Письма

ПРЕДИСЛОВИЕ

В предисловии составитель сборника писем Дж. Р. Р. Толкина объясняет принципы отбора и подготовки материала. Он рассказывает, что из огромного эпистолярного наследия писателя в книгу вошли лишь наиболее интересные фрагменты, преимущественно те, где Толкин рассуждает о своих произведениях. Опущены личные письма к невесте, а также почти не сохранились письма периода работы над «Сильмариллионом» и «Хоббитом». Составитель описывает правила публикации: пропуски обозначаются многоточием из четырёх точек, названия книг унифицированы, а часть писем воспроизведена с черновиков. Он также рассказывает о сотрудничестве с Кристофером Толкином, который комментировал отбор и примечания, и благодарит всех, кто предоставил письма или помогал в их розыске. В конце он выражает надежду, что читатели сообщат о неизвестных письмах для возможного второго издания.

001 К Эдит Брэтт

В январе 1913 года Толкин обручился с Эдит Брэтт. Письмо, написанное в октябре 1914 года из Оксфорда, начинается с извинений за долгое молчание. Он рассказывает о своём уик-энде: в субботу была муштра под дождём, чистка винтовок, а в воскресенье он не смог закончить эссе из-за визитов Шекспира и лейтенанта Томпсона. Толкин сходил на мессу в церковь Св. Алоизия, затем нанёс скучный визит ректору, чья жена ему неприятна. Позже он зашёл к мистеру Сайзему, чтобы отложить сдачу эссе, и беседовал с Эрпом о финской «Калевале». В конце письма он упоминает, что пытается написать повесть в духе Морриса с трагическим сюжетом, и собирается в библиотеку. Письмо подписано «Р.».

002 Из письма к Эдит Брэтт 27 ноября 1914

В письме от 27 ноября 1914 года автор описывает свой день. Утром он работает около четырёх часов, затем во второй половине дня занимается военной муштрой, а с пяти до шести слушает лекцию. После ужина вместе с приятелем по имени Эрп он заходит на неофициальное прощание в Эссеистский клуб. Доклад на заседании оказывается слабым, но дискуссия вызывает интерес. Кроме того, там проходит литературная мастерская, где автор читает своё произведение «Эарендель», которое получает содержательную критику.

003 Из письма к Эдит Брэтт 26 ноября 1915

Толкин, окончивший Оксфорд с отличием по английскому языку, назначен в полк ланкаширских стрелков и проходит военную подготовку в лагере Руджли. В письме к Эдит Брэтт он описывает обычный день: утренний холод, пробежку, метание учебных гранат и замерзание на ветру. Он упоминает, что летом было жарко, а теперь приходится мёрзнуть. За чаем он поджаривает тост на ноже. Толкин делает карандашную копию своего стихотворения «Кортирион среди дерев», навеянного Уориком, и хочет отправить её ЧКБО, но решает сначала переписать поэму чернилами для Эдит. Он планирует отослать ей карандашный вариант, а для ЧКБО сделать ещё одну копию позже, так как стих длинный и машинописной копии не хватит.

004 Из письма к Эдит Брэтт 2 марта 1916

В письме к Эдит Брэтт от 2 марта 1916 года автор описывает свой вечер: за окном идёт мелкий дождь, и он берётся перечитывать старые лекции по военному делу, но уже через полтора часа ему становится скучно. Тогда он возвращается к своему выдуманному языку фэйри и добавляет к нему пару новых штрихов. Он признаётся, что его часто тянет заниматься этим языком, хотя он сам считает такое увлечение странным и даже ненормальным, и потому обычно не позволяет себе подолгу работать над ним. Несмотря на любовь к этому занятию, он относится к нему с иронией и сомнением.

005 К Дж. Б. Смиту

В письме 1916 года Джон Рональд Толкин отвечает Джеффри Смиту на известие о гибели их друга Роба Джилсона в первый день битвы на Сомме. Толкин размышляет о значении их школьного клуба ЧКБО, о величии, которое они вместе представляли, и о том, что смерть Роба, возможно, была своего рода отсевом, но при этом его жертва придаёт клубу иной, высший смысл. Он признаётся, что чувствует распад их маленького сообщества, но надеется, что встреча с уцелевшими друзьями вернёт прежнее вдохновение. Письмо написано в лагере, среди военных будней, и передаёт горечь утраты, одиночество и сомнения Толкина в будущем их общего дела.

006 К миссис Э. М. Райт

Глава представляет собой письмо Дж. Р. Р. Толкина миссис Э. М. Райт, жене его бывшего оксфордского наставника Джозефа Райта, издателя «Словаря английских диалектов». Во вступительной заметке сообщается, что в 1920 году Толкин получил должность преподавателя английского языка в Лидском университете, к тому времени он уже женат на Эдит Брэтт, у них двое детей, а в 1922 году он опубликовал глоссарий к хрестоматии среднеанглийской литературы и начал работу над изданием «Сэра Гавейна и Зеленого Рыцаря» совместно с Э. В. Гордоном.

В самом письме, датированном 13 февраля 1923 года, Толкин благодарит адресатку за оттиск её статьи, которая, по его словам, окончательно прояснила один трудный отрывок из «Сэра Гавейна». Он рассказывает, что рождественские каникулы прошли неудачно: дети, жена и няня переболели корью, и он оставался единственным здоровым домочадцем. Далее он делится размышлениями о среднеанглийском периоде как о малоисследованной области, где привычные представления рушатся при ближайшем рассмотрении, и высоко оценивает словарь Райта. В конце письма он передаёт приветы от жены и добавляет приписку об успехах филологии в Лидсе.

007 Членам коллегии выборщиков на должность профессора англосаксонского языка Ролинсона и Бозуорта, Оксфордский университет

Летом 1925 года Толкин, узнав об отстав Крейги, решает подать заявку на должность профессора англосаксонского языка в Оксфорде, несмотря на свой молодой возраст. В официальном письме от 27 июня он предлагает свою кандидатуру, подробно описывая свой путь: учёбу в Эксетер-Колледже, службу в армии, работу над Оксфордским словарём и пятилетнее преподавание в Лидсе. Он рассказывает, как создал лингвистическое отделение на факультете английского языка, увеличив число студентов-лингвистов с пяти до двадцати, и вводит курсы по древнегерманским языкам, включая готский и древнеисландский. Толкин упоминает основанный студентами «Клуб викингов» и отмечает, что административная нагрузка мешает публикациям. В заключение он выражает надежду, что в случае избрания будет способствовать сближению лингвистики и литературоведения и поощрять интерес к филологии среди молодёжи.

008 Из письма к вице-канцлеру Лидского университета 22 июля 1925

В письме к вице-канцлеру Лидского университета автор сообщает, что его избрали на должность профессора Ролинсона и Бозуорта в Оксфорде, и он уже дал согласие приступить к работе с первого октября. Он признаётся, что для него это неожиданная удача, хотя он глубоко сожалеет о столь внезапном уходе из Лида. Должность досталась ему рано лишь из-за скорого ухода предшественника; автор лишь смутно надеялся на подобное в более отдалённом будущем. Он испытывает благодарность к университету, где работа была истинным счастьем, и боится показаться неблагодарным, прося освободить его от должности так скоро. В конце он уповает на снисходительность адресата.

009 К Сьюзен Дагналл, издательство «Джордж Аллен энд Анвин, лимитед»

В главе рассказывается о ранней истории рукописи «Хоббита»: Толкин написал большую её часть за первые годы профессорства в Оксфорде, к зиме 1932 года текст уже существовал, но без последних глав. Рукопись прочитал К. С. Льюис, а затем Сьюзен Дагналл из издательства «Аллен энд Анвин» убедила Толкина закончить повесть и предложить её к публикации. В октябре 1936 года автор отправил завершённый текст в издательство, и его приняли. Далее приводится письмо Толкина Дагналл от 4 января 1937 года: он извиняется за задержку с картами и иллюстрациями, объясняя её своей болезнью и гриппом у всех домашних, испортившим Рождество. Он перерисовал две вставки и общую карту, сомневаясь в их качестве, а также несколько любительских иллюстраций, которые, вероятно, не подойдут для печати, и просит вернуть отвергнутые варианты.

010 К Ч. А. Ферту, «Аллен энд Анвин»

В письме от 17 января 1937 года Толкин отвечает издателям «Аллен энд Анвин» на их предложение опубликовать его детскую сказку «Мистер Блисс». Он признаётся, что удивлён их интересом, считает свои рисунки неумелыми, но готов упростить иллюстрации для печати. Также он обсуждает размещение карт и рисунков в «Хоббите»: уточняет, где именно должны находиться карта с рунами, изображения Мирквуда, Врат эльфийского короля, Озёрного города и Главных врат, объясняя, что они сосредоточены ближе к концу книги из-за его неспособности довести остальные иллюстрации до ума. Он прилагает ещё шесть рисунков, признаёт их несовершенство и трудности воспроизведения, но заранее не обижается, если издатели вернут их. Письмо заканчивается подписью Толкина.

011 Из письма в издательство «Аллен энд Анвин» 5 февраля 1937

В письме издательству автор обсуждает пробные оттиски иллюстраций к «Хоббиту». Он одобряет их в целом, отмечая, что уменьшение пошло на пользу всем рисункам, кроме «Троллей». На этой иллюстрации он замечает несколько дефектов: тонкая белая обводка дерева на заднем плане местами прерывается, часть точек, образующих контур пламени, не пропечаталась, а также пропала точка после слова «Тролли». В «Прихожей в Бэг-Энде» он по ошибке изобразил акварелью тень, доходящую до боковой балки, из-за чего на оттиске она вышла совсем чёрной, а ключ исчез, хотя до балки тень не доходит. Тем не менее он считает оттиски вполне хорошими и подчёркивает, что все замечания несерьёзные. Автор удивляется, что его посредственные картинки вообще приняли к публикации, и благодарен издательству за труды, особенно учитывая финансовые соображения, из-за которых он изначально отказывался от иллюстраций.

012 В «Аллен энд Анвин»

В середине марта Толкин отправляет в издательство «Аллен энд Анвин» выправленную корректуру «Хоббита» с множеством поправок. Издатели предупреждают, что ему, возможно, придётся оплатить часть расходов на исправления, хотя объём текста не изменился. В сопроводительном письме от 13 апреля Толкин соглашается оплатить справедливую долю, но просит о снисхождении. Он также прикладывает черновик суперобложки с рунической надписью, признавая, что рисунок выходит за пределы его умений. Автор перечисляет возможные возражения: слишком много цветов, сложность композиции, одновременноеение солнца и луны, связанное с магией двери. Он предлагает упростить рисунок, заменить красный на белый, убрать солнце и уменьшить масштаб. Руны, как он поясняет, означают полное название книги и указание на авторство и издательство. Письмо завершается подписью Толкина.

013 К Ч. А. Ферту, «Аллен энд Анвин»

Издательство «Аллен энд Анвин» сообщает Толкину, что американское издательство заинтересовалось «Хоббитом» и хочет добавить цветные иллюстрации, выполненные американскими художниками. Сам Толкин в письме от 13 мая 1937 года благодарит за информацию и просит уточнить название издательства и финансовые условия. Он признаётся, что колеблется между осознанием собственного неумения рисовать и опасением, что американские художники, возможно, создадут нечто в духе студии Диснея, к которой он испытывает отвращение. Толкин согласен, что все иллюстрации должны быть сделаны одной рукой, и упоминает, что у него есть несколько картин из мифологии, но они не иллюстрируют историю хоббита напрямую. Он готов попробовать нарисовать пять-шесть новых, но из-за занятости в триместре не может обещать быстро. Если дело срочное, он предлагает позволить американцам действовать по своему усмотрению, но с правом вето на всё, что напоминает диснеевскую продукцию. Он также спрашивает о сроках для создания образцов.

014 В «Аллен энд Анвин»

В письме издателям «Аллен энд Анвин» от 28 мая 1937 года Толкин обсуждает дату публикации «Хоббита». Он предлагает выпустить книгу в конце июля, а не в октябре, объясняя это тем, что в начале осеннего триместра в Оксфорде все заняты, а летом у студентов есть время для чтения. Также он упоминает, что К. С. Льюис уже написал рецензию для «Таймс литерари сапплемент», но сможет опубликовать её только после каникул. Толкин выражает опасение, что задержка с выходом книги помешает ему скрыть, что она была написана во время его научно-исследовательского контракта.

Кроме того, Толкин смущён тем, что его письмо об иллюстрациях переслали в американское издательство «Хоутон-Мифлин». Он отправляет три цветные картинки, но сомневается в их качестве и готов улучшить их, если издатели захотят. Он также предлагает добавить ещё четыре эпизода, если потребуется. Письмо оставляет Толкина в ожидании вердикта издательства относительно иллюстраций и даты выхода книги.

015 В «Аллен энд Анвин»

Толкин отправляет в издательство «Аллен энд Анвин» цветной вариант иллюстрации «Холм: Хоббитон-за-Рекой» и просит разъяснить американскому издателю «Хоутон-Мифлин», какие из присланных рисунков являются лишь образцами, а какие предназначены для книги. Он упоминает о своих финансовых затруднениях из-за медицинских расходов и надеется на небольшое вознаграждение за иллюстрации, хотя и не настаивает.

Затем Толкин подробно разбирает рекламный текст на суперобложке «Хоббита», исправляя неточности: у него не было детской, рукопись не читали детям вслух, а его дисциплина — англосаксонский — не является «головоломной». Он отмечает, что его профессиональные знания почти не нашли применения в книге, а параллель с Кэрроллом считает поверхностной, предлагая более точные сравнения.

016 К Майклу Толкину

В письме отцу, адресованном шестнадцатилетнему Майклу Толкину, который учится в школе при Молельне вместе с младшим братом Кристофером, Дж. Р. Р. Толкин отвечает на новости сына. Он рад, что Майкл присматривает за Крисом, и выражает сожаление, что того не взяли в школьную сборную по регби. Отец утешает сына, рассказывая, что сам в юности тоже не сразу попал в команду из-за лёгкого веса, но позже, добавив жёсткости, стал капитаном факультетской команды и заслужил «цвета», хотя и получил немало травм. Он надеется, что Майк останется цел, даже если не попадёт в сборную. В конце письма Толкин упоминает, что мать полюбила ездить на машине, и что теперь ему приходится вывозить её и других на прогулки вместо работы за письменным столом. Письмо заканчивается заверением в любви.

017 К Стэнли Анвину, директору «Аллен энд Анвин»

Толкин отвечает Стэнли Анвину на его письмо от 11 октября. Он благодарит за отзыв Ричарда Хьюза, хотя сам с ним не знаком, и отмечает, что рецензии в «Таймс» и «Таймс литерари сапплемент» написаны, по его мнению, одним автором — его другом, чьё мнение он ценит. Писатель признаёт, что использовал нестандартную форму множественного числа «dwarves» и размышляет о её происхождении, но оставляет как есть. Он хвалит сына Анвина за перечитывание книги и делится опасениями, что не знает, что ещё можно рассказать о хоббитах, хотя у него есть много материала о мире, в котором они действуют. Толкин упоминает о финансовых трудностях и надежде, что сможет совмещать сочинительство с обязанностями. Он сообщает о планах приехать в Лондон 27 октября, чтобы пообедать с Анвином и передать «Мистера Блисса». В постскриптуме он подтверждает получение образцов иллюстраций из Америки.

018 Из письма к Стэнли Анвину 23 октября 1937

В этом фрагменте представлена переписка между издателем Стэнли Анвином и Толкином. Анвин в своём письме от 19 октября выражает уверенность в том, что Толкин, несмотря на его слабые надежды, скоро завоюет прочную репутацию как детский писатель, и называет его редким гением, подчёркивая, что за тридцать лет работы он редко употреблял это слово. В ответном письме Толкин благодарит Анвина за ободряющие слова и сообщает, что в ближайшее время начнёт работу над новой книгой, которую при первой возможности представит на суд сына издателя.

019 К Стэнли Анвину

Толкин обедает с Анвином в Лондоне и рассказывает о своих рукописях, включая «Сильмариллион» и «Письма Рождественского Деда». После встречи он передаёт издательству прозаический текст «Квенты Сильмариллион» и поэму «Жеста о Берене и Лутиэн». Внешний рецензент Кранкшо критикует поэму, но хвалит прозу за лаконичность и благородство, хотя сетует на «кельтские имена». Толкин получает отзыв и пишет Анвину письмо: он болен, но рад, что «Сильмариллион» не отвергли. Он защищает свои имена, утверждая, что они не кельтские, а основаны на лингвистических формулах. Он обещает подумать о продолжении «Хоббита», но признаётся, что его сердце принадлежит Сильмарилям. Он обсуждает возможные сюжеты, спрашивает об иллюстрациях, просит дополнительные экземпляры книги и предлагает издать рунический алфавит. Письмо заканчивается извинениями за неразборчивый почерк.

020 К Ч. А. Ферту, «Аллен энд Анвин»

В декабре 1937 года издатель сообщает Толкину о резком росте спроса на «Хоббита» в предрождественские дни, из-за чего пришлось срочно допечатывать тираж и даже вывозить книги из типографии на личном автомобиле. Толкин в ответном письме благодарит за новости, отмечает, что получил четыре экземпляра переиздания, и выражает сожаление, что иллюстрация с орлом не вошла в книгу. Он также упоминает, что написал первую главу новой истории о хоббитах.

В приписке Толкин обсуждает замечания Артура Рэнсома к отдельным словам в тексте: тот возражает против употребления «man» и «more men», предлагая замены, а также против «boys» в реплике Гэндальфа. Толкин объясняет свою позицию относительно заглавной буквы в слове «Men», но соглашается, что мифологические обоснования не стоит выносить за пределы книги, и предлагает возможные варианты замены.

021 Из письма в «Аллен энд Анвин» 1 февраля 1938

Автор письма, адресованного издательству «Аллен энд Анвин», просит передать мистеру Анвину вопрос о том, не согласится ли его сын, критик, пользующийся полным доверием, прочитать первую главу продолжения «Хоббита». Глава уже напечатана на машинке. Сам автор не слишком верит в этот текст, однако, если критик сочтёт начало многообещающим, он готов присоединить к нему ту историю, которая у него намечается. Таким образом, письмо выражает осторожную надежду на отзыв компетентного читателя и готовность развить замысел в случае одобрения.

022 К Ч. А. Ферту, «Аллен энд Анвин» 4 февраля 1938

В письме от 4 февраля 1938 года Дж. Р. Р. Толкин обращается к мистеру Ферту из издательства «Аллен энд Анвин». Он прилагает экземпляр первой главы «Долгожданные гости» как возможное продолжение к «Хоббиту». Также он сообщает, что один юный читатель из Бостона прислал список опечаток в «Хоббите». Толкин поручает своему младшему сыну, который лежит в постели из-за болезни сердца, найти дополнительные ошибки, платя ему по два пенса за каждую. Сын выполняет задание, и результаты прилагаются к письму. Толкин надеется, что список будет исчерпывающим и когда-нибудь пригодится.

023 К Ч. А. Ферту, «Аллен энд Анвин»

В письме издателю Ферту Толкин подтверждает получение рукописи «Мистера Блисса» и извиняется за доставленные хлопоты. Он признаёт, что не способен перерисовать иллюстрации должным образом, и предлагает найти другого художника. Времени на рисование у него нет, так как он занят писательством, хотя и оно даётся нелегко.

Толкин делится трудностями с продолжением «Хоббита»: он написал множество первых глав, но не знает, как развивать сюжет дальше. Он сожалеет, что уже использовал всех любимых персонажей и мотивы в первой книге. Он обещает написать с советами по «Мистеру Блиссу», но не раньше окончания исследовательского гранта или начала долгих каникул.

024 К Стэнли Анвину

В письме от 18 февраля 1938 года Толкин обращается к Стэнли Анвину, выражая благодарность его сыну Рейнеру за восторженный отзыв о первой главе новой книги. Однако он признаёт, что писать первые главы легко, а сейчас работа застопорилась из-за нехватки времени и тяжёлых рождественских каникул. Толкин упоминает, что К.С. Льюис передал Анвину рукопись «За пределы безмолвной планеты», которую Толкин уже читал и которая была высоко оценена при чтении вслух в местном клубе. Он отмечает совпадения: главный герой — филолог, как и сам Толкин, и носит то же имя, что и Анвин. Также Толкин напоминает о первоначальном замысле написать по «триллеру с перемещением»: Льюис завершил путешествие в пространстве, а его собственное путешествие во времени остаётся лишь фрагментом из-за медлительности и нерешительности автора.

025 Редактору газеты «Обсервер»

В письме в газету «Обсервер» Толкин отвечает читателю, подписавшемуся «Хабит», который спрашивал о происхождении хоббитов и о возможной связи с африканскими рассказами и сказкой 1904 года. Толкин иронично благодарит за лесть, но признаётся, что не помнит, откуда взялось название. Он отрицает, что его хоббит похож на пушистых пигмеев или кролика, и поясняет, что ступни у него мохнатые, а сам он — упитанный холостяк. Писатель подтверждает, что черпал вдохновение из эпоса и мифологии, особенно из «Беовульфа», хотя эпизод с чашей возник естественно.ды», о форме «dwarves», о рунах и загадках, а в конце предлагает будущим исследователям угадать, где в повести были перерывы в написании.

026 К Стэнли Анвину

Толкин отвечает Стэнли Анвину на просьбу высказать мнение о романе К. С. Льюиса «За пределы безмолвной планеты». Он признаёт, что книга ему очень понравилась ещё в рукописи, хотя и кажется слишком короткой, а стиль Льюиса местами неуклюж. Толкин защищает роман от резкого отзыва рецензента, подчёркивая достоверность лингвистических построений и глубину мифологической основы, включая образ ангела Уарсы. Он также сообщает, что продолжение «Хоббита» продвинулось до третьей главы, и его сын Кристофер с Льюисом читают рукопись с восторгом. В конце Толкин жалуется на американское издание с опечатками и на неловкую ситуацию с шуточным письмом в «Обсервер», которое редактор опубликовал целиком.

027 В «Хоутон-Мифлин»

В письме американским издателям Толкин отвечает на просьбу прислать изображения хоббитов для будущих изданий книги. Он признаёт, что его собственные рисунки ненадёжны, и даёт подробное описание внешности хоббита: существо, похожее на человека, с упитанным животом, короткими ногами, круглым добродушным лицом, слегка заострёнными ушами, короткими курчавыми волми и шерстью на ногах. Одежда состоит из зелёных бархатных штанов, жилета, сюртука с пуговицами, капюшона и плаща. Рост — около трёх футов. Толкин отмечает, что на одной из иллюстраций хоббит изображён слишком крупным и толстым, и уточняет, что в тексте не упоминается обувь: хоббиты обычно ходят босиком, за исключением отдельных эпизодов, где они надевают башмаки.

028 К Стэнли Анвину

Издатель сообщает Толкину об успехе «Хоббита» в Америке: продано около трёх тысяч экземпляров, а «Нью-Йорк геральд трибюн» присудил книге премию в 250 долларов. Однако Рейнер Анвин критикует вторую и третью главы новой книги за излишнюю «хоббичью болтовню». В ответном письме от 4 июня Толкин благодарит за новости, но жалуется на стеснённые обстоятельства: в сентябре он лишится исследовательского гранта, и ему придётся вернуться к экзаменационной рутине. Он признаёт справедливость замечаний Рейнера, которые совпадают с мнением Льюиса, хотя сам и его сын Кристофер находят эту болтовню забавной. Толкин объясняет задержку с ответом занятостью: несколько научных работ в печати, редактирование серии и приезд студентов. В постскриптуме он сообщает об избрании Адама Фокса на должность профессора поэзии — победе, которую он и Льюис одержали над привилегиями, и упоминает, что Фокс входит в их литературный клуб.

029 Из письма к Стэнли Анвину 25 июля 1938

В письме Стэнли Анвину Толкин обсуждает запрос немецкого издательства «Рюттен унд Лёнинг», которое готовит перевод «Хоббита» и спрашивает о его арийском происхождении. Писатель возмущён этим требованием, считает его следствием пагубной и антинаучной расовой теории, которую он не желает поддерживать. Он отказывается давать подобное подтверждение, хотя мог бы, и не хочет, чтобы такие заявления появлялись в печати. Однако, понимая, что вопрос касается и издателя, он не хочет ставить под угрозу публикацию без согласия Анвина и прилагает два возможных варианта ответа для его решения.

030 В «Рюттен унд Лёнинг»

В главе приводится письмо Дж. Р. Р. Толкина немецкому издательству, предваряемое редакторским примечанием: из двух вариантов ответа сохранился лишь этот, и Толкин в нём отказывается подтверждать своё «арийское» происхождение. В письме от 25 июля1938 года писатель благодарит адресатов, но заявляет, что не понимает, что они подразумевают под словом «ариец». Он поясняет, что не имеет индоиранских корней, а если вопрос касается еврейской крови, то среди его предков её нет. Толкин упоминает, что его прапрадед переехал в Англию из Германии в XVIII веке, и он гордится своей немецкой фамилией, даже несмотря на службу в английской армии во время войны. Он называет подобные запросы оскорбительными и неуместными, особенно для иностранных подданных, и выражает надежду, что его ответ удовлетворит издательство.

031 К Ч. А. Ферту, «Аллен энд Анвин»

В этом фрагменте представлено письмо Толкина издателю Ферту, написанное в июле 1938 года. Писатель объясняет, почему продолжение «Хоббита» не продвигается: он утратил интерес к этой истории, считает, что все удачные мотивы уже использованы, и ссылается на финал первой книги, где Бильбо живёт счастливо до конца дней. Кроме того, он отмечает, что даже его друзья, например Льюис, находят хоббитов забавными только в нехоббитских ситуациях. Все мысли Толкина заняты мифологией «Сильмариллиона», а из независимых сюжетов у него есть лишь «Фермер Джайлс», который он переписал и читал вслух с успехом, хотя и опасается, что сказка стала слишком сатирической. Он также упоминает рукопись «Мистера Блисса» и выражает сожаление, что не может предложить ничего нового к сентябрю, надеясь на возвращение вдохновения.

032 К Джону Мейсфилду

В письме от 27 июля 1938 года Толкин отвечает поэту-лауреату Джону Мейсфилду, который пригласил его выступить на «Летних увеселениях» в Оксфорде в роли Чосера. Толкин соглашается использовать присланные Мейсфилдом стихотворные строки как вступление поскольку собственной прелюдии у него нет. Однако как знаток Чосера он позволяет себе критику: эти строки, по его мнению, ошибочно представляют Чосера первым английским поэтом, тогда как тот стоит в середине длинной литературной традиции, а не в её начале. Толкин также не видит в Чосере ничего весеннего или королевского, скорее оснее и связанное со средним классом. Он выражает недовольство гипотетическим произношением XIV века и предпочитает модифицированное современное произношение с восстановленными рифмами, как Мейсфилд читал «Рассказ Монаха» ранее. Письмо завершается подписью Толкина.

033 К Ч. А. Ферту, «Аллен энд Анвин» 31 августа 1938

Толкин пишет из Оксфорда издателю Ферту, объясняя, что подавлен морально из-за новых неприятностей и болезни. Врач велел ему немедленно всё бросить, и он ничего не делает уже неделю-две. Он уезжает в двухнедельный отпуск, который не планировал и не может себе позволить, но он нужен для его здоровья и здоровья младшего сына.

Он передаёт на рассмотрение перепечатанную рукопись «Фермера Джайлса», признавая, что история, вероятно, слишком коротка для отдельной публикации. Он предлагает дописать к ней продолжение и закончить псевдокельтскую сказку «Король Зеленой Дюжины». В последние дни он возобновил работу над «Властелином Колец», который достиг примерно седьмой главы и выходит из-под контроля. Толкин считает, что книга местами лучше «Хоббита», но не уверен, что она подходит той же аудитории, так как история «повзрослела». Льюис в восторге от неё. Если погода будет дождливой, работа продвинется дальше, но это не книга для чтения детям на ночь.

034 К Стэнли Анвину 13 октября 1938

В письме издателю Тол сообщает, что уже месяц работает над продолжением «Хоббита» и довёл текст до одиннадцатой главы, но вынужден прерваться: после смерти друга Гордона ему предстоит разбирать экзаменационные работы из Новой Зедии, что омрачит даже рождественские каникулы. Он надеется передать готовую рукопись в начале следующего года.

Толкин поясняет, что, говоря о вышедшем из-под контроля продолжении, имел в виду не похвалу, а то, что книга развивается сама по себе, забывает о детской аудитории и становится страшнее «Хоббита». Она выходит более взрослой, и его собственные дети, которые критикуют её по мере написания, тоже повзрослели. Автор признаёт, что мрачная безысходность времени отразилась на книге, но отрицает её аллегоричность, упоминая запрос из Америки с просьбой истолковать «Хоббита» как аллегорию.

035 К Ч. А. Ферту, «Аллен энд Анвин» 2 февраля 1939

В письме издателю Толкин сообщает о ходе работы над «Властелином Колец»: к концу триместра написано двенадцать глав, более трёхсот страниц, и для завершения потребуется ещё не менее двухсот. Он спрашивает о крайнем сроке сдачи рукописи, объясняя, что из-за болезни, смерти друга и разбора экзаменационных работ почти не имел возможности писать. Также он упоминает финансовые трудности, связанные с образованием сыновей, и предлагает издателю рассмотреть другие свои произведения — «Мистера Блисса» и расширенного «Фермера Джайлса».

