо, где автор обещает сделать её счастливой, упоминает брошюру и ждёт её решения. Нижний край письма с подписью Лизы отрезан.

Глава седьмая / 4

Спустя шесть лет рассказчик вновь приезжает в Париж и узнаёт, что Тимофей Пнин женился на Лизе Боголеповой. Лиза присылает ему сборник своих стихов с дарственной надписью. На одном из эмигрантских вечеров у известного эсера рассказчик встречает чету Пниных. Лиза, пользуясь моментом, когда Пнин увлечён спором с Керенским, сообщает рассказчику, что всё рассказала мужу, что он святой и простил его. Впоследствии рассказчик редко видит Лизу на общих собраниях, но часто сидит рядом с Пниным в кругу близких друзей. Однажды у Болотовых, когда рассказчик заводит разговор с доктором Бараканом о его кузине, Пнин внезапно кричит через стол, что рассказчику нельзя верить ни слову, что он всё выдумывает, включая историю об общей школе в России. Рассказчик и Баракан ошеломлены этой выходкой и лишь молча переглядываются.

Глава седьмая / 5

Рассказчик вспоминает свои встречи с Пниным. Сначала он упоминает разговор с Лизой и её новым мужем, доктором Эрихом Виндом, в Нью-Йорке в начале сороковых годов; тот тепло отзывался о Пнине и рассказывал о совместном путешествии из Европы. Затем рассказчик переходит к яркому воспоминанию о поездке в переполненном автобусе в 1952 году, когда они вместе возвращались с литературного вечера, посвящённого столетию смерти великого писателя. Пнин, преподававший в Уэйнделе, выглядел здоровым и уверенным. В автобусе он, проверяя номера улиц, оживлённо говорил о несделанном на юбилее докладе о разрастающихся сравнениях у Гомера и Гоголя.

Глава седьмая / 6

Рассказчик вспоминает, как, приняв профессорскую должность в Уэйнделе, он пригласил Тимофея Пнина ассистировать ему в новом Русском отделении. Пнин отвечает коротким отказом: он бросает преподавание, не дожидаясь конца семестра, и сообщает, что его сын Виктор живёт с матерью в Риме. Приехав на лекцию, рассказчик останавливается у Коккерелей, где Джек Коккерель весь вечер блестяще, но утомительно пародирует Пнина, включая историю его конфликта с художником Комаровым и сцену с президентом Пуром. Ночью рассказчик и Коккерель звонят Пнину; трубку снимает сам Пнин, притворяясь, что его нет дома. Утром рассказчик видит, как Пнин, нагруженный вещами, уезжает на маленьком седане с белой собакой, и не успевает его окликнуть. Вернувшись, он выслушивает от Коккереля очередной анекдот о Пнине, который приехал на выступление в женский клуб с чужой лекцией.

Послесловие переводчика

Переводчик рассказывает о работе над русским переводом романа «Пнин». Он начал переводить в Москве зимой 1976 года, а через полтора года переслал первые главы в Монтрё. В 1978 году он узнал о существовании анонимной русской версии первой главы, что заставило его сомневаться в необходимости собственного труда, однако он завершил перевод в 1979 году. После переписки с В.Е. Набоковой и Е.В. Сикорской и совместной работы в Монтрё и Женеве текст был многократно переработан, и итоговая редакция стала седьмой или восьмой. Переводчик объясняет, что не смог передать дефекты английской речи Пнина, так как его русский язык безупречен, и искажение его прямой речи было бы неуместным. Он также отказывается от сносок, чтобы не нарушать герметичность романа. В конце он благодарит Карла Проффера и вспоминает эпизод с таможенником в аэропорту, который пропустил рукопись.

Биография Геннадия Александровича Барабтарло

Геннадий Александрович Барабтарло родился в 1949 году. После окончания Московского университета по кафедре русской филологии он работал в Музее Пушкина научным сотрудником и учёным секретарём, изредка публикуя статьи и переводы. В тридцать лет он эмигрировал в Америку, где в 1984 году получил докторскую степень по русской литературе в Иллинойском университете. Затем он стал доцентом, а позже ординарным профессором на кафедре германской и русской словесности в университете Миссури в Колумбии, которой теперь заведует. Его научные труды почти исключительно публиковались в американских изданиях и посвящены Пушкину и Набокову. В сотрудничестве с вдовой Набокова он перевёл на русский язык роман «Пнин» и все английские рассказы писателя; «Пнин» вышел в 1983 году в «Ардисе» и был перепечатан с неисправностями в 1989 году в «Иностранной литературе». Его работы о Набокове собраны в двух книгах — «Тень факта» (1989) и «Вид сверху» (1993). Недавно в Англии вышло его комментированное издание рассказов Солженицына. Кроме того, он время от времени публикует свои стихи и прозу в русских зарубежных журналах.