Толкин

036 К Ч. А. Ферту, «Аллен энд Анвин»

В письме от 10 февраля 1939 года Толкин отвечает мистеру Ферту из издательства «Аллен энд Анвин». Он благодарит за присланный чек с авторским гонораром за «Хоббита» и сообщает, что, несмотря на грипп и усталость после экзаменов, чувствует себя сносно, хотя горло болит. Толкин обещает отдать рукопись новой книги в перепечатку и предоставить машинописный вариант, надеясь завершить её к 15 июня, если издательство одобрит текст и не потребует серьёзной переработки. Он также спрашивает, одобрен ли расширенный вариант «Фермера Джайлса», и интересуется, стоит ли продолжать истории о Малом Королевстве, включая приключения принца Джорджа и толстого мальчика Пуза, а также битву при Отмуре. Толкин сомневается, является ли эта семейная забава лишь шуткой или может иметь более серьёзное значение.

037 К Стэнли Анвину

В письме от 19 декабря 1939 года Толкин отвечает Стэнли Анвину на его запрос о задержке с предисловием к «Беовульфу». Он извиняется за небрежность, объясняя её болезнью, начавшейся перед войной, загруженностью на факультете и тяжёлой болезнью жены, которая, к счастью, оказалась не раком. Толкин обещает немедленно взяться за предисловие. Затем он переходит к делам: сообщает, что работает над продолжением «Хоббита», дошёл до шестнадцатой главы, но сомневается, что книга подойдёт прежней аудитории, и спрашивает о возможности публикации весной. Он также упоминает, что немецкое издание «Хоббита», видимо, не состоится, и что его сын, находящийся в Италии, одобрил написанное. В конце Толкин предлагает издать законченного «Фермера Джайлса», который уже давно лежит без дела.

038 К Стэнли Анвину

В этом фрагменте Толкин отвечает на отчаянный запрос издательства «Аллен энд Анвин» относительно предисловия к переводу «Беовульфа». Он приносит извинения за задержку и объясняет, что неправильно понял требуемый объём: вместо нескольких слов он подготовил обширный текст, включая анализ метрики. Толкин признаёт, что его работа слишком длинна, и предлагает издателю использовать её целиком или сократить, выделив отдельные абзацы. Он также выражает сожаление, что не выполнил просьбу раньше. В результате он отправляет свой текст, который, как сообщается во вступлении, был использован полностью, несмотря на длину.

039 Из письма к Майклу Толкину 29 сентября 1940

В письме сыну Майклу Толкин рассказывает о том, что в конце лета 1940 года в их доме временно жили две эвакуированные женщины — свекровь и невестка из семей железнодорожников. Тем утром они уехали обратно в Ашфорд, и писатель вспоминает их отъезд как череду одновременно забавных и трогательных происшествий. Он характеризует обеих как на редкость простых, беспомощных, кротких и горестных людей. Впервые в своей семейной жизни они оказались разлучены с мужьями, и, как выяснилось, предпочли бы погибнуть от взрыва, чем переживать такую разлуку. Толкин передаёт это наблюдение с сочувствием, отмечая, насколько тягостным было для них вынужденное расставание.

040 Из письма к Майклу Толкину 6 октября 1940

В сентябре 1939 года девятнадцатилетний сын Толкина решает пойти добровольцем в армию, но ему советуют сначала год проучиться в университете. Он поступает в Тринити-колледж в Оксфорде, однако следующим летом оставляет учёбу ради обучения на стрелка-зенитчика. В письме к сыну Толкин сожалеет, что университетская карьера сына прервана, и выражает надежду, что тот сможет вернуться к учёбе. Он размышляет о том, что в мирное время люди склонны воспринимать всё как подготовку к чему-то, хотя на самом деле важны лишь то, каковы мы и что делаем в настоящий момент. Впрочем, эта мысль не утешает его при виде армейского милитаризма и напрасной траты времени. Толкин вспоминает, что сам оказался на войне в момент, когда мог много писать и узнавать, и упущенное ему так и не удалось наверстать.

041 Из письма к Майклу Толкину 2 января 1941

В письме сыну Майклу автор сообщает, что разобрал накопившуюся переписку и собирается вновь приняться за свою книгу. Однако он понимает, что как только начнёт работать по-настоящему, приблизится начало нового учебного триместра, и ему придётся отвлечься на лекции и заседания комитетов. Таким образом, он стоит перед неизбежным выбором между творчеством и академическими обязанностями, которые вскоре вновь займут его время.

042 К Майклу Толкину

В письме отцу, адресованном сыну Майклу, который лежит в госпитале после аварии, рассказывается о буднях в Оксфорде в январе 1941 года. Толкин жалуется на унылую погоду и бесконечные заседания, но упоминает редкий вечер в пабе с доктором Хавардом и братьями Льюис. Он забавно описывает, как угостил рабочих нюхательным табаком, подаренным Дж. Б., и как майор Льюис рассказал историю о Хьюго Дайсоне, требовавшем «подержать» новую книгу, чтобы она стала подержанной. Отец делится тревогами о войне: ожидает скорого мощного нападения Гитлера, подозревает СССР в кознях и беспокоится о послевоенных временах. Заканчивает письмо благословением, молитвами и вопросом о нуждах сына.

043 Из письма к Майклу Толкину 6–8 марта 1941

В письме сыну Майклу Толкин размышляет о природе отношений между мужчиной и женщиной в падшем мире. Он различает плотское влечение, дружбу и романтическую любовь, считая, что чистая дружба между полами почти невозможна из-за греховности. Он критикует куртуазную традицию, идеализирующую женщину как «путеводную звезду», и отмечает, что женщины более практичны и менее романтичны, чем мужчины. Толкин подчёркивает, что брак требует самоотречения и волевых усилий, а не только романтических чувств, и что «родная душа» — это тот, с кем связал брак.

Затем он рассказывает о своей собственной истории: в восемнадцать лет влюбился в будущую жену, которая была старше и не католичка. Из-за опекуна он прервал отношения на три года, а в двадцать один год возобновил их и обручился. Он описывает трудности: войну, бедность, рождение сына. В конце он советует сыну искать истинный путь в Святом Причастии, которое даёт романтику, верность и вечную жизнь.

044 Из письма к Майклу Толкину 18 марта 1941

В письме автор рассказывает о своих предках по материнской линии — Саффилдах, выходцах из Западного Мидлендса, связанных с Вустерширом. Он отмечает, что, несмотря на фамилию Толкин, по вкусам, способностям и воспитанию считает себя Саффилдом и воспринимает любой уголок этого графства как родной дом, чего не испытывает ни к какому другому месту. Далее он вспоминает свою бабушку, которой адресат многим обязан: она была одарённой, красивой и умной женщиной, но ей выпало немало страданий. Она умерла молодой, в 34 года, от болезни, усугублённой травлей за её веру, в домике местного почтальона в Реднэле, и похоронена в Брумсгроуве.

045 К Майклу Толкину

В письме от 9 июня 1941 года отец отвечает сыну Майклу, кадету военного колледжа. Он рад получить весточку, но жалуется на усталость от лекций и дождливую погоду, мешающую работе в саду. Отец делится переживаниями о войне: ему тяжело от бесполезной бюрократической работы, он чувствует себя «охромевшей канарейкой» и мечтает приносить реальную пользу. Он признаёт, что гордится сыном-солдатом, и выражает надежду на вечную связь между отцом и сыном, упоминая небеса, где завершаются незаконченные истории.

Далее отец размышляет о пороках англичан (лень) и о немецком враге, чьи добродетели и промышленность превосходят английские. Он говорит о своём давнем интересе к германскому духу, который, по его мнению, Гитлер извращает и уничтожает. Отец признаётся, что ненавидит диктатора и хотел бы быть полезным, но его никто не зовёт выступать. В конце он просит сына молиться за него и заверяет в любви.

046 Из черновика письма к Р. У. Чапману 26 ноября 1941

В этом черновике письма Толкин отвечает на просьбу Чапмана поделиться воспоминаниями о Джордже Гордоне, который был его начальником в Лидсе в начале 1920-х годов. Толкин вспоминает, как впервые встретил Гордона на собеседовании в 1920 году и как тот сразу проявил доброту, помогая новому сотруднику с жильём и рабочим местом. Он описывает Гордона как знатока людей, который создал сплочённый факультет английского языка, поощрял свободу и дружеское соперничество между отделениями, а также ввёл неформальный тон, помогавший студентам выходить за рамки программы. Толкин подчёркивает, что Гордон превратил скромный предмет в полноценную школу с собственными офисами и студенческой комнатой, но после его отъезда дело пришло в упадок. Письмо проникнуто личной признательностью и уважением к Гордону как другу и наставнику.

047 К Стэнли Анвину

В письме Стэнли Анвину Толкин благодарит его за сообщение о том, что «Фойлз» планирует выпустить «Хоббита» в детской серии, что позволит переиздать книгу после уничтожения тиража при бомбардировке. Он рассказывает о работе над продолжением «Хоббита», которым занимается с 1938 года в свободное время; рукопись почти готова, но вышла очень длинной, мрачнее оригинала и совсем не детской. Толкин спрашивает, стоит ли предлагать такой «эпос» издателю, и предлагает либо дождаться завершения, либо прислать значительную часть текста, уже перепечатанную до двадцать третьей главы. Он также выражает соболезнования по поводу убытков от пожара и интересуется возможностью компенсации. В конце он предлагает издать сборник коротких волшебных историй и стихов, включая «Фермера Джайлса» и «Тома Бомбадила».

048 К К. С. Льюису

В этом фрагменте представлено письмо Толкина к Льюису (Джеку) от 20 апреля 1943 года, с кратким редакторским пояснением об упомянутых лицах и сокращениях. Толкин сочувствует болезни Льюиса, шутливо ссылаясь на их общего друга Г. Л. (Горе-Лекаря), и называет их еженедельные встречи по средам священным долгом, который враг рода человеческого пытается сорвать. Он сообщает, что Ридли, потрясённый невежеством кадетов, согласился провести дополнительное занятие, поэтому Льюис может перенести «Артура» на другой день и не беспокоиться о консультациях. Толкин упрекает друга в переутомлении и советует отдохнуть от разъездов, а также делится собственным беспокойством: его «одинокий пулемёт» бьёт мимо цели, и ему нужна поддержка. В конце он упоминает обед в авиационной эскадрилье, а в постскриптуме — о проверочной работе Ридли, где ни один кадет не смог правильно определить ни одного слова.

049 К К. С. Льюису (черновик)

В этом черновике письма Толкин обращается к Льюису по поводу его брошюры «Христианское поведение», критикуя предложение о двух видах брака. Он утверждает, что аргумент Льюиса о магометанах и вине непоследователен: если христианский брак — единственно верный для всех, то его нельзя низводить до особ

050 Из письма к Кристоферу Толкину 25 октября 1943

В письме от 25 октября

051 Из письма к Кристоферу Толкину 27 октября 1943

В письме от 27 октября 1943 года Толкин сообщает, что посетил ужин в Модлин-Колледже, куда Льюис пригласил Джоуда, автора недавней книги «Возвращение к вере». Толкин описывает Джоуда как человека, внешне и по характеру напоминающего мистера Жаба из «Ветра в ивах», однако отмечает его ум, доброжелательность и совпадение взглядов по многим вопросам. Джоуд, известный своей поездкой в Россию, делится впечатлениями: он утверждает, что новые города там не дотягивают до уровня Уиллздена, а страна в целом производит удручающее впечатление. В качестве примера он приводит поездку на поезде, когда за несколько часов чтения пейзаж за окном не меняется вовсе, что, по его мнению, говорит о застое и убожестве. Толкин передаёт эти слова без оценки, ограничиваясь описанием встречи и впечатлений от собеседника.

052 Из письма к Кристоферу Толкину 29 ноября 1943

В письме, написанном в ноябре 1943 года, Толкин обращается к своему сыну Кристоферу, который в то время проходил военную подготовку в Манчестере. Автор излагает свои политические взгляды, склоняясь к анархии в философском смысле или к неконституционной монархии. Он резко критикует абстрактные понятия вроде «государства» и «правительства», предлагая заменить их конкретными именами и лицами. Толкин сожалеет о том, что современный мир, управляемый инженерами и химиками, не оставляет порядочным людям шансов, и сравнивает современность с гибелью древней Греции. В конце письма он находит утешение в любви к тому, что дорого, и призывает сына мужественно сражаться, метко целясь, подобно воину с оружием.

053 Из письма к Кристоферу Толкину 9 декабря 1943

Толкин пишет сыну Кристоферу из Оксфорда в декабре 1943 года. Он жалуется на суматошную жизнь, отсутствие встреч с друзьями Льюисом и Уильямсом, на нехватку развлечений и чтения — в газетах только новости о Тегеранской конференции. Он иронизирует над заявлением Сталина о свободе народов и над фотографией Черчилля. Толкин выражает тревогу по поводу глобализации и американизации мира, опасаясь, что мир станет плоским и скучным, и в шутку предлагает перейти на древнемерсийский язык. Он признаётся, что американский космополитизм его пугает, и сомневается, что победа США в войне пойдёт миру на пользу. При этом он подчёркивает свою любовь к Англии, а не к Великобритании или Содружеству, и беспокоится, что удача, сопутствовавшая Англии, может иссякнуть.

054 Из письма к Кристоферу Толкину 8 января 1944

В письме сыну Кристоферу автор делится духовными размышлениями. Он объясняет своё представление об ангеле-хранителе как о точке соприкосновения с божественной силой, которая поддерживает человека сзади, позволяя ему смотреть на Господа. Толкин советует не отчаиваться в трудные времена и напоминает, что стремление к внутреннему миру — это конкретное действие, а не тщеславие. Он также рекомендует ввести привычку к молитвенным обращениям, перечисляя латинские молитвы и псалмы, которые можно произносить наизусть, а также помнить чин мессы для сердечного повторения, когда невозможно посетить службу.

Затем автор обращается к древнеанглийскому стихотворению из Эксетерской книги, цитируя строки о том, что того, кто знает много песен или умеет играть на арфе, меньше тревожит тоска. Толкин отмечает, что это древнее чувство «longaр» — тоски или longing — знакомо людям всех эпох, особенно родственным душам, и оно обостряется страданиями и суровостью мира. Письмо завершается выражением огромной любви к сыну.

055 Из письма к Кристоферу Толкину

Это первое из серии пронумерованных писем Толкина к сыну Кристоферу, который уехал в Южную Африку учиться на лётчика. Отец рассказывает о своих буднях: читает лекции, обсуждает дела с коллегой, ночует в сыром холодном помещении штаба гражданской обороны. Там он знакомится с историком Сесилом Роутом, чья доброта и деликатность трогают его: Роут одалживает ему часы и будит к утренней службе, что помогает Толкину успеть на исповедь и мессу. Затем он читает лекцию и встречается с друзьями в пабе, упоминает и домашние мелочи — куры не несутся. В конце письма он объявляет, что будет нумеровать каждое письмо и страницу, чтобы ничего не терялось, и шутливо замечает, что пишет по-древнеанглийски, а не по-русски или по-польски, извиняясь перед знакомым поляком.

056 Из письма к Кристоферу Толкину 1 марта 1944 (FS 6)

В письме сыну Кристоферу Толкин сообщает, что за последние недели почти ни с кем не виделся, поэтому не может рассказать ничего забавного. Он упоминает, что человек по прозвищу «Горе-Лекарь» снова в Оксфорде: благодаря запросу через «Митру» его вернули с другого конца света. Тот по-прежнему служит во флоте, но живёт дома и работает в исследовательском бюро над темой малярии, всем доволен. Далееолкин говорит о Льюисе: тот энергичен и весел, но становится слишком известен, и газета «Дейли телеграф» напечатала о нём нелепый абзац, назвав его «аскетичным», хотя за утренней встречей Льюис выпил три пинты и пошутил про воздержание в Великий пост. Толкин критику

057 Из микрофильмированного письма к Кристоферу Толкину 30 марта 1944 (FS 12)

В письме от 30 марта 1944 года автор сообщает, что накануне встречался с обоими братьями Льюис и обедал с К. С. Льюисом, называя это настоящим выходом в свет. Льюис, неутомимый труженик, прочитал ему отрывок из своего нового произведения и настойчиво подталкивает автора к завершению его собственной книги. Автор признаёт, что нуждается во внешнем давлении, и, вероятно, откликнется на этот призыв. Однако он отмечает, что половина его «каникул» уже прошла, а экзаменационные дела только-только удалось расчистить, так что времени на творчество остаётся немного.

058 К Кристоферу Толкину

В письме сыну Кристоферу Толкин рассказывает о поездке в Бирмингем на обед, устроенный новым директором его бывшей школы короля Эдуарда. Он описывает дорогу: в поезде он спорит с американским офицером о «феодализме» и «оксфордском акценте», пытаясь объяснить, что эти понятия не имеют отношения к аристократии, а его собственная речь — просто естественная привычка. После прибытия он бродит по городу, замечает разрушения от бомб и безликие новые здания, а на месте старой школы находит уродливое многоэтажное сооружение. На обеде присутствуют около ста двадцати бывших учеников, многих он помнит только по инициалам. К его удивлению, его самого запомнили главным образом за успехи в рэгби и любовь к цветным носкам. Письмо передаёт его разочарование переменами и ностальгию по прошлому.

059 Из микрофильмированного письма к Кристоферу Толкину 5 апреля 1944 (FS 14)

Толкин пишет своему сыну Кристоферу о том, что решительно настроен завершить книгу и серьёзно взялся за работу: он засиживается допоздна, ему приходится заново перечитывать и подробно исследовать множество материала. Возвращение к работе даётся ему с трудом и кажется тягомотным. Он вернулся к главам о Сэме и Фродо и пытается продумать их приключения. Всего несколько страниц дались ему с большим напряжением: на данный момент герои как раз встречают Голлума на краю пропасти. Толкин благодарит сына за перепечатку и отмечает, как красиво переписаны главы, а также признаётся, что ему очень не хватает рядом личного секретаря и критика.

060 К Кристоферу Толкину (микрофильмированное письмо)

Толкин пишет сыну Кристоферу, который находится в лагере в Трансваале. Он подтверждает получение авиаписьма от 25 марта, выражает сочувствие по поводу отменённого отпуска и говорит, что очень скучает. В письме он описывает свои недавние занятия: помогал с приёмом кадетов, встречался с К. С. Льюисом и Чарльзом Уильямсом, читал им последнюю главу своей книги, которая получила одобрение, и начал следующую. Он также упоминает вечер в Модлин-колледже, где Льюис читал отрывок из своей будущей книги, а сам Толкин остался невысокого мнения о новой работе Льюиса. Он продолжает писать о Фродо и Голлуме, доведя героя почти до врат Мордора, и занимается домашними делами, включая стрижку лужайки. Ночь в окружном штабе выдалась шумной, но он намерен продолжать работу над «Кольцом» при любой возможности.

061 Из письма к Кристоферу Толкину 18 апреля 1944 (FS 17)

В письме от 18 апреля 1944 года отец отвечает сыну Кристоферу, получив сразу пачку его писем. Он сочувствует его тяготам, сравнивая их с собственным военным опытом, и критикует радио как орудие глупцов и угнетателей. Отец радуется, что сын может читать, и цитирует древнеанглийского поэта, размышляя о подобающем обращении отца к сыну. Он обсуждает манеры эпохи Джейн Остин, которые, по его мнению, упрощали жизнь. На следующий день он планирует встретиться с К. С. Льюисом и прочитать новую главу о переходе через Мёртвые болота. Также он рассказывает о забавном письме из армии с вопросом о произношении фамилии Купер, о вступлении в Христианский Совет, о весенней погоде и нарциссах. Отец выражает тоску по сыну, надеется на его возвращение и касается вопроса о расовой дискриминации, отмечая, что британцы часто ужасаются ей, но быстро привыкают.

062 Из микрофильмированного письма к Кристоферу Толкину 23 апреля 1944 (FS 18)

Толкин сообщает, что прочита вторую главу «Путь через Мертвые болота» Льюису и Уильямсу, и они её одобрили. Он почти закончил третью главу «Врата Земли Теней». История полностью подчиняет его себе: он написал уже три главы там, где планировал одну, и из-за этого запустил множество других дел. Он настолько погружён в книгу, что вынужден силой отрывать себя от неё, чтобы проверить экзаменационные работы и подготовиться к лекциям, которые начинаются со вторника.

063 К Кристоферу Толкину 24 апреля 1944 (FS 19)

В письме сыну Кристоферу Толкин рассказывает о своей жизни в Оксфорде в конце апреля 1944 года. Он описывает ночную воздушную тревогу, из-за которой ему не удалось выспаться, и утренние хлопоты: стрижку газонов, поездки в город, оформление завещания для миссис Райт. Он упоминает, что пиво в «Митре» закончилось, а новая бочка не пришла. Также он сообщает, что К. С. Льюис получил должность лектора в Кембридже и теперь по средам уезжает туда.

Толкин делится размышлениями о проповедях: по его мнению, хорошая проповедь требует искусства, добродетели и знаний, а также особой благодати. Он сетует на неудачные проповеди, которые слышал, и советует Кристоферу относить правду к себе, а не судить других. В конце письма он вспоминает о своём отце, умершем в Блумфонтейне, и спрашивает, сохранилась ли там могила, а также интересуется, стоит ли ещё старое здание банка, где он родился.

064 К Кристоферу Толкину 30 апреля 1944 (FS 20)

В письме сыну Кристоферу, находящемуся на военной службе, автор выражает глубокую тоску и тревогу о его судьбе. Он размышляет о бессмысленности войны, о страданиях миллионов людей и о том, что зло, несмотря на свою силу, лишь подготавливает почву для неожиданного добра. Автор признаётся, что сын стал для него драгоценным утешением, и надеется на скорую встречу, уповая на Божью милость и вечную связь между ними.

Далее он делится творческими новостями: работа над «Кольцом» продвигается, Фродо и Сэм с Голлумом пересекли Мёртвые болота, столкнулись с гондорцами и увидели боевого слона — олифанта, о котором Сэм цитирует детский стишок. Впереди — предательство Голлума и плен Фродо. В конце письма автор жалуется на шум авиационных двигателей, мешающий саду, и сожалеет, что может общаться с сыном лишь бумажными письмами, желая ему душевной и телесной крепости.

065 Из микрофильмированного письма к Кристоферу Толкину 4 мая 1944 (FS 21)

В письме от 4 мая 1944 года Толкин сообщает Кристоферу о своей работе над романом. Он упоминает, что в понедельник встретился с Льюисом и прочитал ему очередную главу. Сейчас он работает над следующей главой и ожидает, что скоро действие дойдёт до теней Мордора. Он планирует отправить Кристоферу копии глав, как только они будут готовы.

066 Из письма к Кристоферу Толкину 6 мая 1944 (FS 22)

В письме сыну Кристоферу Толкин отвечает на два его авиаписьма и сочувственно отзывается о его жалобах на армейскую жизнь, сравнивая её со своим опытом времён Первой мировой войны. Он рассуждает о бессмысленности войн и бюрократической организации, проводя параллель со своим вымышленным миром: попытка победить Саурона с помощью Кольца лишь порождает новых Сауронов. Толкин советует сыну начать писать как способ справиться со страданиями, вспоминая, как сам сочинял в грязных столовых и блиндажах. Далее он описывает свои недавние дни: скверную погоду, заседания комиссии, поход с женой в театр. Главное событие — появление в его повествовании нового персонажа Фарамира, брата Боромира, который задерживает развитие сюжета своими рассуждениями об истории Гондора и Рохана. Толкин упоминает битву с олифантом, планы провести Сэма и Фродо через Кирит Унгол, а затем — Великое Наступление, гибель Теодена и прибытие Белого Всадника к Вратам Мордора. Он намерен переписать новый материал и отправить его сыну.

067 Из микрофильмированного письма к Кристоферу Толкину 11 мая 1944 (FS 23)

В письме сыну Кристоферу от 11 мая 1944 года автор сообщает о своих текущих делах и творческих успехах. Он закончил четвёртую новую главу «Фарамир», которую одобрили К. С. Льюис и Ч. Уильямс. Также он посетил церковь вместо сына, пообедал с матерью в городе, встретился с Льюисом во вторник и присутствовал на скучном обеде в Пембруке с Райсом-Оксли. Маккаллум доволен успехами Мика. Основное время занимают лекции, дом и сад, но он находит минуты для работы над «Кольцом». Он уже начал следующую главу, которая завершится катастрофой в Кирит Унголе, где Фродо попадёт в плен. После этого действие вернётся в Гондор, и сюжет быстро движется к развязке. Автор восхищается Итилиэном и сожалеет, что сына нет рядом, чтобы помогать с картами или печатью.

068 Из микрофильмированного письма к Кристоферу Толкину 12 мая 1944 (FS 24)

В письме сыну Кристоферу от 12 мая 1944 года Толкин рассказывает о своём дне. Утро он провёл за письменным столом, продвигаясь в работе над текстом, где уже впереди маячит Минас Моргул. После обеда, в жару и духоту, он работал в саду. Он признаётся, что до сих пор не перепечатал новые главы для Кристофера, потому что спешит продвинуться как можно дальше, пока есть возможность, и не может отвлекаться на создание беловой копии. Он выражает глубокую любовь к сыну, говорит, что его мысли и молитвы всегда с ним, и сожалеет, что многого не знает. Затем он приводит цитату Фарамира к Фродо: когда тот вернётся в землю живых, они сядут у стены на солнце и, смеясь над прошлыми бедами, заново перескажут всё, что было.

069 К Кристоферу Толкину 14 мая 1944 (FS 25)

В письме сыну Кристоферу Толкин рассказывает о своих литературных трудах: накануне он правил старые главы, поскольку обнаружил несообразности в движении луны между бегством Фродо и прибытием в Минас Моргул. Он также упоминает проповедь отца К., который резко обличал греховность Оксфорда и предрекал городу гибель; Толкин соглашается с неизбывностью человеческого греха, но замечает, что добро всегда присутствует, хоть и скрыто. Далее он сообщает о встрече с К. С. Льюисом, которому прочитал новую главу «Дорога до Перепутья» и получил одобрение, однако признаёт, что приближается к сложной части повествования, где старые наброски уже не годятся. В конце письма Толкин делится замыслом новой короткой повести: человек у окна наблюдает за маленьким клочком земли сквозь века, видя, как меняются растения и животные, но люди остаются неизменными в своих речах и поступках.

070 К Кристоферу Толкину 21 мая 1944 (FS 26)

В письме сыну Кристоферу Толкин рассказывает о своей работе над романом. Он жалуется на холодную и пасмурную погоду, которая помешала росту травы, но позволила ему сосредоточиться на писательстве. Поначалу он застревает в одном месте, обнаружив, что все прежние наброски бесполезны, и ему приходится переделывать время и мотивации. Однако ценой больших усилий он доводит повествование до захвата Фродо на горном перевале у границ Мордора. Он спрашивает сына, подходит ли имя Шелоб для чудовищной паучихи, объясняя, что это сочетание «she» и «lob».

Далее Толкин сообщает, что работал над главой очень напряжённо, особенно в преддверии кульминации, и переписывал текст множество раз. Утром он получил похвалу от К. С. Льюиса и Ч. Уильямса, которые нашли последние главы превосходными. Он отмечает, что Голлум становится всё более сложным и интригующим персонажем. Также он упоминает, что ночью дежурил при ключах, лёг спать в 3:30 утра и теперь устал, а следующую ночь проведёт в штабе гражданской обороны.

071 К Кристоферу Толкину (микрофильмированное письмо) 25 мая 1944 (FS 27)

В письме отцу, адресованном сыну Кристоферу, Толкин делится впечатлениями от его писем об Африке, признаваясь, что рассказы о ней пробуждают в нём странное чувство знакомого. Он жалуется на бессонную ночь из-за шума моторов, из-за чего неважно провёл лекцию. Главное его занятие — работа над главой про Шелоб и Кирит Унгол, которую он переписывал несколько раз, и теперь сюжет развивается иначе, чем в набросках. Также он сообщает, что соорудил клетку для кур и загон для цыплят. Вечером планирует пойти в Модлин на собрание. Толкин рассуждает об орках как о реальных существах, которые в жизни воюют на обеих сторонах, и о важности выбора стороны. Он выражает отвращение к персонажу Питеру Уимзи из книг Дороти Сейерс. Письмо заканчивается благословением сына.

072 К Кристоферу Толкину 31 мая 1944 (FS 28)

В письме сыну Кристоферу Толкин рассказывает о своей недавней жизни в Оксфорде. Он обедает в колледже с тремя пожилыми джентльменами, посещает собрание «Инклингов», где слушает главу из книги Уорни Льюиса и отрывки из повести К. С. Льюиса, которую предлагает переименовать. Главное — он усиленно работает над «Кольцом» и успевает довести повествование до захвата Фродо орками; прочитав последние главы Льюису, тот приходит в восторг и даже плачет. Толкин планирует перепечатать новые главы и отправить их сыну. Он также описывает бытовые хлопоты: прокол шины, ремонт, поездку за рыбой. Его угнетают новости о войне и вульгарные замечания стариков. Отдельно он иронизирует над коллегами, которые радуются, что на пост ректора Линкольна не выбрали «паписта». Письмо заканчивается подписью «твой родной и любимый папа».

073 Из письма к Кристоферу Толкину 10 июня 1944 (FS 30)

В письме, датированном 10 июня 1944 года, автор сообщает сыну о получении авиапочты и упоминает, что в мире происходит много событий, но подробности опускает, ссылаясь на осторожность. Он замечает, что погода прояснилась, и считает её важной. Затем он вспоминает, что последний раз писал 6 июня, в день высадки союзников, и что в тот период много работал над правкой текстов. Он описывает унылый обед в Пембруке, после которого отправился в Модлин, где встретился с Льюисами, Чарльзом Уильямсом и Эдисоном. Там с

074 Из письма к Стэнли Анвину 29 июня 1944

В письме от 29 июня 1944 года Толкин отвечает Стэнли Анвину на его послание о сыне Рейнере, который учится в Оксфорде. Толкин рад возможности встретиться с Рейнером, но огорчён тем, что война забрала и его. Он сообщает, что его младший сын Кристофер был захвачен в плен в июле прошлого года и находится в Оранжевой провинции, где несчастен, а второй сын, раненый в боях, пытается восстановить здоровье в Тринити. Толкин извиняется за долгое молчание, объясняя его семейными заботами, но теперь, освободившись от военных обязанностей, он наконец завершает продолжение «Хоббита». Рукопись существует в единственном экземпляре и нуждается в правке, но он надеется скоро прислать большой фрагмент. Он благодарит за чек, отмечая, что деньги пригодятся, так как он всё ещё в долгах из-за образования детей после военных расходов.

075 К Кристоферу Толкину 7 июля 1944 (FS 36)

В письме сыну Кристоферу автор рассказывает о своих буднях: лопнувшая шина, поход в паб, строительство курятника из подручных материалов. Он описывает сад, где поселились ручные снегири, и замечает, что они ведут себя как щеглы. Затем он вспоминает «Калевалу», а именно руну о происхождении пива, и приводит забавный отрывок из перевода. Выражает сожаление о судьбе финнов и упоминает, что финский язык повлиял на его творчество. Далее он спрашивает о полётах сына и переходит к размышлениям о технике: машины не приносят удовлетворения, а из-за грехопадения изобретения обращаются во зло — от Дедала к бомбардировщикам. Он сетует, что мало кто видит эту правду, и приводит пример мотоцикла «Иксион». В конце отмечает, что уместил в письмо более двух тысяч слов.

076 Из письма к Кристоферу Толкину 28 июля 1944 (FS 39)

В письме сыну Кристоферу автор соглашается с его мнением о имени Сэма Гэмджи и поясняет, что замена имени была задумана, чтобы подчеркнуть комичность, деревенскую простоту и английский характер этого хоббита. Он упоминает, что имя, возможно, не английского происхождения, но связано с перевязочным материалом, и признаёт, что теперь образ персонажа неотделим от этого имени. Далее он рассказывает о посещении постановки «Гамлета» незадолго до письма. Спектакль произвёл сильное впечатление: он шёл в быстром темпе, без сокращений, с молодым и свирепым Гамлетом. Автор отмечает, что это наглядно показало, как чтение Шекспира должно дополняться сценическим действием. Самым волнующим эпизодом оказалась сцена безумной Офелии с песнями, которая при чтении казалась скучной. Он сожалеет, что нельзя было увидеть пьесу без предварительного знакомства с сюжетом.

077 Из письма к Кристоферу Толкину 31 июля 1944 (FS 41)

В письме сыну Кристоферу от 31 июля 1944 года Толкин сообщает, что много времени потратил на перепечатку новых глав «Властелина колец» и почти закончил их. Он упоминает визит Бинни, а также то, что его жена П. прочла «За пределы безмолвной планеты» и «Переландру» Льюиса, предпочтя вторую, но не согласна с тем, что Рансом — портрет самого Толкина. Далее он размышляет о военных новостях, о судьбе фон Папена, о возможном открытии второго фронта во Франции и о положении на востоке. Толкин беспокоится о будущем свободы, опасаясь роста стандартизации и упадка культуры, например, вытеснения музыки джазом. Он иронизирует над пропагандой и надеется, что она обратится против себя. На следующий день он узнаёт о выходе книги «Первые шорохи ветра в ивах» и сожалеет, что его собственное продолжение слишком длинное и медленно пишется.

078 Из письма к Кристоферу Толкину 12 августа 1944 (FS 43)

В письме сыну Кристоферу от 12 августа 1944 года Толкин отвечает на его недавние послания. Он успокаивает сы

079 Из письма к Кристоферу Толкину 22 августа 1944 (FS 45)

В письме сыну Кристоферу автор размышляет о современной культуре, сравнивая южноафриканский Крунстад с Йоханнесбургом. Крунстад он считает честным воплощением нынешней цивилизации, тогда как Йоханнесбург — лишь редким исключением, возможным благодаря нестабильным экономическим условиям. Он предсказывает, что Англия через десять-двадцать лет покроется множеством подобных Крунстаду поселений, и лишь христианская церковь сохранит остатки высокой духовной традиции, если её не загонят в катакомбы. Автор замечает, что будущее скрыто от современников, которые следят за Сталиным, Гитлером или читают журналы.

Далее он описывает свой день: утром читал лекцию, затем встретил обоих Льюисов и Чарльза Уильямса, и вместе они выпили эля в пабе «Королевский герб». Вечером автор любуется необычайно красивым закатом с пламенеющими облаками, надеясь, что это предвещает хорошую погоду наутро.

080 Из микрофильмированного письма к Кристоферу Толкину 3 сентября 1944 (FS 46)

В письме Кристоферу Толкину от 3 сентября 1944 года автор рассказывает о том, как уже много вечеров читает с Присциллой «Балладу о белом коне» Честертона. Объясняя ей самые трудные места, он приходит к выводу, произведение хуже, чем ему казалось раньше. Финал поэмы он считает нелепым. По его мнению, яркие и блестящие выражения, даже когда они действительно удачны, не могут скрыть того, что Честертон совершенно не понимал «Севера» — ни языческого, ни христианского.

081 К Кристоферу Толкину

В письме сыну Кристоферу, переведённому в лагерь под Стандертоном, Толкин подтверждает получение его микрофильмированного письма и одобрение глав. Он рассказывает о домашних новостях: в Оксфорде снимают затемнение, а на встрече «Инклингов» он слушает чтения Льюиса, Уильямса и собственный перевод Вергилия. Затем Толкин размышляет о пустом значении слова «свобода», критикует пропаганду, которая принижает сопротивление немецкой армии, и возмущается статьёй, призывающей уничтожить

082 Из микрофильмированного письма к Кристоферу Толкину 30 сентября 1944 (FS 52)

В письме Кристоферу Толкин рассказывает, что вместе с двумя спутниками вернулся из театра, где видел устаревшую и слабую постановку пьесы Шоу «Оружие и человек». В театре он встретил женщину, которая перепечатывает его «Кольцо», и надеется вскоре отправить Кристоферу новые главы. Он признаётся, что продолжает писать только ради того, чтобы показать результат сыну. Сейчас он занят переработкой текста и не может двигаться дальше, не освежив в памяти предыдущие части. Он упоминает главу «Король Золотого Чертога» и отмечает, что теперь, когда она «отлежалась», она выглядит хорошо и её можно оценить беспристрастно.

083 Из письма к Кристоферу Толкину 6 октября 1944 (FS 54)

В письме сыну Кристоферу Толкин рассказывает о неожиданно интересной неделе: у него образовалась свободная неделя до начала триместра. Во вторник он зашёл в паб с К. С. Льюисом, где к их разговору о Вордсворте неожиданно присоединился незнакомец — поэт Рой Кэмпбелл, автор «Цветущей винтовки». Это создало неловкость, ведь Льюис недавно опубликовал на него пасквиль. Кэмпбелл приехал в Оксфорд, чтобы познакомиться с ними обоими. В четверг вечером они встретились в комнате Льюиса, и Кэмпбелл рассказывал о своей жизни: обращении в католицизм, спасении архивов кармелитов в Барселоне, работе тореадором, участии в войне на стороне Франко и службе в британской армии. Толкин восхищён этим человеком. Он также отмечает предвзятость Льюиса, который верит всей пропаганде против Франко, но не верит ничему в его пользу, что Толкин объясняет антикатолическими настроениями англиканства. В конце письма он просит сына писать о мелочах и размышляет, что страшнее всего — создания рук человеческих, а не люди и не природа.

084 Из микрофильмированного письма к Кристоферу Толкину 12 октября 1944 (FS 55)

В письме сыну Кристоферу Толкин сообщает о своих писательских делах. Во вторник он снова попытался работать, но обнаружил серьёзную ошибку в хронологии событий, касающуюся передвижений Фродо и других персонажей, — расхождение в один-два дня, важное на данном этапе. Ему пришлось много размышлять и трудиться, и теперь предстоит внести множество мелких правок в разные главы. Тем не менее он наконец приступил к пятой, последней книге, в которой примерно по десять глав. В тот же день он отправил свою повесть «Лист работы Ниггля» в «Дублинское обозрение» по просьбе редактора, который искал стихи или прозу. Таким образом, письмо фиксирует текущее состояние работы и литературные шаги автора.

085 Из микрофильмированного письма к Кристоферу Толкину 16 октября 1944 (FS 56)

В письме к Кристоферу Толкину автор сообщает о своей борьбе с хронологией «Властелина колец». Эта работа его сильно раздражает, отвлекает от других, более срочных и скучных обязанностей и мешает продвигаться дальше. Он надеется, что наконец решил все проблемы, внеся небольшие изменения в карту, добавив лишний день к Энтму и растянув на несколько дней погоню за хоббитами и путешествие Фродо. Также он упоминает небольшую поправку к первой главе: два дня от Мораннона до Итилиэна. Однако теперь у него снова начинаются лекции, а в дополнение к ним — работа над «Перлом».

086 Из письма к Кристоферу Толкину 23 октября 1944 (FS 57)

Толкин пишет сыну Кристоферу письмо, в котором сообщает о сильном шуме в небе, напоминающем сбор Великой Армады Он предполагает, что к моменту получения письма какое-то место перестанет существовать, и мир об этом узнает и забудет. Затем он жалуется на усталость и скуку, отсутствие времени на дела, и говорит, что если бы джинн предложил ему исполнить желание, он бы ответил, что ничего не хочет и просит оставить его в покое.

Далее Толкин рассуждает о богохульстве. Он вспоминает евангельские слова о прощении незнающих и высказывает мысль, что Бога больше огорчают обиды, которые люди наносят друг другу, чем проступки против него самого. Он отмечает, что с лингвистической точки зрения нет разницы между бездумным ругательством и тем, о чём пи

087 К Кристоферу Толкину 25 октября 1944

В письме от 25 октября 1944 года Толкин обращается к своему сыну Кристоферу, отправляя ему очередную порцию рукописи «Властелина колец» и сообщая, что до конца четвёртой книги осталось две главы, а затем он надеется завершить пятую и последнюю. Он упоминает, что написал длинное авиаписьмо накануне и планирует написать ещё до дня рождения сына но сомневается, что посылка дойдёт вовремя.

Затем Толкин приводит выдержку из письма двенадцатилетнего американского мальчика Джона Барроу, который в одиннадцатый раз прочитал «Хоббита» и восторженно отзывается о книге, спрашивая о других произведениях. Толкин размышляет, что письма, которые он всё ещё получает, одновременно радуют и удручают его: он видит, как много добрых зёрен пропадает впустую, если даже малая капля способна так опьянить. Он выражает благодарность за возможность дать людям эту каплю, спрашивает сына, удастся ли «Кольцо» и дойдёт ли до жаждущих, и с удовольствием отмечает, что американские мальчики до сих пор говорят «Ух, класс!».

088 Из письма к Кристоферу Толкину 28 октября 1944 (FS 58)

В этом отрывке из письма, адресованного Кристоферу Толкину, автор размышляет о текущем годе, который он называет пустым и погружённым в мрачную, пасмурную и печальную тьму. Он описывает это время как одновременно тягучее и мимолётное, подчёркивая его эфемерность. Затем он задаётся вопросом о том, что принесут новый год и весна, и признаётся, что не знает ответа. Письмо передаёт чувство уныния и неопределённости, отражая личные переживания автора в этот период.

089 Из микрофильмированного письма к Кристоферу Толкину 7–8 ноября 1944 (FS 60)

В письме сыну Кристоферу Толкин делится размышлениями о божественном свете и ангелах-хранителях, описывая недавнее озарение в церкви: он представил пылинку, которую удерживает луч света, и понял, что этот луч — олицетворённое внимание Бога к творению. Затем он рассказывает о воскресной поездке с Приской в церковь Св. Григория, где слушал проповедь отца К. о чудесах, включая исцеление мальчика в Лурде. Это приводит его к рассуждению о «эвкатастрофе» — внезапном счастливом повороте, который он считает отблеском истины и высшим предназначением волшебных сказок, а Воскресение называет величайшей эвкатастрофой. Он упоминает, что испытал это чувство, перечитывая «Хоббита». Далее он описывает встречу у церкви с бродягой, похожим на святого Иосифа, и переходит к будничным делам: умерла курица, он встретился с Льюисом, поставил клеевые кольца на яблони, а также вспоминает забавный случай с «лордом Нельсоном» на спектакле.

090 К Кристоферу Толкину 24 ноября 1944 (FS 64)

В письме сыну Кристоферу автор радуется потоку его писем и с юмором вспоминает рассказ о церемонии вручения «крылышек». Он удивляется, что сын запомнил цитату из древнеанглийских стихов, и приводит её как аргумент в пользу пения в ванне. Отец сетует на упадок учёности: ему приходится преподавать древнеанглийский студентам, лишённым способностей к предмету. Затем он описывает вечер «Инклингов» в «Митре» и Модлине, где К. С. Льюис и Оуэн Барфилд вели оживлённый спор, напоминавший перепалку врагов. Барфилд заставлял Льюиса давать определения и перебивал его догматические утверждения. Были представлены пьеса о Язоне и Медее, два сонета и дискуссия о призраках и гимнах. Автор ушёл после полуночи, довольный вечером.

091 К Кристоферу Толкину 29 ноября 1944

В письме сыну Кристоферу автор делится свежей порцией глав «Властелина колец» и подробно излагает план завершения романа. Он сообщает, что последняя глава растрогала Льюиса, и ждёт мнения сына, которого считает главным читателем. Далее Толкин описывает развитие сюжета: Гэндальф скачет в Ми Тирит, осада снимается атакой роханцев, гибель Теодена, переговоры у Чёрных Врат, где Саурон предъявляет улики против Фродо. Затем действие возвращается к Фродо и Сэму, которые идут через Мордор к Роковой горе; после уничтожения Кольца Барад-дур рушится, герое спасает орёл. В финале Бильбо, Эльронд и Галадриэль отправляются к Серым Гаваням, Фродо уплывает за Море, а Арагорн утверждает владычество людей. Автор признаётся, что не уверен в деталях и что книга пишется сама, отклоняясь от набросков.

092 Из письма к Кристоферу Толкину 18 декабря 1944 (FS 68)

В письме сыну Кристоферу автор выражает тревогу по поводу его опасной службы в авиации, называя её «современным Молохом» и признаваясь, что обучение через стрессы кажется ему абсурдом. Он утешается тем, что сыну эта работа нравится, но сожалеет о невозможности изменить ситуацию. Толкин понимает, что долг сына — выполнять службу как можно лучше, хотя сам испытывает отвращение к военной технике, сравнивая это с нежеланием думать о скотобойне.

Далее он рассказывает о встрече с К. С. Льюисом, у которого зреет новая книга, возможно пересекающаяся с его собственными замыслами. Толкин делится идеями о доисторической эпохе, почерпнутыми из «Беовульфа», и о возвращении к давно отложенной истории о путешествии во времени. Вместе с Льюисом они обсуждают возможную совместную работу о природе языка, но автор сетует на нехватку времени для всех этих проектов.

093 К Кристоферу Толкину 24 декабря 1944 (FS 70)

В письме Кристоферу Толкину автор делится радостью по поводу того, что сыну понравились главы «Кольца», и сообщает о сроках отправки следующих частей. Он размышляет о персонажах: Сэм, по его мнению, самый тщательно проработанный герой, продолжатель Бильбо, истинный хоббит, тогда как Фродо менее интересен из-за своей возвышенной миссии. Толкин предполагает, что книга закончится на Сэме, который останется в Шире, тогда как Фродо уйдёт на Запад. Он упоминает мнение Чарльза Уильямса о том, что в центре повествования — мирная повседневность, а не война, хотя для неё нужен большой внешний мир.

Далее Толкин обсуждает этимологию названий цветов: спорит о происхождении «harebell» и «hairbell», а также «foxglove», связывая их с древними животными ассоциациями и утраченными сказками. Он упоминает свои придуманные названия — «эланор» и «нифредиль» — и англосаксонское «сюмбельминэ», а также намерение придумать новые названия для сада Сэма в финале.

094 К Кристоферу Толкину 28 декабря 1944 (FS 71)

В письме сыну Кристоферу Толкин отвечает на его переживания по поводу частоты писем и радуется, что третья часть «Кольца» дошла и понравилась, хотя и усилила тоску по дому. Он размышляет о различии между литературой и реальностью, замечая, чтощий человек на лестнице Кирит Унгола пожелал бы оказаться где угодно, кроме Мордора, но литература позволяет взглянуть на зло со стороны. Автор сожалеет, что следующие две главы задержатся до середины января, и хвалит замечания Сэма о соотношении историй и приключений.

Затем Толкин подробно описывает рождественские морозы в Оксфорде: густой туман, иней на окнах, белые деревья и застывший дым костра. Он делится впечат от сказочной красоты природы. В конце он критикует мистера Идена за слова о Греции как родине демократии, указывая, что древние греки не одобряли демократию, а их города-государства были скорее диктатурами, и что современная Греция далека от древней Эллады.

095 Из письма к Кристоферу Толкину 18 января 1945 (FS 76)

В письме сыну Кристоферу от 18 января 1945 года Толкин рассказывает о своём чтении книги Стентона «Англосаксонская Англия». Он увлечённо листает страницы до поздней ночи, находя этот период истории полным захватывающих загадок. Автор признаётся, что отдал бы многое за машину времени, но при этом отмечает, что его собственный склад ума, в отличие от стентоновского, привлекают прежде всего расовые и лингвистические детали. Он выражает надежду, что Кристофер когда-нибудь, если захочет, углубится в эту интригующую историю происхождения их необычного народа. Толкин подчёркивает, что, за исключением самих Толкинов, род которых, по его мнению, давно истощился, Кристофер является мерсийцем или уичийцем по обеим линиям — то есть его корни уходят в Уичвуд.

096 К Кристоферу Толкину 30 января 1945 (FS 78)

В письме сыну Кристоферу Толкин описывает свой день: утром он чинит протекающий кран и засорившуюся раковину, затем встречается с Льюисом в пабе, узнаёт о смерти профессора Уайлда и размышляет о возможном преемнике. Снежная буря доставляет ему хлопоты, он опаздывает на лекцию и шутит про ловлю сардинок. Далее он рассуждает о мифе об Эдеме, защищая его ценность и связывая с тоской по утраченному раю. Он хвалит сына за отзыв о «Властелине колец», отмечая разницу между трогательностью сцен и ощущением нерассказанных историй. В конце письма он говорит о войне: русские приближаются к Берлину, он скорбит о разрушении Германии и отсутствии сострадания, называя конфликт «Первой Войной Машин». Завершает письмо выражением любви.

097 Из письма к Кристоферу Толкину 11 февраля 1945 (FS 80)

Толкин в письме сыну Кристоферу рассказывает, что потратил время на ответ в «Католический вестник». Некий сентиментальный корреспондент утверждал, что название «Ковентри» непременно должно происходить от слова «convent», иначе это противоречит католической традиции. Толкин раздражённо поясняет, что слово «convent» вошло в английский лишь после 1200 года и сначала означало «собрание», а значение «монастырь» зафиксировано только в 1795 году. В ответ он иронически спрашивает, не хочет ли корреспондент переименовать Оксфорд в Донкастер, хотя сомневается, что тот поймёт эту насмешку. Письмо оставляет Толкина в раздражении от чужой невежественности.

098 К Стэнли Анвину

В письме Толкин отвечает Стэнли Анвину на его послание от 24 февраля. Он справляется оне Анвина Рейнере и рассказывает о своём сыне Кристофере, который служил в Южной Африке и теперь возвращается домой; Толкин тревожится за него и признаётся, что из-за этого не мог работать. Он благодарит за отзыв на «Лист работы Ниггля», переданный через Дэвида Анвина, и объясняет, что эта история далась ему без усилий. Толкин обсуждает возможность издать сборник малых произведений, включая «Фермера Джайлса», и упоминает незаконченные работы. Он также говорит о «Сильмариллионе» и продолжении «Хоббита», которое слишком велико и не завершено. В конце он перечисляет свои многочисленные обязательства: экзамены, подготовку преемника коллеги, издание «Перла» и другие проекты, из-за чего не может сосредоточиться на творчестве.

099 К «Мелхоле» Уильямс, вдове Чарльза Уильямса

В день смерти Чарльза Уильямса 15 мая 1945 года, Дж. Р. Р. Толкин пишет письмо его вдове, миссис Уильямс. Он выражает глубокие соболезнования, отмечая, что разделяет её утрату, поскольку за годы знакомства проникся к её мужу восхищением и любовью. Толкин предлагает любую возможную помощь ей и её сыну, сообщает о предстоящей мессе в субботу утром в Блэкфрайарз, где он будет прислуживать отцу Джервасу Мейтью, и обещает немедленно и непрерывно молиться за семью, хотя и сомневается в действенности своих молитв. Письмо написано сбивчиво, что автор извиняет. Оно оставляет Толкина в состоянии скорби и готовности поддержать вдову, но без каких-либо дальнейших действий в этом фрагменте.

100 Из письма к Кристоферу Толкину 29 мая 1945

В письме от 29 мая 1945 года отец обращается к сыну Кристоферу, который после возвращения из Южной Африки получил назначение на авиабазу Королевских ВВС в Шропшире и надеется перевестись в морскую авиацию. Отец выражает облегчение при мысли, что сын покинет ВВС, но подчёркивает своё отвращение к этому роду войск, хотя и признаёт восхищение и жалость к молодым людям, служащим там. Он сравнивает свои чувства с переживаниями Фродо, если бы хоббиты учились летать на птицах назгулов ради освобождения Шира. Отец также заявляет, что не испытывает патриотизма к этой войне, считая её выгодной лишь Америке или России, и радуется, что американо-русский конфликт в этом году не начнётся. Письмо оставляет сына в ожидании перевода, а отца — в тревоге и горечи.

101 Из письма к Кристоферу Толкину 3 июня 1945

В письме к сыну Кристоферу автор сообщает, что во второй половине дня в парке состоится парад в честь расформирования гражданской обороны, на который ему, видимо, придётся идти. Он считает это зрелище посмешищем, потому что война не закончена, а та её часть, что завершилась, в значительной мере проиграна. Однако он понимает, что такой настрой ошибочен: войны неизменно оказываются проигранными, а сама война продолжается, поэтому нет смысла падать духом.

102 Из письма к Кристоферу Толкину 9 августа 1945

В письме сыну Кристоферу от 9 августа 1945 года Толкин делится своими впечатлениями от новостей об атомных бомбах. Он выражает ужас и возмущение по поводу того, что физики согласились разрабатывать оружие массового уничтожения, сравнивая это с раздачей пистолетов заключённым в тюрьме. По его мнению, подобные разрушительные силы в руках людей с падающим моральным уровнем несут угрозу всему миру. В то же время он допускает, что бомбардировки могут привести к капитуляции Японии, что было бы положительным исходом. Завершая письмо, Толкин упоминает, что всё в руках Божьих, и проводит параллель со строителями Вавилонской башни, на которых Господь взирал неблагосклонно.

103 Из письма к Кристоферу Толкину 11 октября 1945

Толкин, избранный на должность Мертоновского профессора, покидает Пембрук-Колледж и вступает в Мертон-Колледж. В письме сыну он описывает свой первый день: утром его официально вводят в должность, затем следует долгое заседание колледжа, которое длится до половины второго без перерыва. Ректор говорит без умолку. После обеда Толкин улаживает формальности: вносит своё имя в список на получение жилья у казначея и получает главный ключ от всех дверей и ворот. Он поражён тем, что стал членом настоящего, крупного и богатого колледжа. Вечером он гуляет по Мертону с Дайсоном, который тоже был избран и получил комнаты с видом на луг, на которые рассчитывал сам Толкин. Затем он собирается на встречу «Инклингов», где будут вспоминать Кристофера.

104 Из письма к Кристоферу Толкину 22 октября 1945

В письме сыну Кристоферу Толкин рассказывает о своём первом ужине за высоким столом в Мертоне. Из-за экономии общая комната не отапливается, поэтому члены колледжа собираются на возвышении и дружески беседуют, пока кто-нибудь не решает, что пора читать молитву. Затем все садятся за стол, ужинают, пьют портвейн и кофе, курят и читают вечерние газеты — всё это в непринуждённой манере, которая удивила бы тех, кто привык к строгим церемониям средневекового Пембрука. После ужина, около 8:45, Толкин вместе с Дайсоном прогуливается по парку к Модлину, чтобы навестить Уорни и Хаварда, но Джека там не оказывается. Они расходятся около 10:30.

105 К сэру Стэнли Анвину

Толкин пишет сэру Стэнли Анвину письмо с извинениями за долгое молчание. Он объясняет, что был болен из-за переутомления, но теперь чувствует себя лучше и наконец освободился от экзаменационных обязанностей, перейдя на новую должность в Мертон-колледже. Он поздравляет Анвина с рыцарским званием и справляется о его сыне Рейнере. Толкин сообщает, что его собственный сын Кристофер вернулся в Тринити, и выражает надежду на скорую встречу. Он упоминает о задержке с «Фермером Джайлсом» и о том, что продолжение «Хоббита» — «Властелин Колец» — всё ещё не завершено, хотя он прилагает все усилия. Также он рассказывает о публикации стихотворной повести и эссе о волшебных сказках, но подчёркивает, что главным для него остаётся завершение «Властелина Колец».

106 Из письма к сэру Стэнли Анвину 30 сентября 1946

Издательство одобряет «Фермера Джайлса», но интересуется, нет ли у Толкина других коротких произведений, чтобы составить объёмный том. Толкин рад возможности публикации, однако из-за академических обязанностей у него нет свободного времени до прибытия новых профессоров. Он не может обещать быстро закончить что-либо. Он считает продолжение «Хоббита» лучше этих вещиц и хочет посвящать ему все свободные часы. На прошлой неделе он вновь взялся за рукопись и написал главу, но затем утонул в служебных делах. Иллюстрировать «Фермера Джайлса» он не пробовал и не знает, кого порекомендовать.

107 Из письма к сэру Стэнли Анвину 7 декабря 1946

В письме к сэру Стэнли Анвину автор обсуждает немецкое издание «Хоббита». Он упоминает, что Горус Энгельс постоянно пишет о переводе, но не обязательно предлагает себя в переводчики. Энгельс прислал иллюстрации троллей и Голлума, однако автор находит их слишком «диснеефицированными»: Бильбо с шмыгающим носом и Гандальв как вульгарное посмешище, а не странник в духе Одина, каким он его себе представляет. Далее автор сообщает, что вскоре переезжает в меньший дом на Мэнор-Роуд, 3, надеясь решить невыносимые домашние проблемы, отнимающие его скудное свободное время. Он по-прежнему надеется в ближайшее время завершить свой главный труд «Властелин Колец» и показать его Анвину до января, так как уже находится на последних главах.

108 Из письма в «Аллен энд Анвин» 5 июля 1947

В письме издательству «Аллен энд Анвин» автор сообщает, что рукопись «Фермера Джайлса из Хэма» возвращается отредактированной для отдельного издания. Он внёс множество изменений, которые, по его надежде, улучшают и сюжет, и стиль. Автор подчёркивает, что история написана не для детей, хотя и может их позабавить, и что она предназначалась для чтения вслух — он сочинил её для выступления перед обществом Лавлейса в Вустер-Колледже и прочитал за один вечер. В связи с этим он просит поместить на форзаце посвящение полковнику С. Х. Уилкинсону, который побудил его написать эту повесть и постоянно подталкивал к публикации.

109 К сэру Стэнли Анвину

В письме от 31 июля 1947 года Толкин отвечает издателю Стэнли Анвину на комментарии его сына Рейнера к первой книге «Властелина Колец». Он благодарит за отзывы, но оспаривает замечание об аллегоричности: по его мнению, борьба света и тьмы — лишь часть истории, а аллегория. Толкин признаёт слабое место в связи с «Хоббитом» — поведение Голлума — и планирует переработать соответствующую главу. Он также размышляет о потенциальной аудитории книги, приводя примеры читателей из разных профессий, и подчёркивает, что главное для него — завершить труд. В конце письма он благода

110 Из письма в «Аллен энд Анвин» 20 сентября 1947

В письме от 20 сентября 1947 года Толкин отвечает издательству «Аллен энд Анвин» на запрос американских издателей «Хоббита» — «Хоутон-Мифлин», которые хотят включить несколько загадок из книги в антологию поэзии. Издательство предположило, что загадки взяты из общего фольклора и не принадлежат автору. Толкин возражает: все загадки — его собственное сочинение, кроме двух народных — «Тридцать белых коней» иБезногая». Остальные, хотя и близки по стилю к древним литературным загадкам, ни на что не опираются, за исключением загадки про яйцо, которую он сократил до двустишия из более длинной литературной версии, встречающейся в детских сборниках, в основном американских.

Он считает, что бесплатное использование этих

111 Из письма к сэру Стэнли Анвину 21 сентября 1947

Автор письма обращается к сэру Стэнли Анвину, извиняясь за задержку с ответом. Он объясняет, что был занят филологической работой вместе с коллегой из Льежа, с которой начал исследование ещё до войны, а также предстоящей поездкой для осмотраледжской недвижимости. Вместе с письмом он отправляет свой первоначальный черновик, комментарии Рейнера, замечания о «Хоббите» и переписанную главу пятую этой книги.

Кроме того, он высылает вторую книгу «Властелина Колец» для ознакомления, отмечая, что глава четырнадцатая переработана в соответствии с новой главой второй, теперь называемой «Тень прошлого», из которой вырезан исторический материал и добавлено больше о Голлуме. Также прилагается вводная глава «Касательно хоббитов», связывающая книгу с предыдущей и отвечающая на вопросы читателей.

112 К Катерине Фаррер

В этом фрагменте представлено письмо Дж. Р. Р. Толкина, написанное 30 ноября 1947 года руническим алфавитом и адресованное миссис Фаррер, автору детективов, замужем за теологом Остином Фаррером. Во вступительной заметке поясняется, что она, по-видимому, попросила писателя подписать ей экземпляр «Хоббита». В самом письме Толкин охотно соглашается это сделать, называя просьбу честью, и радуется, что книга снова доступна в продаже. Он упоминает, что в следующей книге будет больше сведений о рунах и других алфавитах, и предлагает миссис Фаррер ключ к особому гномьему варианту английского рунического алфавита, часть которого использована в «Хоббите». В конце он вспоминает приятный вечер в понедельник и выражает надежду на скорую встречу. Далее приводится транслитерация рунического текста латиницей и его перевод на русский язык.

113 К К. С. Льюису

В письме Толкин отвечает Льюису на его реакцию по поводу резкой критики, которую Толкин высказал о фрагменте работы Льюиса. Толкин извиняется за причинённую боль, объясняя, что его замечания были вызваны внезапным приступом писательского порыва, а не злым умыслом. Он признаёт, что не считает себя настоящим критиком, поскольку его собственные творческие устремления мешают объективной оценке чужих текстов, особенно когда мысли автора близки его собственным. Толкин предлагает Льюису символически подарить ему всю причинённую боль, чтобы она обратилась во благо, и рассуждает о прощении и милосердии. В конце он упоминает, что пропустил несколько встреч «Инклингов» по уважительным причинам, и заверяет, что его отсутствие не связано с этим инцидентом.

114 Из письма к Хью Броугану 7 апреля 1948

Толкин отвечает школьнику Хью Броугану, который похвалил «Хоббита» и попросил больше сведений о мире книги. Писатель сообщает, что уже десять лет работает над более длинным произведением о том же мире и периоде, где можно узнать о Некроманте и копях Мории, но публикация задерживается из-за проблем с последними главами и нехваткой бумаги. Он также упоминает короткую повесть «Фермер Джайлс из Хэма», которая должна выйти осенью зимой, но не удовлетворит интерес к древней истории. Толкин объясняет, что нужные сведения содержатся в «Сильмариллионе» — истории эльфов от их появления до первого падения Саурона, — а также в картах, хронологиях и материалах о языках эльдар. Он предлагает перепечатать часть этих материалов для Броугана, если тот сохранит интерес.

115 К Катерине Фаррер

Толкин отвечает миссис Фаррер, извиняясь за долгую задержку. Он признаётся, что её письмо тронуло и взволновало его, поскольку кроме К. С. Льюиса и его сына Кристофера никто не выражал желания прочесть его тексты, а издатели упорно отказываются их публиковать. Всё свободное время он потратил на отбор из незаконченной груды более-менее завершённых и читаемых рукописей, хотя они отредактированы едва ли наполовину. Длинные повести о падении Гондолина, о Берене и Лутиэн и о детях Хурина либо не окончены, либо не приведены в соответствие. Он сожалеет, что не может найти «Кольца Власти», но его суть изложена во второй главе «Властелина Колец». В течение дня он собирается принести ей несколько единственных в своём роде рукописей и благодарит за молитвы.

116 Из письма в «Аллен энд Анвин» 5 августа 1948

В письме издателям Толкин высказывает недовольство иллюстрациями Милейн Козман к «Фермеру Джайлсу». Он отмечает, что рисунки не соответствуют тексту: художница не передала реальную оксфордширскую местность, дракон выглядит нелепо и не выполняет свою роль, а фермер изображён тщедушным, хотя по книге он зажиточный и крепкий. Даже дом, к которому стучатся мельник и священник, больше похож на лачугу. Толкин признаёт, что издатели могут не разделять его мнение, но спрашивает, намерены ли они добиться от художницы завершения работы и когда планируется выпуск книги.

117 Из письма к Хью Броугану 31 октября 1948

В письме, датированном 31 октября 1948 года, автор сообщает своему адресату, что летом ему удалось уединиться и наконец завершить работу над «Властелином Колец». Рукопись прочитал и одобрил Рейнер Анвин, который когда-то рецензировал «Хоббита», а теперь уже взрослый и учится в Тринити. Автор надеется, что книга выйдет, хотя она огромна — около тысячи двухсот страниц — и вряд ли принесёт прибыль издателю или ему самому. Он сетует, что из-за начала триместра не успевает вычитать текст и исправить ошибки и несоответствия, и мечтает отдать его в перепечатку. Он обещает, что, как только получит лишний экземпляр, пришлёт его вместе с дополнительными материалами — алфавитами, хрониками, календарями и генеалогиями — для настоящих поклонников, возможно, к рождественским каникулам, но не гарантирует. Университетская рутина — преподавание, лекции и заседания — сильно мешает серьёзной работе.

118 К Хью Броугану

В этом фрагменте представлено рождественское поздравление, которое автор отправляет Хью Броугану. Текст, вероятно, написан около Рождества 1948 года и выполнен в виде разновидности гномьих рун, близкой к использованной во «Властелинеолец», а также в двух вариантах эльфийского алфавита Фэанора: в одном гласные обозначаются надстрочными знаками, в другом — отдельными буквами. К письму прилагаются транслитерация латиницей и перевод на русский язык. В самом послании автор желает Хью счастливого Рождества, отмечая, что использует гномьи руны и два стиля эльфийского письма, и надеется, что приложенные объяснения окажутся не слишком сложными для адресата.

119 Из письма в «Аллен энд Анвин» 28 февраля 1949

В письме издательству «Аллен энд Анвин» от 28 февраля 1949 года автор сообщает, что у него нет времени перепечатывать «Фермера Джайлса» и он считает это ненужным. Главной трудностью для него является перепечатка набело «Властелина Колец» — работа огромная, а нанять профессиональную машинистку слишком дорого. Он упоминает, что после двадцати пяти лет службы ему, возможно, скоро предоставят творческий отпуск на один триместр, отчасти по медицинским показаниям. Если это произойдёт, он надеется наконец завершить некоторые свои работы. Письмо оставляет его в ожидании отпуска и в состоянии усталости от незавершённых проектов.

120 Из письма в «Аллен энд Анвин» 16 марта 1949

В письме от 16 марта 1949 года сообщается, что от услуг Милейн Козман отказались, а иллюстрировать «Фермера Джайлса из Хэма» пригласили Полин Бэйнс. Образцы её работ, по-видимому, прибыли в Мертон в субботу, но автор письма просматривает их только вчера из-за разных обстоятельств. Он пишет, что доволен ими даже больше, чем ожидал, судя по первым рисункам. Эти работы для него не просто иллюстрации, а сопутствующая тема, дополняющая текст. Показав образцы друзьям, он слышит от них любезное замечание, что благодаря рисункам его текст теперьодится лишь к подписям под картинками. Таким образом, автор выражает удовлетворение работой Бэйнс и отмечает, что её изображения становятся самостоятельной и значимой частью книги.

121 Из письма в «Аллен энд Анвин» 13 июля 1949

В письме издательству от 13 июля 1949 года автор обсуждает возможное продолжение «Фермера Джайлса из Хэма». Он упоминает, что в предисловии сослался на новые легенды Малого Королевства, но пока они существуют лишь как набросок, а персонажи Георгий и Пуз остаются незавершёнными. Автор сожалеет, что трудно вернуть прежнее вдохновение, когда он вместе с детьми объезжал границы вымышленной страны на старой машине; теперь детям от двадцати до тридцати двух лет. Однако он надеется, что, когда закончит перепечатывать чистовой вариант «Властелина Колец», творческая энергия вернётся, и тогда, возможно, из этих замыслов что-то и получится.

122 К Наоми Митчисон

В письме от 13 декабря 1949 года Толкин благодарит миссис Митчисон за её отзыв о «Фермере Джайлсе из Хэма». Он признаёт, что книга написана легкомысленно, а анахронизм с мушкетоном кажется ему вопиющим, но он не видит возможности его заменить, поскольку тот прочно врос в текст. Толкин рассуждает о драконах в северной традиции, отдавая предпочтение Фафниру и Смаугу, и делится своими познаниями в исландском и валлийском языках, отмечая, что древнеирландский ему не даётся.

В конце письма он сообщает о двух готовящихся книгах: продолжении «Хоббита», над которым работал двенадцать лет и которое вышло втрое длиннее и мрачнее оригинала, и сборнике мифов о далёком прошлом. Он надеется вскоре подарить их адресатке, хотя и предупреждает, что обе чрезмерно длинны.

123 Из черновика письма к Мильтону Уолдману 5 февраля 1950

В этом фрагменте представлен черновик письма Толкина редактору Мильто Уолдману. Толкин извиняется за задержку с ответом и объясняет, что, отправив рукопись «Властелина Колец», он сразу устыдился, поскольку взвалил на отдыхающего человека тяжёлую работу. Он признаётся, что искал у свежего читателя подтверждения ценности своего труда, а не только одобрения друзей. Далее Толкин разбирает свой юридический статус: он считает, что обязательства перед «Аллен энд Анвин» выполнены, но признаёт моральную связь — дружбу со Стэнли и Рейнером Анвинами, которым обещал продолжение «Хоббита». Он хочет освободиться от издателя, чтобы спасти «Сильмариллион», и надеется сделать это мирным путём.

124 К сэру Стэнли Анвину

Толкин отвечает Стэнли Анвину из Оксфорда, извиняясь за задержку с ответом на запрос издательства. Он отрицает, что писал «Подлинную историю Фэери», и предполагает, что читатель по фамилии Селби приписал ему чужое произведение из-за его связи с «Фэери» и «Сильмариллионом». Затем он сообщает, что наконец завершил «Властелина Колец» после восемнадцати месяцев работы. Он называет роман «монстром»: невероятно длинным, сложным, горьким и пугающим, непригодным для детей, и признаёт, что это продолжение не «Хоббита», а «Сильмариллиона». Произведение насчитывает около 600 000 слов. Толкин хотел бы опубликовать оба текста вместе, но понимает непрактичность такого предложения. Он предлагает Анвину ознакомиться с рукописью, хотя готов к отказу, и добавляет, что его сын Рейнер уже прочёл значительную часть книги.

125 К сэру Стэнли Анвину

В письме от 10 марта 1950 года Толкин отвечает Стэнли Анвину на его предложение разбить объёмное произведение на три-четыре самостоятельных тома. Автор объясняет, что естественное деление возможно лишь на две части: «Сильмариллион» с легендами и «Властелин Колец», который он считает неделимым. Он сомневается, что читатели осилят столь затянутый текст, и признаёт финансовые риски для издателя, не рассчитывая на его участие. Толкин сожалеет о слабых продажах «Фермера Джайлса» и выражает готовность написать что-нибудь более простое и короткое, упоминая, что у него началось удаление зубов и переезд. Он заверяет, что не обидится на отказ, и надеется вскоре взяться за другие задуманные вещи.

126 К Мильтону Уолдману (черновик) 10 марта 1950

В письме к Мильтону Уолдману Толкин пересказывает ответ сэра Стэнли Анвина, который наконец лично отреагировал на его предложение. Анвин спрашивает, можно ли разбить миллион слов на три-четыре самостоятельных тома, ссылаясь на опыт издания «Повести о Гэндзи». Толкин отвечает, что считает «Сильмариллион» и «Властелина Колец» единой сагой, которую невозможно разделить естественно, только искусственно. Он также выражает готовность написать для издателя что-нибудь более простое и короткое, даже детское. Толкин надеется, что Анвин не потребует рукопись на рецензию, но не испытывает оптимизма. Он сообщает, что скоро будет занят делами и вернётся к писательству лишь после поездки в Ирландию в июле. Упоминает, что из тиража «Фермера Джайлса» продано лишь две тысячи экземпляров, и сетует на отсутствие рекламы. В конце сообщает о переезде на Холиуэлл, 99, хотя точная дата неизвестна из-за ремонта.

127 К сэру Стэнли Анвину

В начале апреля 1950 года Толкин получает ответ от Стэнли Анвина, который сообщает, что советовался со своим сыном Рейнером, учившимся в Гарварде. Анвин вкладывает в конверт отзыв Рейнера о «Властелине Колец» и «Сильмариллионе», хотя тот не предназначался для глаз Толкина. Рейнер считает книгу великой и своеобразной, но советует либо включить в неё материал из «Сильмариллиона», либо издать дорогим тиражом как рекламу, а от «Сильмариллиона» отказаться.

В ответном письме от 14 апреля Толкин выражает недоумение: его собственное письмо пересеклось с ответом Анвина, и он настаивает на скорейшем решении. Он замечает, что отзыв Рейнера, хотя и не предназначенный для него, заинтересовал его, особенно последняя фраза о публикации «Властелина Колец» как рекламы. Толкин подозревает, что Анвин и Рейнер согласны между собой и прислали этот отрывок, чтобы намекнуть на возможный исход. Он требует чёткого ответа «да» или «нет» на своё предложение, а не обсуждения гипотетических вариантов, и ждёт разъяснений.

128 Из письма в «Аллеи энд Анвин» 1 августа 1950

В этом фрагменте приводится письмо Толкина издательству «Аллен энд Анвин» от 1 августа 1950 года. Ранее издатель Стэнли Анвин ответил отказом на ультиматум писателя, но заметил, что ответ мог бы быть положительным, если бытуру нового издания «Хоббита», куда вошёл его переработанный вариант главы «Загадки во тьме», который он в 1947 году передал лишь как образец, не предполагая публикации.

В письме Толкин возвращает корректуру и объясняет, что был застигнут врасплох: он считал, что возможность изменений не рассматривается, и его продолжение основано на ранней версии текста. Он сожалеет, что его не предупредили заранее, но решает принять изменения и их последствия. По его мнению, исправленный вариант лучше по мотивировкам и сюжету, и продолжение с ним будет выглядеть естественнее, хотя публиковать его он изначально не собирался.

129 Из письма к сэру Стэнли Анвину 10 сентября 1950

Издательство «Аллен энд Анвин» просит Толкина сформулировать примечание к новому изданию «Хоббита», объясняющее внесённые правки. Писатель признаёт, что переработка улучшила текст, но составление точной формулировки оказывается сложной задачей. У него есть две опубликованные версии ключевого эпизода с кольцом: либо первую следует объявить случайной ошибкой, либо признать обе версии частью легенды. Второй вариант кажется ему убедительнее, но его невозможно кратко изложить в примечании. Поэтому он предлагает пока вообще ничего не писать, хотя ему это не нравится. Он отмечает, что для американского переиздания вопрос не стоит, и просит предупредить его заранее, когда понадобится английское. В письмо он вкладывает образец текста, который хотел бы использовать, если решит признать обе версии, и просит вернуть его с комментариями.

130 Из письма к сэру Стэнли Анвину 14 сентября 1950

Толкин, поразмыслив, приходит к выводу, что в новом издании его книги необходимо пояснительное примечание. Он признаёт существование двух вариантов пятой главы, касающихся продолжения, однако у него нет времени переписать соответствующие места. Поэтому он прилагает к письму краткий текст вводного примечания, предназначенный для печати, если издатель сочтёт возможным использовать его при переиздании. Таким образом, автор передаёт издателю готовый материал для включения в книгу, оставляя решение за ним.

131 К Мильтону Уолдману

В письме Мильтону Уолдману Толкин объясняет, почему «Властелин Колец» и «Сильмариллион» должны публиковаться вместе. Он рассказывает о происхождении своего мифологического мира: с детства он создавал вымышленные язы, а затем и легенды, стремясь дать Англии собственную мифологию, которой, по его мнению, ей не хватает. Он описывает космогонию — музыку Айнур, падение Мелькора, историю эльфов, Сильмарилли и клятву сыновей Фэанора. Далее он переходит ко Второй эпохе: созданию Колец Власти, падению Нуменора и возвышению Саурона. В Третьей эпохе появляются хоббиты, и «Хоббит» оказывается связан с общим замыслом через находку Кольца Бильбо. Толкин утверждает, что «Властелин Колец» завершает весь цикл и не может существовать без предыстории, изложенной в «Сильмариллионе».

132 Из письма к Джону Толкину 10 февраля 1952

В письме к сыну Джону, ставшему священником, Толкин описывает один из ужинов «Инклингов». В четверг вместе с К. С. Льюисом они устраивают «ветчинный пир» с американской ветчиной от доктора Ферора, как в добрые старые времена. Встреча проходит спокойно и рассудительно, без Хьюго, которого не зовут. Льюис приглашает Ренна, и тот оказывается приятным гостем: он радуется, и его общество доставляет удовольствие. Этот вечер становится шагом вперёд в деле отлучения Ренна от университетской политики. Толкин передаёт сыну атмосферу дружеской встречи, подчёркивая её удачный ход и значение для Ренна.

133 К Рейнеру Анвину

Весной 1952 года Толкин разрывает отношения с издательством «Коллинз» из-за бесконечных задержек и забирает рукопись «Властелина Колец». В июне Рейнер Анвин пишет ему, интересуясь стихотворением «Приключение» и судьбой обеих книг. В ответном письме Толкин извиняется за долгое молчание, объясняя его занятостью на посту председателя экзаменационной комиссии и проблемами со здоровьем Он рассказывает, что о стихотворении его расспрашивала незнакомая дама, узнавшая его по памяти, и что оно уже стало фольклором. Толкин поясняет происхождение стихотворения и обещает прислать его вариант. Что касается «Властелина Колец» и «Сильмариллиона», они по-прежнему не опубликованы: первый окончен, второй нет, но автор готов рассмотреть публикацию хотя бы части. Он также упоминает финансовые трудности и благодарит Анвина за настойчивость, передавая привет от семьи.

134 Из письма к Рейнеру Анвину 29 августа 1952

В письме от 29 августа 1952 года Толкин отвечает Рейнеру Анвину, который ранее похвалил «Приключение» и попросил прислать машинописный экземпляр «Властелина Колец». Толкин сообщает, что очень хочет опубликовать книгу, но существует лишь один чистовой экземпляр, который он боится доверять почте. Он планирует уехать в коттедж сына на несколько дней для окончательной правки, а затем лично привезти рукопись в Лондон или предложить Анвину навестить его. Также Толкин упоминает, что записал на магнитофон отрывки из «Хоббита» и «Властелина», включая эпизоды с Голлумом, и считает, что они хорошо подходят для декламации, возможно, заинтересуют Би-би-си. Он жалуется на нехватку времени из-за множества профессиональных обязательств, но признаёт, что интерес Анвина его поддерживает.

135 Из письма к Рейнеру Анвину 24 октября 1952

Рейнер Анвин посетил Толкина в Оксфорде и получил рукопись «Властелина Колец». Типография оценивает книгу минимум в три фунта десять шиллингов, что кажется Толкину очень высокой ценой; Анвин отправил рукопись в другую типографию в надежде на более дешёвый вариант. Толкин выражает сожаление, что создал такой труд в неблагоприятное время, и просит Анвина скорее дать окончательный ответ

136 К Райнеру Анвину

Толкиншет Рейнеру Анвину накануне срока сдачи рукописи «Властелина Колец» по договору. Он объясняет, что не успевает к 25 марта из-за болезни жены, собственного нездоровья и переезда в новый дом. Толкин просит отсрочки и предлагает немедленно отправить первую книгу, которая уже готова, а остальные обещает подготовить позже, учитывая свои экзаменационные обязанности. Он также отвечает на просьбу издательства написать аннотацию, спрашивая совета и упоминая возможную помощь К. С. Льюиса. В постскриптуме Толкин предлагает варианты подзаголовков для трёх томов, например «Кольцо отправляется в путь», «Предательство Айзенгарда» и «Война Кольца», обсуждая их соответствие структуре книги.

137 К Рейнеру Анвину 11 апреля 1953

В письме от 11 апреля 1953 года Дж. Р. Р. Толкин извиняется перед Рейнером Анвином за задержку с ответом, объясняя её хаотичным переездом, проблемами с экзаменами и подготовкой лекции в Глазго. Он сообщает, что завершил редактуру первой части «Властелина Колец» и отправиткопись двумя бандеролями. Толкин обсуждает вопросы публикации: первоначальное предисловие, которое пока нельзя печатать, нерешённый вопрос с приложениями к третьему тому, а также невозможность включить факсимиле обожжённых страниц Рунической Книги из-за технических ограничений. Он также упоминает о необходимости карт — Шира, Гондора и общей — и планирует перерисовать их позже.

Писатель жалуется на занятость до августа, но выражает готовность ускорить работу. Он прилагает собственный рекламный текст и рекламку от друга Джорджа Сэйера, отмечая, что тот назвал его «величайшим из ныне живущих поэтов», что Толкин считает преувеличением. В конце он упоминает о письме на 41 страницу, объясняющем суть произведения, и просит передать извинения отделу рекламы за возможную грубость.

138 Из письма к Кристоферу Толкину 4 августа 1953

В середине июля Толкин получает корректурные гранки «Властелина Колец». Работа с ними оказывается крайне утомительной и, по его словам, конца ей не видно. Читая напечатанный текст, он разочаровывается в некоторых частях своего произведения, которые кажутся ему затянутыми. Само качество печати он хвалит, но его возмущают самоуправные действия наборщиков, которые исправили его орфографию и грамматику: заменили «dwarves» на «dwarfs», «elvish» на «elfish», «further» на «farther» и, что хуже всего, «elven» на «elfin». В гневе он устраивает выговор издательству «А. энд А.», и те приносят извинения, буквально падая перед ним на колени.

139 Из письма к Рейнеру Анвину 8 августа 1953

В письме Толкин отвечает Рейнеру Анвину на предложение дать отдельные заголовки каждому тому «Властелина Колец». Он просит вернуть его собственное письмо от 24 марта, так как не сохранил копию. Толкин не согласен с отдельными названиями без общего заглавия: «Властелин Колец» подходит как общее имя, но не как заглавие первого т

140 Из письма к Рейнеру Анвину 17 августа 1953

В письме, отправленном после визита Рейнера Анвина, Толкин извиняется за то, что не угостил гостя пивом, и шутливо замечает, что по хоббитским меркам это непротельно. Он предлагает подзаголовки для трёх томов «Властелина Колец»: «Братство Кольца», «Две крепости» и «Война Кольца», хотя допускает вариант «Возвращение Короля» для третьего тома, если издатель настаивает. Толкин обсуждает, что красные буквы для огненной надписи на Кольце не стоят дополнительных затрат, и предлагает воспроизвести страницу с рунами из «Книги Мазарбул» в качестве фронтисписа. Он сообщает, что лично принесёт экземпляр первого тома первого сентября, а затем займётся картами и предисловием. В конце он поясняет, что красные чернила — лишь экономия, а не признак сильных эмоций.

141 Из письма в «Аллен энд Анвин» 9 октября 1953

Автор в панике из-за карт, которые срочно необходимы для книги, но которые он не может начертить. Он потратил много времени без результата, объясняя это отсутствием умения и нервным состоянием. Очертания Шира, описанные в произведении, невозможно втиснуть в пределы страницы, а при малом размере карта становится бесполезной. Автор считает, что карты должны быть выполнены как следует, и сожалеет об исчезновении обгоревших рукописей и рун, которые нравились читателям. Он готов нарисовать карты, соответствующие тексту, но его ставят в тупик требования сократить их, сделать бесцветными и свести к мелкому чёрно-белому изображению, в котором невозможно разобрать слова.

142 К Роберту Марри, ОИ

В этом фрагменте представлено письмо Дж. Р. Р. Толкина отцу Роберту Марри, внуку создателя Оксфордского словаря и другу семьи. Толкин благодарит Марри за подробный разбор «Властелина Колец» и признаёт, что замечания адресата помогли ему самому лучше понять собственное произведение. Он соглашается с мыслью о религиозной основе книги, называя её католической по духу, хотя сознательно убрал из текста внешние проявления культа. Писатель также рассуждает о своих литературных пристрастиях: он вырос на античных авторах и ценит форму слов, а не английскую словесность. Толкин делится тревогой перед публикацией, опасаясь критиков, и сожалеет, что Марри остался без виолончели. В конце он извиняется за машинописное письмо из-за усталости руки и обещает, что Эдит скоро напишет.

143 Из письма к Рейнеру Анвину 22 января 1954

В письме Рейнеру Анвину от 22 января 1954 года автор сообщает о ходе работы над рукописью. Он отправляет первую половину второго тома (Книгу III) после тщательной вычитки, а Книга IV почти готова и будет отправлена в

144 К Наоми Митчисон

Толкин в письме миссис Митчисон благодарит её за интерес и поддержку, извиняясь за долгое молчание. Он отвечает на её вопросы о «Властелине Колец»: объясняет, что вестрон передан английским, а родственные языки — древнеанглийским и древнеисландским. Подробно описывает эльфийские языки — квенью и синдарин, их происхождение и связь с латынью, финским и валлийским. Касается происхождения орков, драконов, балрога и Шелоб, а также судьбы энтов и их жён. Отдельно разбирает роль Тома Бомбадила как «комментария» к повествованию. Упоминает карты, нарисованные сыном Кристофером, и возможные приложения к третьему тому. В конце письма он выражает надежду, что ответ не слишком длинен, и вновь благодарит адресата.

145 Из письма к Рейнеру Анвину 13 мая 1954

Толкин в письме Рейнеру Анвину от 13 мая 1954 года отвечает на присланные рекламные материалы для американского издания «Властелина Колец». Он критикует предложенный черновик и американскую обложку, прилагает свои поправки и просит передать их издательству «Хоутон-Мифлин». Также он настаивает на выпуске первого тома в июле, объясняя это удобством для преподавателей и личными причинами: получением почётных степеней в Дублине 20 июля и в Льеже 2 октября. Толкин радуется предварительным отзывам, но считает сравнения со Спенсером, Мэлори и Ариосто чрезмерными. Он упоминает, что показал отзывы ректору Джеффри Мьюру, который был впечатлён и даже улучшил его кабинет. В конце письма Толкин поздравляет Анвина с рождением сына Мерлина и замечает, что имя Гандальв не подходит ребёнку, поскольку Гандальв — старый посланник, и в Средиземье он состарился ещё больше.

146 Из письма в «Аллен энд Анвин»

Толкин в письме издательству «Аллен энд Анвин» отзывается о пробных оттисках суперобложки для «Властелина Колец», представленных производственным отделом. Он называет дизайн крайне безобразным и сожалеет, что его не привлекли к критике на более ранней стадии. При этом он признаёт, что внешний вид обложки для него менее важен, чем скорейший выход книги, и если бы он не был к ней причастен, то не возражал бы. Однако мотив Кольца явно принадлежит ему, хотя и исполнен неуклюже, и близкие ему люди могут заподозрить, что весь замысел — его.

Отвечая на запрос издательства, он характеризует обложку как унылую безвкусицу, но полагает, что выяснение его мнения — чистая формальность, и его замечания вряд ли можно учесть без серьёзных задержек. Он предпочёл бы оставить всё как есть, чем создавать новые проволочки, но если задержек можно избежать, просит хотя бы сменить шрифт заглавия на передней стороне обложки; на корешке шрифт подойдёт.

147 Из письма в «Аллен энд Анвин» 15 июня 1954

В письме издателям от 15 июня 1954 года Толкин сообщает, что получил сигнальный экземпляр «Братства Кольца» и доволен внешним видом книги. Он отмечает, что суперобложка значительно улучшилась после учёта его прежних замечаний, и особенно хвалит серую бумагу, отдавая ей предпочтение перед другими вариантами. Однако, рассматривая образцы обложек для второго и третьего томов, он обнаруживает, что они слишком похожи из-за использования одного и того же рисунка. Толкин предлагает различать их, например, меняя цвет основной надписи — заглавия и имени автора, возможно, сделав их красными. При этом он подчёркивает, что не настаивает и оставляет окончательное решение на усмотрение издателей.

148 Из письма к Катерине Фаррер 7 августа 1954

В письме от 7 августа 1954 года автор сообщает о выходе первого тома «Властелина Колец» и сетует на оставшиеся опечатки. Он рассказывает о конфликте с корректором издательства, который самовольно правит его английский, заменяя одни слова на другие. Особенно автор упорствует в вопросе о слове «nasturtians»: он считает эту форму естественной и приводит разговор с садовником, который подтверждает, что в обиходе говорят именно так, а «nasturtium» — это водяной кресс. Далее он описывает напряжённый год: нужно подготовить «Гавейна» к повторной передаче, отобрать около сорока страниц материалов о языках, письменности и истории Третьей эпохи, а также предстоят поездки в Ирландию и Бельгию перед началом учебного триместра.

149 Из письма к Рейнеру Анвину 9 сентября 1954

В письме Рейнеру Анвину автор делится впечатлениями о первых рецензиях на «Братство Кольца». Он отмечает, что отзывы в целом лучше ожидаемых, но часть критиков нападает на него из-за поддержки К. С. Льюиса, чья репутация вызывает враждебность. Также его беспокоит, что некоторые читатели считают первый том бесформенным из-за публикации в трёх частях, а отдельные рецензенты явно не дочитали книгу. Автор жалуется на грубость Питера Грина из «Дейли телеграф» и недоумевает по поводу противоречивых оценок стиля — от похвал до обвинений в отсутствии единого стиля. Вместе с тем он упоминает доброжелательные отзывы Черримана, Говарда Спринга и редактора «Оксфорд таймс». В конце письма он сообщает, что к нему приехала профессор д’Арденн, чтобы работать над филологическим проектом.

150 Из письма в «Аллен энд Анвин» 18 сентября 1954

В письме издателям автор извиняется за задержку с отправкой Приложений и обещает приложить все усилия, чтобы завершить их к концу месяца. Он объясняет свою медлительность нерешительностью и противоречивыми советами, а также тем, что потратил много времени, пытаясь выполнить обещания, данные в первом томе на восьмой странице. Черновой указатель уже доведён до середины второго тома. Для упрощённых алфавитов потребуются клише. Самой срочной задачей автор считает карту территории Гондора: он надеется уговорить своего сына Кристофера как можно скорее перерисовать её с его набросков.

151 Из письма к Хью Броугану 18 сентября 1954

В письме Толкин делится мыслями о «Властелине Колец»: он считает, что привлекательность книги отчасти объясняется намёками на неназванные легенды, но признаёт, что перегрузил первую часть предысторией. Он объясняет своё предпочтение орков гоблинам и сожалеет об использовании слова «эльфы» из-за его опошления Шекспиром. Автор благодарит адресата за упоминание стихов, которых никто не заметил. Он уточняет, что Фродо — не второй Бильбо, а хоббит, сломленный страхом и преображённый. Толкин поясняет, что Средиземье — это обитаемый мир, а после падения Нуменора Валинор и Эрессэа стали недостижимы обычными средствами. В конце он обсуждает цену книги, необходимость продаж и сетует, что из-за дороговизны иллюстраций от его эскизов осталась только суперобложка.

152 Из письма Рейнеру Хеппенстоллу, Би-би-си 22 сентября 1954

В письме продюсеру Би-би-си Толкин даёт указания по произношению для радиопостановки «Возвращение Беорхтнота». Он поясняет, что актёрам не нужен никакой диалектный или деревенский говор: между двумя собеседниками нет социального различия, они отличаются лишь возрастом и темпераментом. Молодой певец произносит торжественные стихи, переходя на архаичный стиль, а Тидвальд передразнивает его тем же стилем. Происхождение героев не уточняется, хотя Торхтхельм, вероятно, родом из Западного Мидлендса. Толкин советует избегать современного просторечия, поскольку любые нынешние восточно-английские особенности были бы анахронизмом: слияние датских и английских элементов тогда ещё не произошло, а Эссекс восточных саксов отличается от Норфолка и Суффолка.

153 К Питеру Гастингсу (черновик)

Питер Гастингс, владелец католического книжного магазина, в письме Толкину выражает восхищение «Властелином Колец», но задаёт вопросы о метафизике: сотворении орков и троллей злом, словах Златеники о Бомбадиле, реинкарнации эльфов и браках людей с эльфами. Толкин в черновике ответа подробно разбирает эти претензии. Он объясняет, что зло лишь искажает уже существующее, а не творит, что Бомбадил — не Бог, а воплощение чистой науки о природе, и что реинкарнация эльфов — часть вымышленного мира, не противоречащая его внутренним законам. Он также описывает происхождение Саурона и полуэльфов, вроде Арвен и Эльронда. В конце черновика Толкин помечает, что письмо не отправлено, считая его слишком самонадеянным.

154 К Наоми Митчисон 25 сентября 1954

В письме к Наоми Митчисон автор извиняется за задержку ответа из-за множества дел и благодарит её за глубокую рецензию на «Властелина колец». Он подробно разбирает экономические и бытовые аспекты своего мира, объясняя, что хоббиты, гномы и люди Гондора имеют правдоподобное хозяйственное устройство, хотя некоторые детали, вроде зонтиков, он признаёт ошибкой. Автор возражает против упрощённого прочтения книги как борьбы чистого добра со злом, отмечая, что эльфы и люди Гондора не идеальны, а среди орков есть раздоры. Он также рассказывает о мифологической основе: переходе от плоской Земли к круглой, низвержении Нуменора и судьбе эльфов, которым дозволено уплыть на Запад, а также о редких исключениях для смертных вроде Фродо и Бильбо. В конце он упоминает о гибели Арведуи, о хронологиях, которые готов выслать, и о переиздании «Братства».

155 К Наоми Митчисон (черновик)

В черновике письма, не вошедшем в окончательный вариант, автор размышляет о природе «магии» в своём предании. Он признаёт небрежность в употреблении этого слова и предлагает различать два вида: магию как благое искусство, воздействующее на реальный мир, и гоэтейю как обман и подчинение чужой воли. Обе силы используют и эльфы, и Враг, но с разными целями: Враг стремится к власти и разрушению, тогда как эльфы и Гэндальф применяют магию умеренно и для добрых дел. Автор подчёркивает, что в его истории магия — врождённая способность, недоступная обычным людям, а «целительский дар» Арагорна объясняется его происхождением от Лутиэн. Также отмечается, что тираны, подобные Шарки, злоупотребляют техникой ради удовольствия от вреда, а не ради пользы.

156 К Роберту Марри, ОИ (черновик)

В письме от 4 ноября 1954 года Толкин отвечает Роберту Марри на его замечания о «Властелине Колец». Он признаёт, что возвращение Гэндальфа подано не лучшим образом, и объясняет это требованиями повествовательной техники. Автор подробно раскрывает природу Гэндальфа: тот не человек, а воплощённый «ангел», посланец Владык Запада, отправленный в Средиземье для наставления и вдохновения, а не для применения силы. Гэндальф действительно умер и был преображён, получив большую мудрость и могущество, но оставаясь воплощённым и подверженным тревогам.

Далее Толкин излагает мифологическую историю: падение Нуменора, восстание Ар-Фаразона, гибель острова и спасение Верных. Он поясняет, что нуменорцы утратили храмы и священство, сохранив лишь отказ от поклонения творению. В конце письма он рассуждает об истари, переводе их названия и о том, что маги не являются «сомнительными» существами, а их миссия — укреплять сопротивление злу.

157 Из письма к Катерине Фаррер 27 ноября 1954

В письме от 27 ноября 1954 года автор обращается к Катерине Фаррер, извиняясь за долгое молчание: он знал о её болезни и неприятностях, но так и не написал и не предложил помощи, хотя каждый день собирался это сделать. Он признаёт, что чувствует себя подлецом, и оправдывается тем, что был занят публикацией второго тома «Властелина Колец» — «Две крепости» вышли 11 ноября.

Далее он обсуждает финансовые трудности адресата и предлагает одолжить пятьдесят фунтов или больше, если ему повысят жалованье, ссылаясь на собственную благодарность Тринити-колледжу за поддержку в военные годы. Он возвращает книгу Льюиса и высылает номер «Энкаунтера» со статьёй Одена, отмечая, что энты, судя по всему, имеют успех у критиков. В конце он жалуется, что безнадёжно опаздывает с приложениями к третьему тому, отвлекается на разные дела и не может получить помощь с картами.

158 Из письма к Рейнеру Анвину 2 декабря 1954

Автор письма делится с издателем своим впечатлением от рекламного текста на суперобложке американского издания «Двух крепостей». Он признаётся, что только сейчас добрался до того, что написали на обложке, и приходит к выводу, что этот отзыв мог составить лишь человек, который книги не читал, а знает о ней только понаслышке, причём запомнил услышанное неточно. Автор замечает, что раскрытие сюжета в рекламе — процедура сама по себе глупая и никому не нужная, но если уж её практикуют, то стоило бы раскрывать сюжет именно той книги, о которой идёт речь. Он задаётся вопросом, не таковы ли правила игры в издательском деле.

159 Из письма к Доре Маршалл 3 марта 1955

В письме читательнице Толкин отвечает на её отклик о «Властелине колец». Он рассказывает, что публикация книги далась ему с большим трудом, но он рад, что его вера в «волшебную сказку» как взрослый жанр оправдалась. Он вспоминает слова К. С. Льюиса о необходимости самому писать книги, которые хочется читать, и отмечает, что Льюис работал быстрее, тогда как его собственный процесс был медленным и кропотливым. Толкин также говорит о знакомстве с Чарльзом Уильямсом, которое произошло благодаря Льюису, и о том, что, несмотря на общение и чтение отрывков друг друга, они не оказали взаимного влияния из-за различий в мировоззрении и стиле.

160 Из письма к Рейнеру Анвину 6 марта 1955

В письме от 6 марта 1955 года Толкин отвечает Рейнеру Анвину на настойчивое требование издательства прислать оставшиеся материалы для приложений к третьему тому «Властелина Колец». Анвин предупреждал, что при задержке том выйдет без дополнительных материалов. Толкин вынужденно соглашается обойтись тем, что успеет подготовить к возвращению издателя, и надеется включить хотя бы карту. Он сожалеет, что пообещал приложения: в сокращённом виде они не удовлетворят ни его самого, ни многочисленных читателей, жаждущих подробностей, ни тех, ктонял книгу как героический роман и проигнорирует их. Толкин сомневается, что стремление к «информации» полезно, и отмечает, что для полного удовлетворения требований понадобилась бы ещё одна книга. Фоновый материал крайне запутан, его нельзя сократить без потери смысла, и он требует времени и внимания; Толкин убедился в этом, уже отправив часть текстов.

161 Из письма к Рейнеру Анвину 14 апреля 1955

В письме к издателю Рейнеру Анвину от 14 апреля 1955 года автор сетует на карту, над которой работает. Он признаёт, что не уделил достаточного внимания точности расстояний, и теперь считает, что крупномасштабная карта лишь обнажает все недостатки его работы. Вдобавок она обязана хоть чем-то отличаться от уже выпущенной мелкомасштабной карты с вкраплениями иллюстраций. Раздосадованный, он допускает, что, возможно, на этот раз приедет без этой карты.

162 Из письма к Рейнеру Анвину 18 апреля 1955

В письме к Рейнеру Анвину от 18 апреля 1955 года автор сообщает, что отдельным заказным письмом отправил карту, перерисованную Кристофером с его крупномасштабного черновика. Эта карта охватывает область, где в основном происходит действие третьего тома. Автор надеется, что адресат одобрит её. Он также отмечает, что масштаб карты, который Кристофер не указал, увеличен ровно в пять раз по сравнению с общей картой. Таким образом, письмо касается отправки и технических характеристик картографического материала.

163 К У. X. Одену

В письме от 7 июня 1955 года Толкин отвечает У. Х. Одену, который готовит радиопередачу о «Властелине Колец». Толкин подробно рассказывает, что писал книгу для собственного удовольствия, а не ради аудитории. Он описывает свои лингвистические увлечения: готский, валлийский, финский, которые повлияли на создание языков. Говорит о детстве в Южной Африке, о повторяющемся сне о Великой волне. Объясняет, что истории возникли позже, чем языки, и что начало легендариуму положила попытка переработать «Калевалу». Рассказывает о происхождении «Хоббита» и о том, как писал «Властелина Колец», отмечая, что многие элементы появлялись неожиданно, например, Бродяжник и Саруман. Завершает письмо надеждой на встречу.

164 Из письма к Наоми Митчисон 29 июня 1955

В письме от 29 июня 1955 года автор жалуется на крайне напряжённое время: работы накопилось столько, что он с ней не справляется, вдобавок идёт подготовка третьего тома. Он чувствует себя полностью вымотанным, сравнивая себя со спущенной шиной, но надеется ожить завтра, когда должна прибыть окончательная корректура этого тома. Книгопродавцы, в том числе мистер Уилсон из «Бампуса», советуют из-за долгой задержки публиковать книгу в конце сентября. Автор также размышляет о том, что издательство «А. энд А.» теперь, возможно, согласится взять «предысторию» в каком-либо виде: в прошлую пятницу в городе оно не возражало рассмотреть книгу размером примерно с первый том.

165 В «Хоутон-Мифлин»

В главе приводится письмо Толкина американским издателям «Хоутон-Мифлин», написанное в ответ на искажённую публикацию его слов в «Нью-Йорк таймс». Писатель поясняет, что его замечание о филологии было неверно передано, и излагает собственные автобиографические заметки: о происхождении фамилии, о детстве в Бирмингеме и Оксфорде, о любви к языкам и поэзии. Он подчёркивает, что «Властелин Колец» — не аллегория, а единое произведение, основанное на придуманных языках, и что мир Средиземья связан с реальной историей. В конце Толкин добавляет позднейшие размышления о начале своего творчества, о самых дорогих ему моментах книги и о неожиданном успехе, который приносит ему утешение.

166 Из письма в «Аллеи энд Анвин» 22 июля 1955

В письме издателю от 22 июля 1955 года Толкин возвращает присланные материалы и выражает недовольство процедурой корректуры. Он обнаружил, что страница с фонетическим ключом к ангертас напечатана без нужных символов; он вписал их от руки, но типография воспроизвела его рукопись как факсимиле, тогда как он ожидал специальный шрифт. Также он так и не получил страничную корректуру основного текста «Возвращения короля» со своими исправлениями. Он перечисляет замеченные ошибки и просит тщательно сверить его список с текстом. Кроме того, его тревожит вопрос о фонетическом знаке: он настаивает на использовании либо его варианта, либо ŋ, но не замене ng на ŋ. Письмо заканчивается жалобой на усталость и надеждой, что его почерк разберут.

167 Из письма к Кристоферу и Фейт Толкинам 15 августа 1955

Толкин вместе с дочерью Присциллой проводит конец июля и первую половину августа в Италии. В письме к сыну Кристоферу и его жене Фейт он делится впечатлениями от поездки. Больше всего его поражают фрески в Ассизи, куда они прибывают на праздник Святой Кьяры. Торжественную мессу служит кардинал, а при вознесении даров звучат серебряные трубы. Толкин печатает дневник на машинке, признаётся в любви к итальянскому язы

168 К Ричарду Джеффери

Толкин отвечает читателю Ричарду Джеффери, который просил перевести отрывок из песни энтов и объяснить ряд эльфийских имён и названий. Автор благодарит за письмо, извиняясь за задержку: он был в Венеции, которую в шутку называет Гондором. Он отмечает, что читатель неплохо освоил эльфийский алфавит, но указывает на ошибку в передаче имени, и говорит, что подробные сведения о письменности есть в приложениях к третьему тому. Толкин сожалеет, что не может составить полный указатель имён из-за объёма, но обещает, что многие ответы найдутся в самом томе. Затем он разъясняет значения слов «Орофарнэ», «лассемиста» и «карнемириэ», а также формы множественного числа от «онод». В конце он объясняет происхождение имён Перегрин и Фродо, связывая последнее с древнегерманским корнем, означающим «мудрый благодаря опыту».

169 Из письма к Хью Броугану 11 сентября 1955

В письме автор рассказывает о том, что обнаружил в романе К. С. Льюиса «Мерзейшая мощь» слово «Нуминор», которое тот заимствовал из его собственных легенд о Первой и Второй эпохах. Он поясняет, что это не совсем плагиат, поскольку Льюис был уверен, что эти легенды скоро будут опубликованы, однако этого не произошло. Автор объясняет, что написание «Нуминор» возникло из-за того, что Льюис слышал слово, но не видел его в письменном виде, и раскрывает его значение: на Высоком эльфийском наречии «Нуменорэ» означает «Западная земля».

Далее автор признаётся, что очертания мира в Третью эпоху сформировались скорее под влиянием драматических соображений, чем геологических или палеонтологических факторов. Он выражает сожаление, что не может согласовать свою карту с теориями геологов, но замечает, что это лишь внесло бы ещё больше путаницы в историю человеческого рода.

170 Из письма в «Аллен энд Анвин» 30 сентября 1955

В письме издательству «Аллен энд Анвин» от 30 сентября 1955 года автор задаёт вопрос о сроках выхода третьего тома. Он выражает беспокойство, что его «растерзают», если в ближайшее время не произойдёт никаких новостей или событий. Отрывок передаёт нетерпение и тревогу по поводу задержки публикации, но не содержит других деталей или действий.

171 К Хью Броугану

В декабре 1954 года Хью Броуган в письме Толкину раскритиковал архаичный стиль отдельных мест «Двух крепостей», назвав его «оссиановским» и согласившись с определением «высокопарщина». Толкин тогда не ответил, но после второго письма Броугана с извинениями взялся за черновик ответа, который в итоге не отправил, ограничившись краткой запиской.

В черновике Толкин защищает намеренную архаизацию, различая её и неуклюжие подделки под старину. Он приводит примеры из главы «Король Золотого Чертога», показывая, что современный язык не способен передать мысли и тон короля Теодена без фальши. Толкин утверждает, что старинный стиль лаконичнее и ярче, а отказ от него — заблуждение XX века. Он призывает Броугана отличать подлинную архаику от подделки и не считать современное словоупотребление автоматически более уместным.

172 Из письма в «Аллен энд Анвин» 12 октября 1955

В письме издательству «Аллен энд Анвин» автор напоминает, что выход «Возвращения Короля» назначен на 20 октября 1955 года, и просит строго соблюдать этот срок, так как позже уже нельзя. На следующий день, 21 октября, ему предстоит читать первую О’Доннелловскую лекцию, и он надеется, что аудитория, уставшая после ночного чтения книги, не заметит его несостоятельности как лектора по кельтологии. Он планирует осторожно сослаться на свою книгу, поскольку его выступление касается «кельтскости» и её лингвистической модели. Письмо передаёт его тревогу о сроках и ироничное отношение к собственным лекторским способностям.

173 Из письма к Катерине Фаррер 24 октября 1955

В письме от 24 октября 1955 года автор сообщает, что книга «Возвращение Короля» вышла 20 октября, как и было обещано. Несмотря на болезнь горла, из-за которой он пропустил лекции, ему удалось прочитать О'Доннелловскую лекцию об английском и валлийском языках, после чего с него сняли неакадемические обязанности. Работа над книгой завершена, однако для третьего тома уже требуется список опечаток, включающий существенные ошибки по всему тексту.

Автор признаётся, что не перестаёт удивляться тому, как был принят «Властелин Колец», и очень рад этому. При этом он не считает, что дал начало новому течению: по его мнению, ни один человек на такое не способен, и если течение действительно существует, ему просто повезло его уловить, а сам он лишь его частица. Он также замечает, что картина без Сэмуайза и Эланор остаётся неполной, но он так и не придумал, что добавить, не испортив финал, кроме намёков в приложениях.

174 К лорду Холсбери

В письме Толкин благодарит лорда Холсбери за предложение опубликовать «Сильмариллион» по подписке. Он отмечает, что благодаря огромному успеху «Властелина Колец» такая процедура, возможно, уже не понадобится, поскольку издатели теперь сами заинтересованы в книге. Автор признаёт, что материалы Первой и Второй эпох слишком мифологичны и героичны, в них нет «хоббитщины», которая сделала предыдущее произведение более доступным. Толкин выражает намерение привести эти тексты в порядок для публикации, хотя чувствует усталость и возрастные ограничения. Он предлагает показать Холсбери отдельные отрывки до окончательной редакции, предупреждая, что они могут существенно измениться в деталях и стиле. Письмо завершается повторной благодарностью за поддержку.

175 Из письма к миссис Молли Уолдрон 30 ноября 1955

В письме миссис Молли Уолдрон Толкин делится впечатлениями о радиопостановке «Властелина Колец», которая шла на Третьей программе Би-би-си в 1955–1956 годах. Он считает, что книга совершенно не подходит для инсценировки, и передачи ему не понравились, хотя, по его словам, они улучшились. Особенно его возмущает исполнение Тома Бомбадила, а также комментарии ведущего, который утверждает, будто Златеника — дочь Бомбадила, а Ива — союзник Мордора. Толкин сожалеет, что люди не способны представить существ, враждебных людям и хоббитам, которые охотятся на них, не будучи при этом в союзе с Дьяволом. Письмо оставляет автора раздражённым и недовольным трактовкой его произведения.

176 Из письма к Наоми Митчисон 8 декабря 1955

В письме Наоми Митчисон автор делится своими недавними заботами. Он вынужден был прочитать вступительную лекцию для новой программы по кельтологии, хотя считает себя лишь любителем в этой области и опасается придирчивых специалистов; вдобавок его мучил ларингит. Он также резко критикует радиопостановки по своим произведениям, находя их плохо сделанными, хотя отмечает, что имена персонажей переданы сносно. Особенно его заинтересовал образ гнома Глоина, которого он сравнивает с евреями — чужаками, говорящими на местном языке с собственным акцентом. Кроме того, его отвлекает докучнаяторская диссертация, которую приходится разбирать. В конце он с детским удовольствием сообщает, что нуменорский календарь оказывается точнее григорианского: тот спешит на 26 секунд в год, а нуменорский отстаёт на 17,2 секунды.

177 Из письма к Рейнеру Анвину 8 декабря 1955

В письме Толкин делится впечатлениями о недавних откликах на «Властелина Колец». Он упоминает радиопостановку на Би-би-си, которую раскритиковали в программе «Критики», и отмечает, что сами критики признались, что не читали книгу, но при этом обсуждали её и самого автора, включая его вероисповедание. Толкин недоволен выступлением Одена, который назвал книгу «тестом на литературный вкус», считая, что это лишь раздражает публику, хотя и признаёт, что споры способствуют спросу. Его корреспонденция пополняется негодующими письмами, а одна пожилая дама, отчасти послужившая прототипом Лобелии, готова была бы проучить Одена зонтиком.

Также Толкин сообщает о планах заняться «Сильмаллионом» на каникулах, но сетует на докторскую диссертацию. Он резко критикует Эдвина Мьюира за его отзыв о «Возвращении Короля», называя его инфантильным, и иронично предлагает выдвинуть Мьюира на должность профессора поэзии в качестве мести.

178 Из письма в «Аллен энд Анвин» 12 декабря 1955

В письме издателям Толкин касается упоминания о деревушке Сэрхоул, где прошло его детство, и возражает против замены обращения «мистер» на «профессор». Он поясняет, что в оксфордской традиции такое обращение не принято, а сам обычай пришёл из мест, где профессора ведут себя как домашние тираны. По его словам, именно из-за этого обращения он слышит рассуждения о своём «академизме» и замечания, будто Шир находится близ северного Оксфорда. На деле же Шир напоминает ему уорикширскую деревеньку времён Бриллиантового юбилея, которая так же далека от безликих домов к северу от старого Оксфорда, как и Третья эпоха. Эти дома, по его мнению, даже не заслуживают почтового адреса.

179 Из письма к Хью Броугану 14 декабря 1955

В письме от 14 декабря 1955 года Толкин отвечает Хью Броугану, который в своём послании от 4 декабря признавался, что его муча кошмары из-за опасений, не проявил ли он глупость или бестактность и не создал ли ложного впечатления, хотя искренне восхищается «Властелином Колец». Толкин заверяет корреспондента, что кошмары ни к чему: он вполне способен пережить критику и не зазнался от неожиданного успеха книги, даже когда замечания глу, несправедливы или подсказаны недоброжелательством. Он иронически упоминает эпитеты вроде «выхолощенный», которые ему приходится слышать.

Далее Толкин призывает Броугана не стесняться и давать волю перу, отмечая, как ужасно писать письма людям, с которыми приходится «осторожничать». Он ценит пристальный интерес Броугана к своим трудам и чуткость его восприятия.

180 К «мистеру Томпсону» [черновик]

В письме, адресованном некоему мистеру Томпсону, автор благодарит его за поддержку и размышляет о своей работе над созданием мифологии для Англии. Он рассказывает, что начал с конструирования языков, а затем обратился к легендам, поскольку понял, что язык и миф неразрывно связаны. Первые тексты он писал в военных лагерях и госпиталях во время Первой мировой войны. Автор описывает свой творческий метод: он не придумывает истории, а ждёт, пока они сами напишутся, как случилось с энтами, которых он не планировал. Он также упоминает, что «Сильмариллион» был отклонён издателями, что в итоге привело к созданию «Властелина Колец», и что образ Фарамира и его видение Великой Волны отражают личные переживания автора. Письмо обрывается на том, что автор жалуется на давление издателей, требующих завершить «Сильмариллион».

181 Из письма к Майклу Стрейту [черновики]

В письме Толкин отвечает редактору Майклу Стрейту на вопросы о «Властелине Колец». Он отрицает наличие аллегории, называя книгу волшебной сказкой для взрослых, которая должна увлекать и отражать «участь человеческую». Объясняя провал Фродо, Толкин говорит о «жертвенных ситуациях», где герой обречён на неудачу, но его прежняя жалость к Голлуму приводит к спасению через «благодать». Голлум же остаётся жалким существом, чья гибель не искупает зла. Толкин утверждает, что Шир не содержит отсылок к послевоенной Англии, а уход Хранителей связан с мифологией: эльфы устали от мира, Гэндальф возвращается к Валар, и это не смерть, а возвращение домой. Он также различает свою историю и Евангелие, подчёркивая, что его интересует лишь смерть и надежда.

182 Из письма к Анне Барретт, «Хоутон-Мифлин»

Автор письма Анне Барретт сообщает, что теперь, после успеха «Властелина Колец», у него появилась возможность частично опубликовать свои ранние исторические хроники, которые прежде были отвергнуты. Он сомневается, что они привлекут столько же читателей, ведь в них нет хоббитов, зато много мифологии и эльфийских мотивов, которые не нравятся рецензентам. Однако времени на эту работу нет: он погряз в проблемах, связанных с «Властелином Колец», и в профессиональных обязанностях, которые намеренно делают для профессоров последние годы перед пенсией невыносимыми. Коллеги-филологи шокированы тем, что он занялся беллетристикой, и упрекают его в том, что он тратил время на это двадцать лет. Он также отмечает, что стал самым старшим профессором в своём учебном заведении, занимая должность с 1925 года, и некоторые коллеги открыто ждут его ухода на пенсию.

183 Заметки по поводу рецензии У. X. Одена на «Возвращение Короля»

Толкин в личных заметках разбирает рецензию Одена на «Возвращение Короля». Он благодарит критика за похвалу, но не согласен с его подходом: Оден видит в квесте аллегорию жизненного опыта, тогда как Толкин утверждает, что его история не автобиографична, а Средиземье — это реальный мир в воображаемый исторический период. Автор возражает против утверждения, что путешествия доступны лишь богатым, и сравнивает развитие человека с ростом зерна, где человек — и зерно, и садовник. Он считает, что большинство людей непредсказуемы, и отправка хоббитов в путь позволяет проявить скрытые возможности. Толкин отвергает политическую трактовку: долг Фродо — человеческий, а не политический, в отличие от Денетора, павшего из-за политики. Он также рассуждает о природе зла, Сауроне как приближении к абсолютному злу и оправданности правого дела, подчёркивая, что его книга не ура-патриотична.

184 К Сэму Гэмджи

В марте 1956 года Толкин получил письмо от некоего Сэма Гэмджи из Лондона, который удивлялся совпадению своего имени с именем персонажа из «Властелина Колец». Толкин отвечает ему, объясняя, что в детстве словом «гэмджи» называли вату, а также упоминает реального хирурга Гэмджи и его семью. Он интересуется семейными преданиями адресата и предлагает выслать ему все три тома книги с автографом. Мистер Гэмджи приходит в восторг от предложения, и Толкин отправляет книги. Получатель подтверждает их прибытие и обещает прочитать.

185 Из письма к Кристоферу и Фейт Толкин 19 марта 1956

В письме, адресованном Кристоферу и Фейт Толкин, автор делится двумя новостями. Он сообщает, что получил письмо от реального человека по имени Сэм Гэмджи из Тутинга, что звучит по-хоббичьи, хотя сам Тутинг совсем не похож на Шир. Кроме того, издательство «А. энд Анвин» прислало обнадёживающие известия о возможной будущей прибыли. Толкин упоминает оба события кратко, без подробностей, но с явным удовлетворением от неожиданного совпадения имени и от благоприятных финансовых прогнозов.

186 Из письма к Джоанне де Бортадано (черновики)

В письме Толкин поясняет, что его книга не является аллегорией ядерной угрозы, а говорит о власти и подчинении. Он критикует распространённое убеждение, что всё возможное непременно следует делать, и вспоминает Честертона. Истинной темой он называет смерть и бессмертие, тоску рас, обречённых покинуть мир или остаться в нём. Также он рассуждает о смирении и равенстве, цитируя Эльронда и Мерри, и отмечает, что не считает себя демократом в механическом смысле. Затем Толкин переходит к практическим делам: упоминает, что публикация обошлась в четыре тысячи фунтов, а он сам дважды перепечатал рукопись. Он рассказывает о письме от состоятельного читателя, который гордился тем, что брал книгу в библиотеке и платил штрафы, что вызывает у автора недоумение из-за больших затрат на издание.

187 Из письма X. Коттону Минчину (черновик)

В письме, датированном апрелем 1956 года, автор рассказывает о спешке при завершении книги и карт к ней. Он вспоминает, как его сын помогал с картами, работая без сна сутки, и как сам автор в последние дни почти не ел, переделывая общую карту. Упоминаются разногласия по поводу написания эльфийских названий, например, «Кирит» через «с», и признаётся, что из-за его решения возникли непоследовательности.

Далее он объясняет, что как филолог и каллиграф больше всего интересуется эльфийскими языками и алфавитами. Он планировал выпустить отдельный том для специалистов с указателем имён и этимологическим словарём, но из-за объёма и расходов отказался от этой идеи. Также пришлось убрать факсимиле страниц из «Книги Мазарбул», которые он долго подделывал. В конце он перечисляет разнообразные запросы читателей — от карт и геологии до грамматики, музыки и ботаники, — и заключает, что такой том получился бы огромным.

188 Из письма в «Аллен энд Анвин» 3 апреля 1956

В марте издательство «Аллен энд Анвин» сообщает Толкину о подписании договора на нидерландский перевод «Властелина Колец». Толкин отвечает, что впервые слышит об этом и просит подробностей. Издатели объясняют, что стараются продать права за границу, и спрашивают его согласия. В письме Толкин подтверждает желание, чтобы издательство продолжало эту деятельность, но подчёркивает, что перевод глубоко затрагивает автора, особенно такого, как он, — профессионального лингвиста с обширными связями среди филологов Европы. Он считает перевод «Властелина Колец» грандиозной задачей, которую невозможно выполнить без его участия, и готов немедленно помочь, если с ним посоветуются. Он вспоминает неудачный шведский перевод «Хоббита», где текст был вольно изменён без его одобрения, и заявляет, что к «Властелину Колец» относится ещё ревностнее: не допустит никаких изменений, сокращений или переделок, если они не исходят от него или не согласованы с ним напрямую. Он надеется, что его озабоченность учтут.

189 Из письма к миссис М. Уилсон 11 апреля 1956

В письме миссис М. Уилсон автор делится сожалением о том, что многие дети от десяти лет и старше увлечены «Властелином Колец», хотя книга писалась не для них. Он признаёт, что сам не относится к читателям, перечитывающим книги, и редко возвращается к уже прочитанному. Автор размышляет о книгах, которые он прочёл слишком рано, и отмечает, что никакое более глубокое понимание не заменит ему свежести и аромата непрочитанного текста. Он заключает, что выбор книг и время их чтения, как и встречи с людьми, определяются судьбой.

190 Из письма к Рейнеру Анвину 3 июля 1956

В июне 1956 года отдел иностранных прав издательства «Аллен энд Анвин» отправил Толкину список переведённых на нидерландский язык топонимов из «Властелина Колец» с просьбой одобрить его. В ответном письме Рейнеру Анвину Толкин решительно возражает против перевода любых имён собственных, считая это недопустимым вмешательством в продуманную систему его вымышленного мира. Он утверждает, что переводчик не имеет права перекраивать названия, даже если они основаны на реальных английских образцах, и приводит примеры нелепых кальок, которые разрушают местный колорит.

Толкин также критикует переводчика за непонимание структуры книги и за то, что тот не воспользовался приложениями. Он требует оставить все имена, включая «хоббит» и «орк», без изменений, а вместо перевода предлагает добавить глоссарий с пояснениями. Автор признаётся, что раздосадован и зол, но не намерен менять свою позицию, и прилагает подробный комментарий к спискам переводчика.

191 Из письма к мисс Дж. Берн (черновик) 26 июля 1956

В письме автор размышляет о судьбе Фродо и его неудаче с Кольцом. Он утверждает, что провал был предопределён с самого начала, а спасение героя и миссии произошло благодаря милосердию, жалости и прощению. Автор связывает это с молитвой «Отче наш» и обсуждает, что человек не всегда способен противостоять злу, особенно когда его силы исчерпаны. Он также упоминает Голлума, который не смог воспользоваться шансом на раскаяние. Затем автор переходит к своим литературным делам: он сожалеет о порядке публикации своих произведений, но надеется, что при чтении в правильной последовательности они выиграют. Он не пишет «Сильмариллион», а лишь готовит легенды к изданию, будучи при этом перегружен другой работой.

192 Из письма к Эми Рональд 27 июля 1956

В письме от 27 июля 1956 года автор размышляет о провале Фродо в финале истории. Он утверждает, что эта неудача неизбежна и значительнее обычного сказочного успеха, поскольку даже добрые и праведные могут оказаться бессильны перед великим злом. Миссия, однако, завершается победой благодаря жалости, милосердию и прощению, которые создают условия для исправления беды. Гэндальф предвидел это, но милосердие не должно быть расчётливым — оно существует лишь там, где противоречит здравому смыслу. Фродо заслужил почести, истратив все силы до предела, а дальнейшее взяла на себя высшая сила, «Сочинитель Повествования». Автор также упоминает критика, назвавшего Фродо негодяем, и сожалеет о такой ограниченности в жестокие времена. В конце он касается Уолтера де ла Мара, предполагая, что тот жил в более мрачном мире, и признаётся, что их единственная встреча была малозначительной.

193 Из письма к Теренсу Тиллеру 2 ноября 1956

Тиллер, режиссёр радиопостановки «Властелина Колец» на Би-би-си, спрашивает Толкина о том, как передать речь разных народов во втором цикле передач, основанном на «Двух крепостях» иВозвращении короля». Толкин отвечает, что фонетические отклонения от нормативного английского в данном случае не нужны и нежелательны. Он советует избегать просторечных черт в речи орков, например опускания звука «h», хотя допускает, что интонация, артикуляция и темп могут помочь сделать их речь отвратительной.

Далее Толкин объясняет, что, хотя в реальности у носителей Всеобщего наречия были бы местные произношения, передать это через английский невозможно и не нужно. Он уже заложил нужные различия в лексику и обороты речи. Минас Тирит, как источник Всеобщего наречия, должен звучать как эталон, без особенностей произношения. Рохиррим, говорящие на Всеобщем наречии, должны звучать образцово, возможно даже слишком правильно, поскольку это не их родной язык, хотя на эту тонкость можно не обращать внимания — Теоден, например, родился в Гондоре.

194 К Теренсу Тиллеру 6 ноября 1956

В письме от 6 ноября 1956 года Дж. Р. Р. Толкин отвечает Теренсу Тиллеру по поводу радиопостановки «Властелина колец». Он признаётся, что лишь бегло просмотрел присланные эпизоды, но считает, что должен высказаться сразу. Толкин сомневается, что слушатели, не читавшие книгу, смогут понять сюжет из-за сильного упрощения текста. Он утверждает, что произведение не подходит для драматизации, и что две книги невозможно уместить в отведённое время. Автор предлагает вместо инсценировки использовать чтение вслух с пояснениями рассказчика, так как диалоги и отсутствие декораций лишают историю выразительности. В качестве примеров он приводит урезанный эпизод с болотными огнями и замену момента с раскаянием Голлума на обычное повествование. В конце Толкин задаётся вопросом, можно ли вообще инсценировать эпос, и отмечает, что задача перед Тиллером была нелёгкой.

195 Из письма к Эми Рональд 15 декабря 1956

В письме от 15 декабря 1956 года автор уточняет отношение Фродо к оружию. Он подчёркивает, что это личная позиция персонажа, а не пацифизм в современном понимании. Фродо прежде всего ужасает перспектива гражданской войны среди хоббитов, но он также приходит к выводу, что борьба силой менее эффективна, чем обычно полагают добрые люди. Далее автор раскрывает собственное мировоззрение: он христианин и католик, поэтому видит историю как «продолжительное поражение», хотя в ней встречаются образцы или отблески финальной победы, которые в легендах представлены ещё яснее и волнующе. Письмо оставляет читателя с пониманием личных и религиозных оснований, повлиявших на изображение выбора Фродо.

196 Из письма к Катерине Фаррер 21 марта 1957

В письме к Катерине Фаррер, датированном 21 марта 1957 года, Толкин отвечает на её беспокойство о трудностях К. С. Льюиса. Он признаёт, что знает об этом немного, лишь по сдержанным намёкам Хаварда. При встречах Льюис, по словам Толкина, уходит в разговоры о литературе, и даже домашние горести не охладили его любви к этому занятию. Само письмо написано в день, когда Льюис обвенчался с Джой Дэвидмен у её больничной койки, так как предполагалось, что она умирает. Толкин, однако, не упоминает об этом событии напрямую, сосредоточившись на реакции Льюиса на свои невзгоды.

197 Из письма к Рейнеру Анвину 9 мая 1957

Толкин получает от издательства «Аллен энд Анвин» крупный авторский гонорар за «Властелина Колец». Рейнер Анвин сообщает, что книга продаётся отлично и, по его прогнозам, будет пользоваться спросом и дальше. Писатель извиняется за задержку с ответом из-за сильной занятости. Он размышляет, что при других обстоятельствах вышел бы на пенсию раньше, но теперь его ждёт налоговый штраф за продолжение работы, почти равный жалованью. Из-за занятости он не может заниматься «Сильмариллионом», который лежит нетронутым с осени; здоровье ухудшается, артрит мешает долго сидеть за столом. Несмотря на потерю досуга и других доходов, Толкин рад новостям о продажах и благодарен Анвину за терпение и поддержку, без которых роман остался бы грудой рукописей. Он иронично замечает, что в «вульгарном» литературном успехе есть свои плюсы.

198 Из письма к Рейнеру Анвину 19 июня 1957

В письме к издателю Рейнеру Анвину Толкин сообщает, что американский кинорежиссёр поинтересовался возможностью создания мультфильма по «Властелину Колец». Автор заявляет, что лично готов приветствовать такую идею, несмотря на риск опошления материала. Он отмечает, что его отношение не связано с возможным денежным вознаграждением, хотя в преддверии выхода на пенсию такой проект кажется ему не самой неприятной перспективой. Толкин добавляет, что скорее стерпит опошление, чем оглупление со стороны Би-би-си, намекая на неудачный опыт работы с этой организацией. Письмо оставляет автора в состоянии осторожного, но заинтересованного согласия на анимационную адаптацию.

199 Из письма к Кэролайн Эверетт 24 июня 1957

В письме Кэролайн Эверетт автор неохотно признаёт, что не рад стать героем диссер

200 Из письма к майору Р. Боуэну 25 июня 1957

В письме майору Боуэну автор разъясняет природу Саурона и других духов в его мифологии. Саурон, будучи духом ангельского рода, существовал до сотворения материального мира и мог воплощаться по желанию, но его телесная форма была подобна одежде, а не истинному телу. Такие духи, как Саурон, служили великим силам, например Мелькору, и были связаны с миром до конца его истории. После гибели физического облика дух не уничтожался, но для восстановления требовал времени и внутренней энергии; уничтожение Кольца сделало такое восстановление невозможным. Автор также упоминает, что духи принимали облик Детей Господа — эльфов и людей, — и что их знание будущего было ограниченным, поскольку Создатель вводил новые темы и непредвиденные события. В конце он отмечает, что рациональное объяснение мифологии подтверждает её внутреннюю последовательность.

201 Из письма к Рейнеру Анвину 7 сентября 1957

4 сентября Толкина посещают представители американской компании, заинтересованной в создании мультфильма по «Властелину Колец». Ему передают краткое содержание будущего фильма, и он соглашается его прочитать. В письме к Рейнеру Анвину, отправленном 7 сентября, Толкин сообщает, что копия сценария будет выслана в понедельник, и сетует на задержку с отправкой.

Толкин критикует предложенный сценарий: он считает его не сокращением, а ужиманием, которое ведёт к перенасыщенности, путанице и ослаблению кульминационных моментов. По его мнению, материал деградирует до традиционных «волшебных сказок»: персонажи постоянно летают на орлах, а Лориэн превращается в замок с «изящными минаретами». Несмотря на это, он выражает готовность к сотрудничеству, если компания будет прислушиваться к его советам и если Анвин сочтёт их намерения искренними и стоящими.

202 Из письма к Кристоферу и Фейт Толкин 11 сентября 1957

В письме Кристоферу и Фейт Толкин сообщает, что его мысли заняты «Сильмариллионом», но времени на него не хватает. Он рассказывает, что неожиданно получил Международную премию фэнтези на пятнадцатом Всемирном конвенте научной фантастики. Награждение состоялось на ланче в «Крайтерионе», где вручили массивную металлическую модель ракеты с зажигалкой. Толкин отмечает, что речи были содержательными, особенно вступительная, произнесённая Клеменс Дейн; присутствовал и сэр Стэнли. Приз он помещает в витрину дома на Мьюзиум-стрит. Затем описывает визит представителя американской кинокомпании, мистера Акермана, который привёз впечатляющие рисунки и фотографии, но сценарий оказался слабым. Вместе со Стэнли они вырабатывают политику: либо искусство, либо деньги — то есть либо крайне выгодные условия, либо полное авторское вето на нежелательные изменения.

203 Из письма к Герберту Широ 17 ноября 1957

В письме Герберту Широ автор разъясняет, что его история лишена сознательной аллегории и символизма: например, число магов не означает пять чувств, а орки не являются зашифрованными коммунистами. Однако отсутствие аллегории не исключает соотнесения с реальностью. Он отмечает, что в его мире у разных народов есть свои пороки — леность и тупость у хоббитов, гордыня у эльфов, алчность у гномов, жестокость у людей, предательство у магов, — и потому история может быть соотнесена с современностью. Главной темой он называет не власть и господство, которые служат лишь двигателем сюжета, а смерть и жажду бессмертия, что делает историю глубоко человеческой.

204 Из письма к Рейнеру Анвину 7 декабря 1957

В письме от 7 декабря 1957 года Толкин сообщает Рейнеру Анвину о получении от лорда Холсбери подробных комментариев и критических замечаний на рукопись «Сильмариллиона». Холсбери высоко оценивает мифологию и настаивает на её публикации, пока «Властелин Колец» пользуется спросом. Толкин решает, что перед обработкой текста необходимо снять копии со всех рукописей, чтобы избежать их утраты, и планирует организовать перепечатку в своём кабинете.

Далее Толкин жалуется на шведского переводчика Оке Ольмаркса, приславшего список переведённых имён и названий из «Властелина Колец». Толкин считает перевод неудачным, полным ошибок и самодовольных замечаний о шведском языке, а также возмущён тем, что с ним не проконсультировались заранее. Он предлагает в будущем привлекать его к переводам на раннем этапе и отмечает необходимость составления указателя имён, который помог бы и переводчикам, и работе над «Сильмариллионом».

205 Из письма к Кристоферу Толкину 21 февраля 1958

В письме сыну Кристоферу отец делится впечатлениями от его доклада «Варвары и граждане», прочитанного в научном обществе колледжа. Он хвалит выступление, отмечая его ясность и живость, а также успех у аудитории. Отец признаётся, что сам он прежде всего филолог: его больше волнуют слова и имена, чем исторические события, и упоминает, что особое впечатление на него произвело упоминание «atta, attila». Далее он объясняет, что его большая книга — это попытка создать мир, где язык, отвечающий его эстетическим предпочтениям, казался бы настоящим, и приводит пример

206 Из письма к Рейнеру Анвину 8 апреля 1958

В письме Толкин отчитывается перед Рейнером Анвином о поездке в Голландию в конце марта 1958 года, которую оплатило издательство «Аллен энд Анвин». Он посещает «Хоббитский обед» в Роттердаме, где в меню значится «мэггот-суп» — грибной суп, названный в честь фермера Мэггота из «Властелина Колец». Толкин описывает встречу с Оуботером из книготорговой фирмы, который ожидал увидеть более хоббитоподобного человека, и беседы с голландцами, увлечёнными хоббитами. На обеде он произносит заключительную речь, частично пародирующую прощание Бильбо, и получает в подарок трубки и табак от фирмы «Ван Россем», чья реклама рекламирует «трубочное зелье для хоббитов». Письмо заканчивается благодарностью за эту памятную поездку, которую он считает единственным отпуском, что ему был суждён.

207 Из письма к Рейнеру Анвину 8 апреля 1958

В письме Рейнеру Анвину автор сообщает о продолжении переговоров с американской кинокомпанией. Мортон Грейди Циммерман подготовил краткий сценарий по «Властелину Колец», который автор называет «сюжетной линией». Он признаётся, что не понимает кинематографических терминов и просит разъяснить, что именно означает этот документ. Автор крайне недоволен работой Циммермана: тот искажает имена персонажей, например, пишет «Боримор» вместо «Боромир», превращает Радагаста в орла, а диалоги и ввод персонажей не соответствуют книге. Автор считает, что Циммерман не читал роман, а лишь бегло просмотрел его, и обвиняет его в небрежности и наглости. Несмотря на раздражение, автор намерен сдержаться, так как нуждается в деньгах, и обещает отправить свои замечания через Унвина, не обращаясь напрямую к Акерману.

208 Из письма к С. Оуботеру, «Фоорхувэ эн Дитрих», Роттердам 10 апреля 1958

В письме автор размышляет о «ключевой идее» своего романа. Он утверждает, что при написании не ставил сознательной поучительной цели, а просто хотел создать увлекательную историю, однако в процессе неизбежно проявились его собственные взгляды. Перечитывая книгу, он осознал, что в ней доминирует тема смерти, но это не то же самое, что Враг. Главная мысль, по его словам, — опасность спутать истинное бессмертие с бесконечным долгожительством, то есть свободу от времени с цеплянием за него. Эта путаница — дело Врага и источник человеческой трагедии. Он сравнивает смерть Арагорна с участью Кольцепризрака. Эльфы называют смерть Даром Господа людям, а их собственное искушение — праздная меланхолия, обременённая памятью, которая ведёт к попытке остановить время.

209 Из письма к Роберту Марри, ОИ 4 мая 1958

В письме Толкин отвечает на вопрос Марри о возможности использовать его размышления о «священных» словах. Он рассуждает о сложностях этимологических исследований: значения слов и их формы меняются независимо друг от друга, аытки найти «исходные» значения упираются в порочный круг и утраченное прошлое. Толкин приводит примеры семантических сдвигов (например, yelp, dizzy, god) и подчёркивает, что даже при установлении формальных соответствий между словами разных языков смысловая связь часто остаётся недоказуемой. Он заключает, что филолог может лишь строить гипотезы, но не может прийти к окончательным выводам о происхождении и значении таких слов, как holy или god, и что эти изыскания мало что дают для теологии.

210 Из письма к Форресту Дж. Акерману

Толкин в письме Форресту Акерману сообщает, что завершил подробные комментарии к предварительному сценарию «Властелина Колец», написанному неким Циммерманом. Он выражает надежду, что его замечания окажутся полезными, но заранее извиняется за резкий тон, объясняя его обидой автора, чьё произведение, по его мнению, искажают. Далее он разбирает конкретные ошибки сценариста: неуместное использование орлов, сокращение временных промежутков, искажение характеров (например, Арагорна и Тома Бомбадила), превращение орков в птиц, немотивированные изменения сюжета и атмосферы. Особенно его возмущает обращение с Лориэном, лембасом и финалом книги. Толкин считает, что сценарист не понял сути истории — похода Хранителей Кольца, — и что третья часть сценария совершенно неприемлема. Он настаивает на уважении к оригинальному тексту и его ключевым сценам.

211 К Роне Бир

Толкин отвечает на письмо Роны Бир, извиняясь за задержку из-за отпуска и болезни жены. Он разбирает её вопросы по «Властелину Колец»: объясняет ошибку с обращением «О Эльберет» вместо «А Эльберет», переводит эльфийские фразы, признаёт небрежность в описании уздечки и удил коня Глорфинделя, рассказывает о добровольной сдаче Саурона Ар-Фаразону и его крахе после вмешательства Эру. Он признаётся, что не знает цветов двух магов, описывает одежду народов и гондорскую корону, разбирает этимологию имён с элементом «эль», объясняет, что Король-чародей летал на существе, похожем на птеродактиля, и называет Старшим Королём Манвэ. В конце он подчёркивает, что его произведение — миф, а не религия, и что главные темы книги — смерть и бессмертие.

212 Черновик продолжения к вышеприведенному письму (не отослан)

В черновике письма автор излагает мифологическую основу своего мира. Валар, или Айнур, — это духи, сотворённые прежде физического мира; они участвовали в создании Вселенной как вторичные творцы, толкуя замысел Единого. Мелькор внёс в Музыку диссонанс, и мир, ставший реальностью по слову Единого, с самого начала содержал зло. Валар вошли в мир и могли воплощаться в зримые обличия. Эльфы и люди — дети Единого, независимые от Валар; падшие, как Мелькор и Саурон, стремились поработить их. Эльфы бессмертны, люди смертны, и смерть считается даром, но Саурон использует желание долголетия как приманку. Отдельно рассказана история Аулэ, который в нетерпении создал гномов, но Единый даровал им жизнь и повелел спать до времени пробуждения детей Илуватара.

213 Из письма к Деборе Уэбстер 25 октября 1958

В письме Толкин объясняет, почему не любит сообщать о себе факты, считая, что биографические подробности отвлекают от произведений и не объясняют их. Он различает несущественные факты (например, пороки) и более значимые, но всё равно не объясняющие творчество. Затем он делится некоторыми сведениями: родился в 1892 году, жил в доиндустриальную эпоху, является христианином и католиком. Далее он описывает себя как «хоббита»: любит сады, деревья, ручной труд, трубку, простую еду, грибы, вышитые жилеты, не любит французскую кухню, поздно ложится и встаёт, мало путешествует. Он ценит Уэльс и валлийский язык, часто ездит в Ирландию, но ирландский язык ему неприятен. В конце он надеется, что этого достаточно для начала.

214 К А. К. Нанну (черновик)

Автор отвечает читателю, указавшему на кажущееся противоречие в обычаях хоббитов, связанных с днями рождения. Он объясняет, что традиция сложнее: в свой день рождения хоббит и дарит, и получает подарки, но это разные обычаи. Получение даров — древний ритуал, символизирующий принадлежность к роду, а дарение — личный знак благодарности. Автор подробно описывает правила этикета, приводит примеры из истории Шира, включая случай Смеагола и Деагола, и разбирает вопросы главенства в семьях, наследования и усыновления. Он также уточняет, что слово «матриарх» у Гандальва не имеет антропологического смысла. В конце письма автор упоминает о болезни жены и нехватке времени, из-за чего черновик остался незавершённым.

215 К Уолтеру Аллену, «Нью стейтсмен» (черновики)

Толкин получает приглашение от журнала «Нью стейтсмен» принять участие в подборке высказываний о детской литературе. В черновике ответа он подробно излагает свои взгляды: пишет, что не интересуется специальным сочинением для детей, что «Хоббит» был написан под влиянием предрассудка о связи волшебных сказок с детьми, и что он сожалеет о некоторых стилистических решениях. Он объясняет, что «Властелин Колец» не адресован какой-либо аудитории, а выражает его собственный взгляд на мир. Толкин отвергает дидактические и аллегорические цели, рассуждает о том, что детям нужна литература выше их уровня, и советует не подделываться под детскую речь. Черновик обрывается; в итоге он отправляет краткий вежливый отказ, ссылаясь на недавнюю операцию, завал с работой и начало триместра.

216 Из письма к заместителю секретаря Мадрасского университета 19 августа 1959

В письме от 19 августа 1959

217 Из письма в «Аллен энд Анвин» 11 сентября 1959

В письме издателю Толкин извиняется за задержку ответа, вызванную домашними проблемами, и отказывается дать подробные комментарии к переводу «Властелина Колец» на польский. Он формулирует общий принцип: переводчице следует как можно меньше переводить или изменять имена и названия, поскольку это английская книга и её «английскость» нельзя стирать. Толкин поясняет, что утверждение о древнем языке хоббитов — псевдоисторический приём, и он не видит смысла придумывать подлинные формы для таких слов, как Бэггинс или Шир. Он настаивает, чтобы все имена и географические названия, включая Шир, остались без изменений. Вместо этого он предлагает добавить в конец книги список значимых английских имён и названий с пояснениями на польском языке.

218 К Эрику Роджерсу

Письмо представляет собой ответ Дж. Р. Р. Толкина на вопрос неизвестного корреспондента, адресованный «любому профессору английского языка» в Оксфорде. Автор спрашивал, какой вариант грамматически верен: «при этом пострадал ряд офисных стен» или «пострадали ряд офисных стен».

Толкин, ушедший на пенсию, отвечает, что письмо в итоге попало к нему, хотя он и не «любой профессор». Он объясняет, что строгая норма требует единственного числа глагола, поскольку «ряд» — существительное в единственном числе, но здравый смысл допускает множественное, так как речь идёт о стенах. В итоге он предоставляет выбор самому адресату и подписывается полным именем.

219 Из письма в «Аллен энд Анвин» 14 октября 1959

В письме издателям Толкин рассказывает о запросе заводчицы кошек из Кембриджа, которая хочет назвать помет сиамских котят именами персонажей «Властелина Колец». Писатель иронично комментирует эту просьбу, вспоминая реплику Пэка из «Сна в летнюю ночь» о глупости смертных. Он признаётся, что в его представлении сиамские кошки ассоциируются с фауной Мордора, однако считает, что сообщать об этом заводчице не следует. Таким образом, Толкин делится частным забавным наблюдением, сохраняя доброжелательный тон и не отказывая в разрешении, но и не давая прямого ответа на просьбу.

220 Из письма к Наоми Митчисон 15 октября 1959

В письме от 15 октября 1959 года автор сообщает Наоми Митчисон, что вышел на пенсию по достижении возрастного предела в конце прошлого триместра. Он называет это прискорбным событием, особенно в финансовом отношении: хотя он состоял в пенсионном фонде с 1920 года, этих средств недостаточно для безбедной жизни, и без доходов от «Хоббита» ему пришлось бы очень туго. Тем не менее, ободрённый её письмом, он решает вырваться из «беличьего колеса» и отказывается от должности в Ирландии, которую ему предлагали. Теперь, при первой возможности, он собирается вернуться к работе над «Алой Книгой» и связанными с ней хрониками.

221 Из письма к первому заместителю секретаря Оксфордского университета 24 ноября 1959

В письме Толкин отвечает на благодарность Совета факультета английского языка, присланную ему после выхода на пенсию. Совет высоко оценивает его многолетний труд, научные заслуги и выражает сожаление о потере его советов и помощи. Толкин признателен за столь щедрые слова, но скромно замечает, что описанный портрет профессора превосходит его реальные достоинства. Он отмечает, что осознанные заслуги приносят утешение, однако незаслуженные почести обладают особой привлекательностью. Неожиданным для себя результатом ухода на пенсию он называет то, что начал скучать по заседаниям Совета — не по повестке дня, а по обществу дорогих друзей, с которыми там встречался.

222 Из письма к Рейнеру Анвину 9 декабря 1959

В письме Толкин отвечает Рейнеру Анвину, который предложил опубликовать его переводы «Сэра Гавейна и Зеленого Рыцаря» и «Перла». Автор извиняется за задержку ответа, объясняя её тем, что вместе с секретарём он увлечён переработкой «Сильмариллиона». Письмо Анвина заставляет его переключиться на «Гавейна», хотя до Рождества закончить не удастся. Толкин отмечает, что сами переводы почти готовы и не требуют серьёзной правки, так что тексты обеих поэм он сможет предоставить вскоре после праздника. Он сомневается насчёт предисловия и примечаний, полагая, что их нужно немного, поскольку покупатели делятся на тех, кому нужен только перевод, и тех, кто имеет доступ к изданиям и подробным исследованиям, связанным с этими поэмами.

223 Из письма к Рейнеру Анвину 31 июля 1960

В письме к Рейнеру Анвину автор жалуется на то, что застрял в работе над изданием «Ancrene Riwle» — среднеанглийского текста, подготовку которого он должен был завершить много лет назад. Он признаёт, что задержка вызвана его прежними упущениями ради завершения «Властелина Колец». Рукопись была отправлена в сентябре 1958 года, но из-за забастовки печатников потерялась, и корректура пришла только в начале июня, когда он был занят составлением «Сильмариллиона» и уже отвлёкся от среднеанглийского труда. Теперь он вынужден работать по десять часов в день, разбирая запутанные гранки и примечания, а также писать предисловие. Вдобавок его ждёт работа над «Сэром Гавейном». Пока он не отошлёт хотя бы корректуру текста, он не сможет заняться ничем другим.

224 Из письма к Кристоферу Толкину 12 сентября 1960

В письме сыну Кристоферу от 12 сентября 1960 года Толкин делится впечатлением о новой книге К. С. Льюиса «Изучение слов». Он разочарован: его подробный анализ семантики и истории формы *BHŪ, с отдельной ссылкой на φύσις, почти не использован — остались лишь первые девять строк, да и те с льюисовской вставкой про «бороды и огурцы». Остальное Льюис отверг, заявив, что нет никаких свидетельств. Толкин называет стиль Льюиса тяжеловесной глупостью, но признаёт, что тот остаётся классическим оксфордским доном в обращении со словами. Лучшей он считает последнюю главу, а особенно мудрым — замечание на последней странице о том, что разумнее придержать язык, когда хочется написать разгромную рецензию. Поэтому Толкин решает промолчать.

225 Из письма к Рейнеру Анвину 10 декабря 1960

В письме от 10 декабря 1960 года Толкин отвечает Рейнеру Анвину на известие о предложении издательства «Паффин-букс» выпустить «Хоббита» в мягкой обложке. Он благодарит за советы решение Анвина, поскольку шансы на прибыль и убыток кажутся ему равными. Однако, учитывая своё нынешнее материальное положение, он не может полностью игнорировать даже небольшие доходы, хотя разделяет нежелание Анвина удешевлять книгу. Толкин склоняется к тому, чтобы оставить «Хоббита» как есть, если только не будет очевидной выгоды, поскольку книга и так хорошо продаётся. В конце он иронично замечает, что не любит ни тупиков, ни пингвинов — символы издательств, — и сравнивает их с птицами, поедающими чужие яйца, советуя оставить им лишь брошенные гнёзда. Таким образом, он выражает скептическое отношение к мягкой обложке, но оставляет окончательное решение за Анвином.

226 Из письма к профессору Л. У. Форстеру 31 декабря 1960

В письме профессору Л. У. Форстеру автор рассказывает о происхождении «Властелина Колец». Он отмечает, что произведение началось как самостоятельное около 1937 года и дошло до трактира в Бри, прежде чем началась Вторая мировая война. По его мнению, ни Первая, ни Вторая мировая война, ни даже атомная бомба не повлияли на сюжет и его развитие. Однако они сказались на описаниях пейзажей: Мёртвые болота и подступы к Мораннону частично навеяны Северной Францией после битвы на Сомме. Но ещё больше эти места обязаны Уильяму Моррису и его образам гуннов и римлян, как в «Доме сынов Волка» или «Корнях горы». Таким образом, автор подчёркивает литературные и личные впечатления, а не военные события, как источник вдохновения для ландшафтов.

227 Из письма к миссис Е. К. Оссен-Дрейвер 5 января 1961

В письме автор объясняет происхождение названия Нуменор: это его собственная выдумка, составленная из корней, означающих «запад» и «земля», то есть «Западная земля». Легенды о Нуменоре во «Властелине Колец» служат лишь фоном, хотя были написаны раньше; это его переработка легенды об Атлантиде, основанная на личном интересе к сказаниям о народах, приносящих культуру с моря. Он также рассказывает о давней дружбе с К. С. Льюисом, чья поддержка помогла ему завершить роман, и отмечает, что «Нуминор» у Льюиса — производное от услышанного на слух Нуменора.

Далее автор сообщает, что сейчас готовит к публикации мифологию Первой и Второй эпох, написанную давно, но ранее считавшуюся непригодной для издания; лишь успех «Властелина Колец» создал спрос. Он опасается, что в «Сильмариллионе» нет хоббитов и мало забавного, а больше горя и бедствий, и что критики, упрекавшие его за счастливые концы, всё равно останутся недовольны, даже если заметят книгу.

228 Из письма в «Аллен энд Анвин» 24 января 1961

В письме издателям Толкин отвечает на запрос шведского издательства «Гебеш» о том, стоит ли включать приложения в перевод «Властелина Колец». Он объясняет, что приложения важны для создания ощущения исторической реальности и способствуют росту числа покупателей, хотя и признаёт проблему цены. Затем он переходит к переводам: приводит пример грубой ошибки шведского переводчика Ольмаркса, который превратил «кожаные подошвы» хоббитов в «перьевые» и приписал им шерсть вместо ступней. Толкин также возмущён биографической справкой, составленной Ольмарксом на основе ненадёжных источников, где тот приписывает ему нелюбовь к Лидскому университету. Он просит разрешения впредь просматривать подобные тексты или предлагает самому написать краткую автобиографию, чтобы избежать искажений.

229 Из письма в «Аллен энд Анвин» 23 февраля 1961

В письме издателям Толкин жалуется на предисловие Оке Ольмаркса к шведскому переводу «Властелина Колец», прилагая его экземпляр и свой перевод. Он возмущён самонадеянностью и фактическими ошибками автора. Толкин опровергает утверждения о своей нелюбви к Лидсу, о том, что рассказывал сказки внукам, и о походах в Уэльс. Он указывает на неверное написание имени Беорхтнота и на то, что Ольмаркс не знаком с его поэмой. Толкин решительно отвергает параллели между кольцом и «Кольцом Нибелунгов», а также аллегорическое прочтение Саурона как Сталина, подчёркивая, что замысел возник до революции. Он иронизирует над претензиями Ольмаркса на глубокое знание и заявляет, что тот не имеет права вносить свои домыслы в книгу. В конце Толкин недоумевает, почему он становится объектом вымысла ещё при жизни.

230 Из письма к Роне Вир 8 июня 1961

В письме от 8 июня 1961 года Толкин отвечает на вопросы читательницы о «Властелине Колец». Он поясняет, что похвальба Арагорна относится к его родословной по отцовской линии, и рассуждает о нуменорском знании наследственности: несмотря на смешанные браки, отдельные свойства могли проявляться в чистом виде, как долголетие Арагорна. Также он объясняет, что Гэндальф имел в виду Денетора как почти чистокровного нуменорца в худо сохранившемся роду наместников.

Далее Толкин разбирает слова Древоборода: тот использует древние эльфийские элементы, например «laure» (золотой свет), «ndor» (земля), «lin» (музыкальный звук), и переводит фразу как описание долины с поющими деревьями. Он также расшифровывает приветствие «Маэ гованнен» и обращение к Келеборну и Галадриэли. В конце он объясняет, что хвалебная песнь в третьем томе — не песня, а набор фраз на синдарине и языке Высоких эльфов, и даёт их точные переводы, включая прославление Фродо и Сэма как хранителей Кольца.

231 Из письма к Джейн Нив 4 октября 1961

В письме от 4 октября 1961 года Толкин отвечает своей девяностолетней тёте Джейн Нив, которая предложила ему издать небольшую книгу о Томе Бомбадиле. Он называет её замысел замечательным, хотя признаёт, что не собирается сочинять о персонаже ничего нового. Однако, по его мнению, из первоначального стихотворения, напечатанного в «Оксфорд мэгэзин» задолго до «Властелина Колец», вышла бы прелестная книжица, особенно если бы каждый стих проиллюстрировала Полин Бэйнс. Толкин добавляет, что если тётя не видела исходного варианта «Тома Бомбадила», он постарается отыскать его и снять для неё копию. Таким образом, он поддерживает идею, но ограничивается переизданием уже существующего текста, а не новым сочинением.

232 Из письма к Джойс Ривз 4 ноября 1961

Автор письма к Джойс Ривз хвалит здравомыслящих незамужних тётушек и вспоминает собственную тётю — одну из первых женщин с учёной степенью по естественным наукам, которой сейчас девяносто лет. Он рассказывает, как много лет назад вместе с ней и небольшим отрядом, похожим на компанию из «Хоббита», исходил пешком Швейцарию. У ледника Алеч они едва не погибли: под солнцем подтаял снег, и огромный камень пронёсся между ним и следующим путником. Другой случай — «громовая битва», когда они сбились с пути и заночевали в хлеву, — тоже описан в «Хоббите». В конце автор извиняется за болтливость и шутливо сравнивает себя с немецким профессором, который на любой анекдот отвечал: «Да, есть такая шутка».

233 Из письма к Рейнеру Анвину 15 ноября 1961

В письме к Рейнеру Анвину от 15 ноября 1961 года Толкин сообщает, что издательство «Аллен энд Анвин» согласилось на его предложение составить небольшой сборник стихов под названием «Приключения Тома Бомбадила». Он провёл поиски и снял копии со всех стихотворений, которые можно было бы опубликовать впервые или представить заново в слегка отредактированном виде. Однако урожай оказывается скудным, поскольку с Томом Бомбадилом сочетается мало что. Помимо самого стихотворения о Томе, экземпляр которого уже есть у издателя, он высылает «Приключение» и «Жителя Луны», которые можно поставить вместе. Остальные стихи вызывают у него сомнения: он не уверен, представляют ли они ценность сами по себе или в комплекте. Но если Анвин сочтёт, что какие-то из них подойдут для книги и смогут привлечь Полин Бэйнс как иллюстратора, Толкин будет рад.

234 К Джейн Нив

В письме тёте Джейн Нив Толкин благодарит её за возврат стихотворений, которые он переработал для будущей книги, хотя и сомневается в их публикации. Он подробно излагает свои взгляды на детскую литературу: его не интересует «ребёнок» как абстракция, и он не намерен подстраиваться под юных читателей. По его мнению, ограничение словаря ради детей лишь вредит одарённым, а красивые слова, вроде «argent» или «plenilune», должны восприниматься сначала как звук, а не как замена привычным понятиям. Он резко критикует «Гамельнского крысолова» Браунинга, считая его вульгарным, и вспоминает, что сам в детстве невзлюбил Андерсена, хотя внешне казался довольным. В конце он признаётся, что пишет так, как умеет, и удивляется, если его тексты нравятся кому-то, независимо от возраста.

235 Из письма к миссис Полин Гаш (Полин Бэйнс) 6 декабря 1961

В письме к Полин Бэйнс, иллюстратору «Фермера Джайлса из Хэма», Толкин обсуждает её согласие проиллюстрировать «Приключения Тома Бомбадила». Он поясняет, что стихотворения, за исключением «Колокола моря», которое он считает слабым и не хочет включать в книгу, задуманы как серия ярких и чётких картинок, пусть фантастических или абсурдных, но не туманно-мечтательных. Он хвалит её способность создавать образы с оттенком фэнтези, остающиеся при этом конкретными и зримыми. Толкин соглашается с её общими замечаниями об иллюстрациях, ссылаясь на своё эссе о волшебных сказках, но отмечает, что для таких лёгких стихов нужны именно украшения. Он удивлён, что ей особенно понравился «Клад», стихотворение, написанное в подражание древнеанглийскому стиху и вдохновлённое строкой из «Беовульфа». Признавая, что стихи не образуют единства, так как создавались в разное время, он выражает надежду, что ей удастся избежать крайностей слащавости и манерности, и просит её попробовать.

236 К Рейнеру Анвину

В письме от 30 декабря 1961 года Толкин обращается к Рейнеру Анвину с жалобой на издание «Хоббита» в «Паффин-букс». Он возмущён тем, что издательство без разрешения исправило его намеренно использованные формы «dwarves» и «elvish» на стандартные «dwarfs» и «elfish», что искажает его замысел. Толкин перечисляет замеченные опечатки и ошибки в тексте, отмечая, что некоторые из них остались неисправленными. Он также упоминает суровую зиму, свои планы на день рождения и благодарит за присланный журнал. В постскриптуме он рассуждает о древнеанглийских и германских источниках об эльфах и гномах, отмечая, что его собственные образы не имеют прямых аналогов в исторических преданиях.

237 Из письма к Рейнеру Анвину 12 апреля 1962

В письме к Рейнеру Анвину автор рассказывает о работе над сборником стихотворений, которым он посвящает всё свободное время, несмотря на постоянные помехи. Он признаётся, что утратил уверенность в своих силах и способность объективно оценивать написанное, и надеется, что Полин Бэйнс вдохновится этими текстами, хотя сам не понимает, почему ей это должно удаться. Стихи кажутся ему разнородными и плохо сочетающимися; единственная возможная связующая нить — вымысел, будто все они происходят из Шира времён «Властелина Колец». Он упоминает новое стихотворение о Томе Бомбадиле, которое должно лучше вписать этого персонажа в мир книги, и отмечает, что в нём есть отсылки к древнескандинавским преданиям и средневековому тексту. Автор также рассматривает возможность небольшого введения, но вместо него предлагает шуточное предисловие от лица вымышленного редактора, которое объяснит происхождение и датировку стихов, хотя и будет чистой выдумкой. В конце он выражает надежду, что результаты его усилий не разочаруют адресата.

238 Из письма к Джейн Нив 18 июля 1962

In a letter to his aunt, Tolkien responds to her offer to return a cheque he had sent her, suggesting the money be used for a wheelchair for his wife Edith. He insists she cash it and spend it on herself, explaining that he is now financially secure and no longer worries about poverty. He describes the improved health of both himself and Edith, noting her arthritis and weight gain, their recent train trip to Bournemouth, and the loss of their long-serving housekeeper. He also updates her on his literary work: a book of poems with illustrations by Pauline Baynes is progressing, and he is preparing translations of "Sir Gawain" and "Pearl," discussing the technical challenges of the latter's intricate metre and structure. He encloses a sample of his translation and original verses.

239 Из письма в «Аллеи энд Анвин» 20 июля 1962

Толкин в письме издательству «Аллен энд Анвин» от 20 июля 1962 года обсуждает испанский перевод «Хоббита». Он возражает против использования слова «gnomos» для гномов, если оно же встречается на странице 63 в связи с эльфами. Автор поясняет, что некогдал слово «Gnomes» для Высоких эльфов Запада (нолдор), выводя его из греческого «gnome» — мысль, мудрость, но отказался от этого варианта из-за неизбежных ассоциаций с гномами Парацельса. Если переводчик применяет «gnomos» для гномов, возникает досадная путаница. Толкин советует на странице 63 написать «древние мечи Высоких эльфов Запада», а на странице 173 опустить упоминание «или номы». Он отмечает, что в «Хоббите» слово «Gnomes» встречается только в этих двух местах.

240 К миссис Полин Гаш (Полин Бэйнс)

В письме Толкин отвечает художнице Полин Гаш, которая заметила расхождение в описании пера на шляпе Тома Бомбадила. Он объясняет, что в процессе адаптации стихотворения к миру «Властелина Колец» перо менялось: изначально павлинье, затем в поэме стало лебединым, а в самом романе — синим, что связано с эпизодом, где Том получает си перо от зимородка. Толкин уточняет, что павлины исключены, и просит ориентироваться на гранки, а не на черновики. Он также делится занятными фактами: зимородок не имеет алого хохолка, а его название означает не «король-рыболов», а «королевский рыболов», что связывает птицу с лебедем и темой истинного короля. В конце он признаётся, что педантичные детали — его личное развлечение, и с нетерпением ждёт интерпретаций художницы.

241 Из письма к Джейн Нив 8–9 сентября 1962

В письме тёте Джейн Нив Толкин делится мыслями о своей лекции «Английский и валлийский», признавая, что она не научна, а содержит лишь автобиографические вставки и размышления о красоте языка. Он поясняет валлийское слово «caws bobi» и рассказывает о почтальонах, упоминая анекдот про сэра Джона Морриса Джоунза, который сравнил эрудицию почтальона с французским учёным Лотом. Толкин также касается валлийского характера и учёных склок.

Затем он переходит к повести «Лист работы Ниггля», которую посылает тёте. Он объясняет, что это не аллегория, а миф, и рассказывает о реальных прототипах: о тополе, который соседка хотела срубить, и о своём внутреннем «Дереве» — работе над «Властелином Колец». Он вспоминает, как писал книгу в трудные годы, и отмечает, что биографические детали не определяют ценность произведения.

242 Из письма к сэру Стэнли Анвину 28 ноября 1962

В письме от 28 ноября 1962 года автор сообщает о выходе сборника «Приключения Тома Бомбадила» 22 ноября. Он упоминает, что видел только две рецензии на книгу — в «Т. литт. саппл.» и «Лиснере», — и признаётся, что приятно удивлён: ожидал более снобистских и снисходительных отзывов. Оба рецензента, по его словам, сначала упорно не желали развеселиться, но в итоге не смогли сохранить викторианскую строгость, что его порадовало.

Автор также размышляет о двойном стандарте в восприятии: если «профессор» демонстрирует знание приёмов своей профессии, это называют «розыгрышем», тогда как писатель, знакомый с юриспруденцией, заслуживает похвалы за достоверность. Это недоумение остаётся неразрешённым.

243 К Майклу Толкину 19 декабря, 1962

В письме к сыну Майклу Толкин поздравляет его с Рождеством и прилагает небольшой подарок. Он рассказывает о неожиданном коммерческом успехе своих стихов: книга, обозначенная как «Т.Б.», разошлась тиражом в восемь тысяч экземпляров ещё до публикации, что принесло аванс и позволило поправить финансовое положение. Толкин упоминает, что очень устал от преподавательской работы и трудов над изданием «Ancrene Wisse», которое вышло на этой неделе, но вряд ли заинтересует сына из-за архаичного среднеанглийского языка. Он обещает прислать переводы «Сэра Гавейна» и «Перла», когда они появятся. Также он сообщает, что к его семидесятилетию подготовлен юбилейный сборник статей с одой Одена, о котором он узнал лишь недавно. В конце письма он желает сыну покоя и отдыха, надеясь, что вся семья соберётся вместе на праздник.

244 Из черновика к читателю «Властелина Колец»

Толкин в этом черновом отрывке отвечает на критику в адрес образов Фарамира и Эовин. Он поясняет, что Эовин вполне могла одновременно испытывать уважение и восхищение к Арагорну, а затем полюбить Фарамира, поскольку её чувства к королю не были глубокой страстью. Фарамир же, по словам автора, был человеком скромным, справедливым и сострадательным, привыкшим уступать отцу, но способным командовать. Толкин также подчёркивает, что титул князя Итилиэна — это не пустая должность, а важная военная и административная роль в восстановленном Гондоре. Наконец, он защищает стремительное развитие любви между Фарамиром и Эовин, объясняя, что в условиях войны и близости смерти чувства могут созревать быстро, и что их отношения соответствуют более благородной, древней культуре, а не куртуазным условностям.

245 К Роне Бир

В письме от 25 июня 1963 года Дж. Р. Р. Толкин отвечает мисс Бир на два вопроса. Он объясняет, что руны «кирта» из «Властелина Колец» были изобретены специально для этой истории и не связаны с англосаксонским руническим алфавитом; сходство начертаний неизбежно, поскольку такие знаки создавались для вырезания на дереве. Далее Толкин рассуждает о судьбе эльфов: они живут очень долго, но не бессмертны в полном смысле, устают и меняются. По их преданиям, после смерти они остаются в мире до его конца, но не знают, это значит. Эльфы считают смерть освобождением и завидуют людям, которым она дана, тогда как люди завидуют их долголетию. В конце письма автор извиняется за неразборчивый почерк, так как из-за временной травмы правой руки учится писать левой.

246 Из письма к миссис Эйлин Элгар (черновики) Сентябрь 1963

В письме Толкин отвечает на замечание читательницы о том, что Фродо не сумел добровольно уничтожить Кольцо. Он объясняет, что это не нравственный провал, а следствие логики повествования и исчерпанных сил героя: Фродо сделал всё возможное, и его неудача была исправлена благодаря милосердию. Автор описывает последующее чувство вины Фродо, его постепенное угасание и отплытие на Запад, устроенное Арвен и Гандальфом, а также роль Бильбо в этом плане. Далее Толкин анализирует характер Сэма, его самоуверенность и неспособность понять отношения Фродо и Голлума, что привело к трагедии у логова Шелоб. Он рассматривает альтернативный сценарий, где Голлум мог бы искупить себя и добровольно броситься в бездну, и обсуждает, что случилось бы, если бы Фродо воспользовался Кольцом: он был бы побеждён Сауроном. В конце автор размышляет, что Гандальф, став Владыкой Кольца, оказался бы хуже Саурона.

247 К полковнику Уорскетту

В письме полковнику Уорскетту Толкин благодарит его за тёплые слова и объясняет, почему не может сразу выпустить новый том о Средиземье: он занят профессиональной работой, в частности переводом «Сэра Гавейна», но надеется вернуться к древним легендам. Он размышляет, что очарование «Властелина Колец» во многом держится на намёках на более обширную историю, и опасается, что прямое её изложение разрушит эту магию. Древние сказания мрачны, в них нет хоббитов, а Гэндальф почти не появляется. Толкин упоминает вырезанные материалы, например о путешествиях Гэндальфа, и переходит к энтам: их не было в ранних версиях, но теперь их нужно включить. Он рассказывает о возможной битве, где энты помогли Берену против гномов, и извиняется за длинное письмо и ревматизм. В приписке карандашом содержится предположение о происхождении энтов: возможно, их создала Йаванна по просьбе Эру.

248 К сэру Стэнли Анвину

В письме от 3 октября 1963 года Толкин обращается к сэру Стэнли Анвину, отправляя тексты для готовящегося издания в мягкой обложке: лекцию «О волшебных сказках» и повесть «Лист работы Ниггля». Он просит адресата взглянуть на них до передачи дальше и особенно интересуется мнением о вступительной заметке. Толкин предлагает дать сборнику общее название «Дерево и лист», которое, по его мысли, перекликается с фрагментом эссе и ключевым выражением «одевать листвой». Он извиняется за задержку, объясняя её проблемами со здоровьем: только в конце августа он избавился от болей в плече и правой руке, из-за которых не мог писать и чувствовал себя беспомощным. Письмо завершается пожеланиями и подписью.

249 Из письма к Майклу Джорджу Толкину 16 октября 1963

В письме внуку Майклу из отеля в Борнмуте Толкин рассказывает о трёх утомительных событиях, случившихся с понедельника. Сначала он навестил свою почитательницу, которая оказалась соседкой по отелю, но совершенно глухой, хотя очень умной и начитанной женщиной, родственницей композитора Элгара. Общение через блокнот было изнурительным. Затем во время ланча он спас пожилую гостью, подавившуюся рыбьей костью, и отвёз её к врачу Вечером ему пришлось развлекать ещё одну глухую престарелую даму — дочь сэра Джеймса Мюррея, создателя Оксфордского словаря, которая много лет изучала заговор Гаури. Толкин признаётся, что плохо знает шотландскую историю и с трудом разбирается в этих событиях. В конце он извиняется за почерк, объясняя, что пишет без нормального стола и шариковой ручкой.

250 К Майклу Толкину 1 ноября 1963

В письме от 1 ноября 1963 года Джон Р. Р. Толкин отвечает своему сыну Майклу, благодаря за длинное послание и сочувствуя его подавленности. Он вспоминает собственный опыт в Оксфорде в 1935 году, разочарование в академической среде и цинизм коллег, но приходит к выводу, что преданность науке и вере неизбежно сопряжена с несовершенством человеческих институтов. Толкин рассуждает о природе веры как постоянного волевого акта, советует сыну чаще причащаться, даже в неблагоприятных условиях, и защищает католическую церковь, подчёркивая важность Евхаристии. Он сожалеет о собственных упущениях в религиозном воспитании детей, но выражает надежду на Божью милость. В конце письма он делится новостями о здоровье, интересуется успехами внука в изучении англосаксонского и сетует на налоги, лишающие его возможности щедро одарить семью.

251 К Присцилле Толкин

В письме, написанном через четыре дня после смерти К. С. Льюиса, Толкин обращается к своей дочери Присцилле. Он благодарит её за письмо и делится своим горем: сравнивает себя со старым деревом, у которого подрубили корни, и сожалеет, что в последние годы они с Льюисом отдалились, хотя хранят память о прежней близости. Толкин рассказывает, что утром заказал и отслужил мессу, а затем описывает скромную заупокойную службу в церкви Святой Троицы, где Льюиса похоронили под лиственницей. Среди присутствующих он упоминает Хаварда, Дандаса Гранта, Остина Фаррера, Оуэна Барфилда, Джорджа Сэйера и Джона Лолора, а также пасынка Льюиса Дугласа Грешема. Он отмечает, что брат Льюиса Уорни не пришёл, и сообщает о предстоящей официальной поминальной службе в Модлине. В конце он снова благодарит дочь и благословляет её.

252 Из письма к Майклу Толкину (черновик)

В письме, датированном ноябрём или декабрём 1963 года, Толкин извиняется перед Майклом за задержку ответа, объясняя её смертью Джека Льюиса. Он пишет, что многие считают его близким другом Льюиса, но на деле они отдалились лет десять назад — сначала из-за Чарльза Уильямса, затем из-за брака Льюиса, о котором Толкин узнал много позже. Тем не менее он признаёт глубокую связь между ними и называет Льюиса великим человеком, отмечая, что официальные некрологи поверхностны и местами лживы.

Толкин уточняет обстоятельства знакомства Льюиса с Уильямсом и опровергает влияние Уильямса на «Космическую» трилогию, замысел которой возник раньше. Он поясняет, что они с Льюисом планировали各自 написать о путешествиях в пространстве и времени; его собственная книга осталась незавершённой, но её темы вошли в его трилогию. Также он критикует даты публикаций и замечает, что влияние Уильямса проявилось лишь после его смерти, испортив последнюю часть трилогии. Наконец, он иронизирует над утверждением, что Льюис не любил «Письма Баламута», ведь тот посвятил их Толкину.

253 Из письма к Рейнеру Анвину 23 декабря 1963

В письме издателю Рейнеру Анвину Толкин одобряет название «Дерево и лист» для нового издания в мягкой обложке. Он отвечает на предложение использовать рисунок дерева из средневекового манускрипта, замечая, что такие рукописи не сильны в изображении деревьев. Вместо этого он упоминает собственные цветные и детализированные наброски мифического древа, где листья и цветы символизируют стихотворения и легенды. Далее Толкин сообщает, что «Сильмариллион» снова разрастается в его мыслях, обретая листву и, надеется, цветы, но он ещё не закончил работу над «Гавейном». Год выдался тяжёлым: постоянные отвлечения, сильная усталость, и завершающий удар — смерть К. С. Льюиса.

254 К преп. Денису Тиндаллу

Толкин отвечает на открытку своего школьного товарища Дениса Тиндалла, вспоминая годы учёбы в бирмингемской школе короля Эдуарда. Он тепло отзывается о классном наставнике Дики, хотя и признаёт, что его уроки греческой и римской истории были скучными. Толкин рассказывает, как вместе с Кристофером Уайзменом проказничал, а позже поддерживал связь с Дики и другим учителем, Препом, до их смерти. Он упоминает, что был старше многих одноклассников и оставался в школе почти до двадцати лет. В октябре 1911 года именно Дики отвёз его на машине в Оксфорд, где Толкину впервые довелось увидеть плоскодонки. В конце письма он сообщает, что ему исполнилось 72 года, а его старший внук скоро достигнет совершеннолетия.

255 Из письма к миссис Эйлин Элгар 5 марта 1964

В письме миссис Эйлин Элгар автор разбирает происхождение стихотворения «Фаститокалон» из сборника «Приключения Тома Бомбадила». Он объясняет, что это не полностью егодумка, а переработка древнего бестиария, сокращённая и адаптированная в хоббитском духе. Имя, как отмечает автор, восходит к греческому названию морской черепахи, искажённому в англосаксонской традиции; буква «F» добавлена ради аллитерации. Сам образ коварного острова-чудовища заимствован с Востока, но в европейской традиции его смешали с китом, приписав соответствующие черты. В нравоучительных бестиариях это существо служит аллегорией дьявола, как позже у Мильтона.

256 Из письма к Колину Бейли 13 мая 1964

В письме от 13 мая 1964 года автор рассказывает о своём неоконченном произведении «Новая тень». Он начал повесть, действие которой происходит примерно через сто лет после падения Мордора, но отказался от неё из-за мрачности и тягостности замысла. По его мнению, люди быстро пресыщаются хорошим, поэтому в эпоху мира и процветания жители Гондора становятся недовольными и беспокойными, а королевская династия, потомки Арагона, вырождается до уровня обычных королей или управителей вроде Денетора. Уже в начале повествования возникают революционные заговоры вокруг тайного сатанинского культа, а гондорские мальчишки играют в орков и бесчинствуют. Автор признаёт, что мог бы написать триллер о раскрытии и подавлении заговора, но считает, что этим всё и ограничится, поэтому замысел не стоит воплощения.

257 К Кристоферу Бредертону 16 июля 1964

В письме от 16 июля 1964 года Толкин отвечает Кристоферу Бредертону на его вопросы. Он рассказывает о своей любви к печатным машинкам и о том, как сам перепечатывал свои книги. Жалуется на шум в Оксфорде: улица стала проезжей, рядом стадион, соседи с радио и мотоциклами, а в трёх домах репетирует группа подражателей «Битлз». Затем подробно описывает историю создания своих языков и легенд: раннее увлечение филологией, влияние финского эпоса «Калевала», написание «Падения Гондолина» и «Сказания о Лутиэн и Берене», работу над «Сильмариллионом». Объясняет, как «Хоббит» случайно попал в издательство и как кольцо связало его с мифей. Также упоминает происхождение фамилии Гэмджи, историю о мистере Шортхаусе и его книге «Джон Инглзант», а также о своей дружбе с К. С. Льюисом. В конце извиняется за многословие.

258 Из письма к Рейнеру Анвину 2 августа 1964

В письме от 1964 года автор сетует на то, что судно на подводных крыльях, совершившее пробное плавание от Кале до Дувра, было названо «Скадуфакс» — именем коня Гандальва из «Властелина Колец» — без его разрешения. Он выражает сожаление, что авторское право не распространяется на вымышленные имена, а только на текстовые выдержки. По его словам, придумывание имён — особая разновидность творчества, требующая не меньших усилий, чем стихосложение, и доставляющая ему удовольствие. Он признаётся, что уязвлён таким использованием его изобретения, о котором ему сообщили в письмах, иногда с негодованием. Автор также отмечает, что постепенно привыкает к тому, что названия вроде «Ривенделл» или «Лориэн» используются для домов, хотя такие случаи встречаются чаще, чем письма с просьбой о разрешении.

259 Из письма к Анне Барретт, издательство «Хоутон-Мифлин» 7 августа 1964

В письме издателю Толкин признаётся, что его литературные пристрастия крайне узки и не распространяются на творчество Чарльза Уильямса, хотя он близко знал его с конца 1939 года до самой смерти и даже помогал при рождении романа «Канун дня Всех Святых». Общество Уильямса доставляло ему удовольствие, но их образ мыслей был диаметрально противоположен. Толкину активно не нравилась артуровско-византийская мифология Уильямса, и он считает, что она испортила последнюю часть трилогии К. С. Льюиса, который был слишком впечатлителен.

Далее он обсуждает предложенную рекламку для «Дерева и листа»: по его мнению, в ней соединили две вещи, которые едва соприкасаются. Он предлагает переиздать три своих работы, которые действительно хорошо сочетаются: «Беовульф: чудовища и критики», эссе «О волшебных сказках» и «Возвращение Беорхтнота». Первая касается связи героического с волшебной сказкой, вторая — самой сказки, а третья — героизма и рыцарства.

260 Из письма к Кэри Блайтону 16 августа 1964

Толкин отвечает Кэри Блайтону, который просил разрешения сочинить увертюру по мотивам «Хоббита». Писатель безоговорочно даёт согласие на любую музыкальную работу, основанную на его книге, и признаётся, что ему лестно вдохновлять композитора. Он надеялся, что сможет оценить результат или хотя бы почувствовать его близость собственному замыслу, подобно тому как это происходит с некоторыми иллюстрациями Полин Бэйнс.

Далее Толкин объясняет, что разбирается в музыке слабо, хотя происходит из музыкальной семьи. Из-за недостатка образования и сиротского детства его врождённая музыкальность осталась неразвитой, пока он не женился на пианистке, либо нашла выход в языке. Он сравнивает себя с человеком, который любит стихи, но почти ничего не знает о стихосложении и структуре языка, — так и он получает удовольствие от музыки, но остаётся профаном в её технических аспектах.

261 Из письма к Анне Барретт, издательство «Хоутон-Мифлин» 30 августа 1964

Автор письма, комментируя статью Джорджа Бейли о К. С. Льюисе, возражает против ряда её утверждений. Он признаёт, что Льюис имел странности и мог раздражать, но подчёркивает, что тот не стремился к внешним эффектам и был шутом от природы, а не профессиональным Льюис отличался великодушием и благородством, хотя некоторые предубеждения, укоренённые в его родной почве, он сам не замечал. Обвинение в зависти к Т. С. Элиоту автор называет абсурдной клеветой.

Далее автор опровергает два конкретных утверждения Бейли. Льюис не был «уязвлён до глубины души» поражением на выборал друзей не хмуриться, говоря, что единственная печаль — их расстройство. Льюис также не «с готовностью принял» должность в Кембридже: он не выставлял кандидатуру, и университету пришлось применить всю дипломатию. Друзья считали этот шаг благом — Льюис смертельно устал за тридцать лет общения с разными «Бейли», и должность действительно приносила ему радость, пока здоровье не стало сдавать.

262 К Майклу ди Капуа, издательство «Пантеон-букс»

В этом фрагменте приводится письмо Дж. Р. Р. Толкина Майклу ди Капуа из издательства «Пантеон-букс». Из вводной заметки становится известно, что издательство просило Толкина написать предисловие к новому изданию сказки Джорджа Макдональда «Золотой ключ». Хотя в итоге предисловие так и не появляется, работа над ним перерастает в создание «Кузнеца из Большого Вуттона».

В самом письме Толкин отвечает согласием написать небольшое предисловие к отдельному изданию. Он отмечает, что не является таким восторженным поклонником Макдональда, как К. С. Льюис, но высоко ценит именно эту сказку и уже упоминал её в своём эссе «О волшебных сказках». Писатель сомневается, что сможет оправдать предложенный гонорар, признаётся в нелюбви к аллегориям — мистическим или моральным, — но обещает сделать всё возможное, если позволит время, и благодарит за обращение.

263 Из письма в издательство «Хоутон-Мифлин» 10 сентября 1964

В письме издательству «Хоутон-Мифлин» автор выражает недовольство клише, помещённым на титульной странице «Дерева и листа». Он называет изображение отталкивающим и плохо исполненным: толстый обрубленный ствол без корней и хилые ветки, по его мнению, совершенно не подходят как символ Сказительства или как иллюстрация к тому, что мог бы нарисовать Ниггль. Автор признаёт, что его вкус может быть небезупречен, но, поскольку текст сочли достойным публикации, он хотел бы, чтобы и рисунок был более созвучен содержанию. Он предлагает переработать клише или вовсе убрать его, выражая благодарность за воспроизведение текста, но сожалея о неудачном оформлении.

264 Из письма в издательство «Аллен энд Анвин» 11 сентября 1964

В письме от 11 сентября 1964 года, адресованном издательству «Аллен энд Анвин», автор сообщает о получении от «Хоутон-Мифлин» объёмной корректуры для повторного издания «Дерева и листа». Он отмечает, что вынужден оплатить возврат пакета в установленный срок, и из-за этого его замечания о клише, подготовленном для страницы iii, звучат резко. Автор описывает это изображение как крайне безобразное, сравнивая его с помесью жирной актинии и обкорнанного испанского каштана, поверх которого размещена отталкивающая надпись. Письмо передаёт раздражение автора по поводу неудачного оформления и связанных с ним расходов.

265 Из письма к Дэвиду Колбу, ОИ

Автор письма сожалеет о том, что его литературные пристрастия не совпадают с наследием К. С. Льюиса, в частности с «Нарнией», точно так же, как многие его собственные произведения остаются чужды Льюису. Он также признаётся, что «Письма к Малькольму» вызвали у него тягостное и отчасти шокирующее впечатление. Он начал писать рецензию на эту книгу, но, даже если доведёт её до конца, она не подойдёт для публикации. Таким образом, письмо фиксирует расхождение во вкусах между двумя авторами и неудовлетворённость автора собственным критическим откликом.

266 Из письма к Майклу Джорджу Толкину 6 января 1965

В письме к внуку Майклу изучающему английскую литературу в Сент-Эндрюсе, Толкин сожалеет, что его переводы «Гавейна» и «Перл» не выйдут вовремя, чтобы помочь ему в учёбе. Причина задержки — он отвлекается на множество мелких подробностей в словах, а также сама сложность перевода стихов стихами. Особенно трудной задачей он считает «Перл»: невозможно передать поэму тем же размером и при этом достаточно близко к тексту, чтобы перевод служил шпаргалкой. Тем не менее, он полагает, что его вариант, даже для высокоучёного специалиста по среднеанглийскому, даст более непосредственное впечатление о том, как поэма воспринималась носителем языка. Впрочем, он признаёт, что это всего лишь личное развлечение.

267 Из письма к Майклу Толкину 9—10 января 1965

В письме сыну Майклу Толкин сообщает о смерти своего старого друга и покровителя, доктора Ч. Т. Онайонза, и вспоминает о кончине Т. С. Элиота, попутно высмеивая неуклюжие стихи Джона Мейсфилда, посвящённые поэту. Затем он рассказывает о забавном случае: на лекции Роберта Грейвза его представили незнакомой даме, которая оказалась кинозвездой Авой Гарднер, — оба не знали друг о друге. Толкин также упоминает, что получил признание от Берка Тренда и письмо от Айрис Мердок, что его удивляет. В конце он размышляет о смерти матери, умершей в нищете и одиночестве, и о своей вере, противопоставляя её слабостям духовенства. Он вспоминает отца Френсиса, который научил его милосердию и прощению, и считает его пример важнее всех недостатков церкви.

268 Из письма к мисс А. П. Норди 19 января 1965

В письме к мисс А. П. Норди Толкин рассуждает о судьбе коня Скадуфакса после отплытия Гэндальфа за Море. Он считает, что Скадуфакс, вероятно, отправился вместе с магом, хотя в тексте «Властелина Колец» это прямо не сказано. Толкин объясняет, что хронист мог опустить эту деталь, сосредоточившись на горе остающихся, но по логике вещей конь, принадлежащий к особой эльфийской породе, пришедшей с Запада, вполне мог последовать за своим хозяином. Гэндальф, как бессмертный ангельский посланник, возвращался домой и, естественно, взял бы с собой то, что любил. Толкин отмечает, что в последний раз Гэндальфа видели верхом на Скадуфаксе, и трудно представить, чтобы он прибыл в Гавани на другом коне. Поэтому он заключает, что Скадуфакс наверняка был там, хотя летописец и не упомянул его в момент расставания.

269 Из письма к У. X. Одену 12 мая 1965

В письме Толкин отвечает на вопрос Одена о том, не является ли ересью изображение орков как целого народа, воплощающего зло без надежды на искупление. Писатель признаёт, что не считает себя теологом и не обязан подгонять свою историю под формализованную христианскую доктрину, хотя стремился сделать её созвучной христианской мысли. Он ссылается на слова Фродо в пятой книге, подтверждающие, что орки изначально не были злыми, и замечает, что, по его убеждению, это относится ко всем разновидностям и племенам людей, хотя некоторых — как отдельных личностей, так и группы — вернуть на путь истинный, возможно, не под силу.

Далее Толкин жалуется на неприятности с авторскими правами в США, возникшие как раз при отправке в печать его перевода «Гавейна» и «Перла». Из-за этого ему приходится посвящать всё время переработке «Властелина Колец» и «Хоббита», чтобы обеспечить права и одержать победу над пиратами.

270 К Рейнеру Анвину

Толкин отправляет Рейнеру Анвину машинопись «Кузнеца из Большого Вуттона». Анвин считает, что для полноценной книги рассказ нужно дополнить другими историями. В это же время Толкин вынужден перерабатывать «Властелина Колец» для нового издания, защищённого авторскими правами в США, поскольку издательство «Эйс-букс» выпустило пиратскую версию в мягкой обложке без разрешения и гонораров.

В письме от 20 мая 1965 года Толкин благодарит Анвина за возврат рукописи и радуется его одобрению, но признаёт, что не имеет других подходящих по объёму текстов: все неопубликованные материалы относятся к миру «Сильмариллиона». Он обещает вскоре отправить оставшийся текст «Гавейна» и замечания, однако введение и комментарии придётся отложить до завершения переработки «Властелина Колец», которую нужно отослать в Бостон к первому июля. В приписке он сообщает, что теперь в каждом благодарственном письме американским читателям упоминает о пиратстве «Эйс-букс» и просит распространять эту информацию.

271 Из письма к Рейнеру Анвину 25 мая 1965

В письме Рейнеру Анвину автор сообщает, что работа над пересмотром «Властелина Колец» не доставляет ему удовольствия. Он считает, что внести существенные изменения в сам текст крайне трудно, почти невозможно. Просмотрев первый том, он обнаружил лишь небольшое число необходимых поправок и при этом ещё больше восхитился компактностью конструкции, созданной автором, который теперь кажется ему далёким другом. Он надеется, что для цели будет достаточно изменений предисловий, серьёзной переработки приложений и включения указателя. Кроме того, он сообщает, что взял за правило добавлять в письма американским поклонникам приписку о том, что издание «Эйс-букс» в мягкой обложке является пиратским, выпущено без его согласия и без согласия издателей, и они не получают компенсации. Он спрашивает, будет ли польза от подобных действий в большом масштабе.

272 Из письма к Зилле Шерринг 20 июля 1965

Зилла Шерринг находит в букинистическом магазине экземпляр «Пятой книги Фукидида» с надписями на полях и, заметив имя Толкина на форзаце, обращается к нему с вопросом. Толкин подтверждает, что книга принадлежала ему, и объясняет, что надпись на последней странице сделана им на готском языке, которым он увлёкся в юности, изучив его по учебнику Джозефа Райта. Он признаёт ошибки в надписи, расшифровывает её смысл: это запись о том, что он прочитал книгу по греческой истории в 1910 году, готовясь к соревнованию по Фукидиду. Толкин также рассуждает о готском слове для чтения, отмечая, что древние читали вслух, и упоминает, что до сих пор делает пометки в своих книгах, хотя теперь они более практичные.

273 Из письма к Нэп С. Скотт 21 июля 1965

В письме, датированном 21 июля 1965 года, Толкин обращается к миссис Скотт с благодарностью. Он отмечает её активное участие в кампании по удалению пиратского издания «Властелина Колец» из американских магазинов. Автор признаёт, что присланная ею информация и её доброта и энергия в борьбе с пиратами от его имени бесценны для него. Из-за сложившейся ситуации Толкин вынужден забросить все остальные дела и, по его словам, сходит с ума, пытаясь ускорить выход официального издания в мягкой обложке от «Баллантайн-букс». Письмо оставляет его в состоянии крайней занятости и напряжения, сосредоточенным на скорейшем решении проблемы с легальной публикацией.

274 Из письма в издательство «Хоутон-Мифлин» 28 июля 1965

В письме издательству автор обсуждает недостатки карты Шира в «Властелине Колец». Он указывает, что на малой карте Баклбери, Бренди-Холл и Крикхоллоу смещены примерно на три мили к северу, что составляет около четырёх миллиметров. Из-за этого Бренди-Холл, стоящий на берегу реки, оказывается перед главным трактом, хотя должен быть позади него. Также на карте отсутствует лесок, упомянутый в начале страницы 99. Автор сожалеет, что в этот раз исправить ошибки уже невозможно, но отмечает, что карта давно вызывала вопросы и нуждается в доработке.

275 Из письма к У. X. Одену 4 августа 1965

В письме к У. Х. Одену от 4 августа 1965 года Толкин отвечает на два предложения. Оден просил его внести вклад в юбилейный сборник в честь выхода Невилла Когхилла на пенсию, а также спрашивал, знает ли Толкин о «Нью-Йоркском толкиновском обществе», выражая опасение, что его члены — сумасшедшие. Толкин сожалеет, что у него нет ничего для сборника, и надеется, что сможет просто передать добрые пожелания. Он вспоминает, что единственное, что он написал о Когхилле, — это короткое стихотворение, где тот назван «Ядовитым Писакой», и поясняет, что Когхилл под именем Джадсон сочинял смешные пасквили на прогрессивных деятелей. О толкиновском обществе Толкин слышал, но считает, что настоящие сумасшедшие туда не вступают, хотя подобные вещи его тревожат и удручают.

276 К Дику Плотцу, «тану» «Американского толкиновского общества»

В письме Толкин отвечает Дику Плотцу, представителю «Американского толкиновского общества», и благодарит за приглашение, но сомневается, что может стать формальным членом. Он предлагает неофициальное сотрудничество и делится планами: «Сильмариллион» написан, но находится в беспорядке, и он надеется издать его частями, начиная со следующего года. Также он обсуждает идею особых имён для членов общества, советуя использовать названия мест из Шира, а не имена персонажей, и предлагает себя как «представителя от Лонгботтома».

Далее Толкин рассказывает о происхождении слова «Нуменор», объясняя ошибку Льюиса, и о своих отношениях с ним и Чарльзом Уильямсом. Он признаёт, что Льюис был его единственной аудиторией и поддержкой, без которой он не завершил бы «Властелина Колец», но отрицает его прямое влияние на своё творчество. Письмо заканчивается пожеланиями обществу.

277 К Рейнеру Анвину 12 сентября 1965

В письме Рейнеролкин жалуется на американское издание «Хоббита» в мягкой обложке. Он описывает обложку с львом, страусами эму и деревом с луковицами, которая его возмущает. Он отправляет издателям короткую записку с вопросами, но ответа не получает. Позже представительница издательства звонит ему, но оказывается непробиваемой: она лишь требует одобрения, заявляет, что художник не читал книгу, и называет луковицы рождественской елкой. Толкин чувствует себя запертым в сумасшедшем доме, просит совета, хочет вернуться к работе над «Гавейном», «Перл» и «Сильмариллионом» и просит Анвина объявить о его затворничестве.

278 Из письма к Клайду С. Килби 20 октября 1965

Автор письма сообщает адресату, что получил экземпляр книги о К. С. Льюисе и надеется, что тот тоже его видел. Он считает книгу интересной и действительно проливающей свет на Льюиса, но удивляется, что все авторы упускают одну ключевую черту его характера. По мнению автора, ближе всех к сути подошёл Барфилд, знавший Льюиса дольше других. Однако автор не раскрывает, что именно он имеет в виду, и признаётся, что у него нет времени объяснять подробности, поэтому его замечание остаётся загадкой.

279 Из письма к Майклу Джорджу Толкину 30 октября 1965

В письме Толкин сообщает, что они вряд ли переедут из Оксфорда, поскольку жильё у моря слишком дорогое, а с прислугой там не лучше. Он отмечает, что его доход от профессорской должности и литератур работы достаточен для текущих нужд, но продажа авторских прав облагается налогом почти полностью, поэтому он не может позволить себе покупку коттеджа. При этом он доволен успехом своей кампании в США: издательство «Эйс-букс» понесло убытки из-за скандала с пиратским изданием, которое оказалось плохо напечатанным. Этот скандал послужил отличной рекламой, и официальное издание в мягкой обложке, по его мнению, разойдётся лучше, чем без него.

280 Из письма к Рейнеру Анвину 8 ноября 1965

В письме Рейнеру Анвину от 8 ноября 1965 года автор сообщает, что вынужден отложить работу над «Сэром Гавейном» и «Перл», поскольку полностью поглощён редактурой «Властелина Колец». Он описывает трудности с отбором сносок, их сокращением и написанием предисловия: ему приходится учитывать и массового читателя, не знающего среднеанглийского, и академическую аудиторию, которая может быть придирчивой. Автор упоминает о большом объёме незаметной редакторской работы и о своих открытиях, касающихся отдельных слов и отрывков, которые он планирует изложить в научных статьях. Он также хочет пояснить, чем его прочтение отличается от общепринятого, и спрашивает, на какой объём страниц сверх самих текстов он может рассчитывать, чтобы спланировать оформление.

281 Из письма к Рейнеру Анвину 15 декабря 1965

В письме к издателю Рейнеру Анвину автор обсуждает подготовку британского издания «Хоббита» в мягкой обложке. Он выражает недовольство предложенной обложкой с изображением гибели Смауга, считая её слишком современной и небрежной. Также он отвергает предложенный рекламный текст на обложке, утверждая, что он искажает суть истории: хоббиты — это народ с определёнными физическими и характерными чертами, а Бильбо — исключительный индивид, избранный Гэндальфом. Автор подчёркивает, что история не о типичных обывателях, а о предопределённых свершениях. В конце письма он просит не называть его «профессором» вне профессиональных тем, так как это создаёт ложное впечатление учёности и педантичности, и предлагает обращаться по фамилии.

282 Из письма к Клайду С. Килби 18 декабря 1965

Профессор Килби, познакомившийся с Толкином в Оксфорде, предлагает приехать в Англию и помочь завершить «Сильмариллион». В ответном письме Толкин признаётся, что всегда сомневался в ценности своих трудов и боится выставлять свой вымышленный мир на суд читателей. Он вспоминает, что без поддержки К. С. Льюиса не закончил бы «Властелина Колец», но «Сильмариллион» — совсем иное произведение, и он не знает, как с ним поступить. Толкин начал писать его ещё в госпитале в 1916–1917 годах и с тех пор постоянно переделывал, так что сейчас текст в беспорядке. Он соглашается, что при участии сочувствующего и критически настроенного учёного, как Килби, смог бы подготовить часть материалов к публикации. Ему нужно живое присутствие друга и советчика, и он рассчитывает на июнь, июль и август.

283 К Бенджамину П. Индику

В письме от 7 января 1966 года Дж. Р. Р. Толкин отвечает читателю Бенджамину П. Индику. Он благодарит его за длинное и интересное письмо с комментариями, признавая, что они заслуживают более полного ответа, но извиняется за свою крайнюю занятость. Толкин добавляет, что если ему суждено написать новые книги, о которых просит читатель, это станет возможным только в том случае, если он перестанет отвечать на письма. Завершает послание выражением благодарности. Письмо носит личный и вежливый характер, отражая уважение автора к своему корреспонденту, но также подчёркивает ограниченность его времени и приоритет творческой работы над перепиской.

284 К У. X. Одену

Оден сообщает Толкину, что согласился написать о нём книгу в соавторстве с Питером Салюсом для серии «Христианские перспективы», и упоминает о собрании Нью-Йоркского толкиновского общества, где он и Салюс нелестно отозвались о доме Толкина. В ответном письме Толкин выражает сильное возражение против такой книги, считая её преждевременной и дерзкой, и просит подождать выхода «Сильмариллиона». Он также рассказывает о полюбовном соглашении с издательством «Эйс-букс» по выплате авторских отчислений. В конце Толкин благодарит Одена за сборник стихов «О доме», признаваясь, что зачитался им до глубокой ночи, несмотря на свою обычную сдержанность в оценке поэзии Одена.

285 Из письма к У. X. Одену 8 апреля 1966

В письме Одену от 8 апреля 1966 года Толкин объясняет резкость своего предыдущего письма от 23 февраля. Причиной послужила статья в «Нью-Йоркере» о собрании «Толкиновского общества», где приводились замечания Одена о Толкине и комментарии Питера Салю

286 Из письма к А. Е. Кушману 27 апреля 1966

В этом фрагменте представлен короткий ответ Толкина читателю, задавшему вопрос о божествах в его мифологии. Писатель поясняет, что в его мире нет богов в привычном смысле, а есть Валар — сотворенные существа ангельской природы, поставленные управлять миром. Эльфы естественно верили в них, поскольку жили рядом с ними. Толкин отмечает, что подробные объяснения лишь задержали бы подготовку публикации всего этого в должном виде. Вступительная заметка указывает, что это один из многих лаконичных ответов, которые он давал на данном этапе жизни, в отличие от пространных ответов первых лет после выхода «Властелина Колец».

287 Из письма к Джой Хилл, «Аллен энд Анвин» 10 мая 1966

В письме Джой Хилл Толкин благодарит её за предложение, касающееся его номера телефона, который всё ещё указан в оксфордском справочнике и из-за чего поклонники иногда беспокоят его звонками. Он обдумывает эту идею и приходит к выводу, что удаление номера из телефонной книги гораздо лучше, чем способ, которым пользовался майор У. Г. Льюис, защищая своего брата: тот снимал трубку и повторял «Оксфордский канализационный узел», пока назойливый собеседник не отставал. Толкин явно предпочитает более простой и надёжный метод, не прибегая к подобным уловкам.

288 К профессору Норману Дэвису

Английский факультет Оксфордского университета заказывает бюст Толкина, созданный его снохой Фейт, и устанавливает его в библиотеке. В письме от 10 мая 1966 года Толкин обращается к профессору Норману Дэвису, выражая признательность за желание факультета разместить бюст на видном месте, хотя и шутит, что, возможно, ваза с легендарными сюжетами была бы уместнее. Он соглашается подарить бюст, но предлагает отлить его в бронзе за свой счёт, поскольку гипсовая версия слишком хрупка. Толкин упоминает, что уже обсудил это со скульптором, и что бронзовый бюст выдержит и почести, и оскорбления, вспоминая, как сам вешал шляпу на бюст русского царя в Мертоне. Письмо заканчивается подписью «Неизменно Ваш, РОНАЛЬД».

289 Из письма к Майклу Джорджу Толкину 29 июля 1966

В письме Толкин объясняет происхождение названия «Мирквуд». Он отмечает, что это не его выдумка, а древнее слово с легендарными ассоциациями, вероятно, обозначавшее в прагерманском обширный горный лес на южных границах германских племён. Толкин упоминает ранненемецкую форму mirkiwidu, а также корни *merkw- («тёмный») и *widu- («древесина»), указывая, что в древнеанглийском слово mirce встречается только в поэзии, например в «Беовульфе», со значением «мрачный». Он подчёркивает, что слово никогда не означало просто «чёрный», а всегда несло оттенок мрачности. Толкин считает удачей, что «Мирквуд» остаётся понятным современному англичанину с нужным смысловым оттенком, и потому он решил использовать это название, будь оно заимствованием из древнескандинавского или возрождением устаревшего древнеанглийского слова.

290 Из письма к Майклу Джорджу Толкину 28 октября 1966

В письме внуку Майклу Толкин делится скептическим отношением к «исследованиям» как части университетского обучения гуманитариев. Он считает, что сначала нужно много выучить, а исследовательскую работу часто навязывают студентам ради престижа и денег, тогда как истинное желание многих — просто больше читать Он упоминает критический возраст между двадцатью и тридцатью годами, когда знания усваиваются лучше всего, и советует внуку подумать о переводе на программу бакалавра философии, хотя сам после сорока лет работы в университете не выносит его уставов.

Далее Толкин рассказывает, что вместо лекции прочитал неопубликованное произведение «Кузнец из Большого Вуттона», название которого намекает на раннего Вудхауса, но содержание с ним не связано. Мероприятие в Блэкфрайарз поразило его: несмотря на дождливую погоду, собралось более восьмисот человек, зал был переполнен, и трансляцию пришлось вести в коридоры. Он рад, что внука там не было, так как было очень душно.

291 К Уолтеру Хуперу

Толкин пишет Уолтеру Хуперу, благодаря его за присланный том сочинений Льюиса, изданный под редакцией Хупера. Он сообщает, что прочитал книгу с большим интересом, особенно те части, которые раньше не видел. Затем Толкин добавляет краткое замечание: он впервые осознал, насколько дуалистичны были образ мыслей и воображение Льюиса, хотя его философский разум категорически отвергал дуализм. Также он упоминает игру слов Hierarchy/Lowerarchy и называет «Безысходническое Видение» рациональной бессмыслицей и теологическим кощунством.

292 К Джой Хилл, «Аллен энд Анвин»

В письме от 12 декабря 1966 года Толкин обращается к мисс Хилл из издательства «Аллен энд Анвин» и сообщает, что некий поклонник предложил написать продолжение «Властелина Колец». Толкин пересылает ей это «нахальное» предложение вместе с образцами текста. Он сомневается, что закон препятствует публикации, поскольку имена и названия не защищены авторским правом, но считает, что письмо от издательства подействует на автора сильнее, чем его собственный отказ. Толкин вспоминает похожий случай с молодой женщиной, которая после его отказа прислала ему ругательное письмо. Он надеется, что вмешательство издательства окажется более эффективным, и завершает письмо пожеланиями всего доброго.

293 Из письма к Уильяму Фостеру 29 декабря 1966

Толкин отвечает Уильяму Фостеру, который просил разрешения взять у него интервью для газеты «Скотсмен». Писатель благодарит за интерес, но отмечает, что в уходящем году на него обрушилось слишком много визитов и интервью, ни одно из которых не доставило ему удовольствия и почти все оказались пустой тратой времени, даже с точки зрения продаж. При этом он признаёт, что просьбу Фостера, возможно, стоит принять во внимание: «Скотсмен» — респектабельное издание, а сам Фостер, по мнению Толкина, компетентнее многих интервьюеров из лондонской прессы. Однако сейчас писатель испытывает острую нехватку времени и, с согласия издателей, решил ни при каких обстоятельствах не давать новых интервью, пока не завершит следующую книгу. Таким образом, он вежливо, но твёрдо отказывает Фостеру, объясняя свой отказ занятостью и принципиальным решением.

294 К Шарлотте и Денису Плиммерам

Толкин отвечает супругам Плиммер, поблагодарив их за черновик статьи и извинившись за своё поведение во время интервью: он объясняет, что быстро говорит из-за врождённой особенности, а расхаживает, поскольку страдает артритом. Он сообщает, что вышлет замечания, но категорически отказывается фотографироваться для иллюстрации статьи. Далее следуют его подробные поправки к тексту: он уточняет, что его рабочим местом служит гараж, а не кабинет, описывает свой реальный рост и телосложение, исправляет историю о том, как рукопись «Хоббита» попала к издателям, и объясняет, что «Сильмариллион» был отклонён справедливо, но по неверной причине. Он также разъясняет связь между придуманными языками и вымышленными историями, возражает против слова «нордический», уточняет географию Средиземья, комментирует замечания Льюиса, свою родословную, отзыв о Данте, привычку к чтению и договор с Льюисом о написании книг, а также скромно оценивает своё участие в «Иерусалимской Библии».

295 К У. X. Одену

В письме от 29 марта 1967 года Толкин отвечает У. Х. Одену на его восторженный отзыв о стихотворении на древнеанглийском, которое Толкин написал для сборника в честь шестидесятилетия Одена, а также о стихотворении «Колокол моря» (или «Сон Фродо»). Толкин признаётся, что письмо Одена, пришедшее в Страстную пятницу, подняло ему настроение, так как в тот же день он получил другое, очень удручающее письмо. Похвала Одена вызывает у него радость, он сравнивает свой восторг с вилянием хвоста.

В постскриптуме Толкин благодарит Одена за его перевод и переложение «Прорицания вельвы» и обещает, если найдёт, отправить ему свою давнюю попытку объединить все песни о Вельсунгах из «Старшей Эдды», написанную древними восьмистрочными строфами в размере форнюрдислаг. Письмо заканчивается надеждой на скорую встречу.

296 К Рейнеру Анвину

В письме от 21 июля 1967 года из Борнмута Рональд Толкин обращается к Рейнеру Анвину. Он выражает глубокую благодарность за проявленное участие и заботу о его делах, а также за то, что Анвин взял на себя труд помочь ему. Толкин замечает, что при прощании Анвин выглядел крайне усталым, и считает себя необыкновенно удачливым, имея такого друга. Он проводит параллель между их отношениями и союзом Рохана и Гондора, обещая, что с его стороны клятва Эорла никогда не будет нарушена, и он продолжит полагаться на мудрость и учтивость Минас Тирита. Письмо завершается повторной благодарностью и подписью «Неизменно Ваш, РОНАЛЬД ТОЛКИН».

297 Черновики письма к «мистеру Рангу»

В этом черновике письма Толкин размышляет о читательском интересе к системе имён во «Властелине Колец». Он признаёт, что ему лестно внимание, но критикует догадки о скрытых смыслах и источниках имён, считая их бесполезными для понимания произведения. Он объясняет, что языки и имена создавались для личного удовольствия, а их значения связаны только с сюжетом. Затем он разбирает конкретные примеры: Теоден и Гимли не связаны с англосаксонским, Леголас означает «Зелёный Лист», Рохан происходит от эльфийского слова «конь», Назгул — из Чёрного наречия, Мория — «Чёрная Бездна». Он также рассказывает о происхождении имени Эарендиль, единственного настоящего заимствования из древнеанглийского, и о его мифологической роли. В конце он касается религии нуменорцев.

298 К Уильяму Лютеру Уайту

В письме от 11 сентября 1967 года Толкин отвечает Уильяму Лютеру Уайту на вопрос о происхождении названия «Инклинги». Он объясняет, что слово придумал не Льюис и не он сам, а студент Юниверсити-Колледжа по фамилии Тэнджи-Лин, вероятно, в середине тридцатых годов. Тот основал литературный клуб, куда пригласил и нескольких преподавателей, включая Льюиса и Толкина. Члены клуба собирались в комнатах Тэнджи-Лина, читали вслух неопубликованные тексты и обсуждали их, а также вели книгу протоколов. Клуб быстро распался, но название перешло, благодаря Льюису, на круг друзей, которые встречались в его комнатах в Модлин-колледже. Толкин также отмечает, что слово «inkling» — каламбур, намекающий на чернила и смутные идеи, и упоминает похожий студенческий клуб «Диск».

299 К Роджеру Ланслину Грину

Толкин пишет своему старому другу Роджеру Ланслину Грину, благодаря его за рецензию на повесть «Кузнец из Большого Вуттона», вышедшую в октябре 1967 года. Он особенно ценит замечание Грина о том, что искать смысл — всё равно что вспороть мячик, чтобы понять, отчего он прыгает. Толкин признаёт, что отзыв оказался добрее, чем он ожидал, и подчёркивает: эта короткая повесть вовсе не предназначена для детей, а написана стариком, уже ощущающим приближение «утраты». Он извиняется, что не помнил адреса Грина и вынужден был звонить в Мертон, и замечает, что Мертон тоже фигурирует в повести. Кроме того, он сообщает, что нынешний шеф-повар колледжа, в высокой шляпе, послужил прообразом Альва. Письмо завершается пожеланиями всего доброго и весёлого Рождества.

300 Из письма к Уолтеру Хуперу 20 февраля 1968

В письме Толкин обсуждает стихотворение Льюиса о драконах

301 Из письма к Дональду Суонну 29 февраля 1968

Автор письма благодарит Дональда Суонна за попытку подбодрить его, но считает это напрасным. Он жалуется на телевизионную постановку о себе: режиссёр, хотя и милый и неглупый молодой человек, оказался настолько под влиянием «би-би-сизма», что не стремился показать его настоящим. Вместо этого автор оказался в мире фальши, где его закрепили в образе старомодного и скудоумного старого хоббита у камелька. Его протесты ни к чему не привели, и он сдался, досидев до конца съёмок. Узнав, что результаты признаны очень хорошими, он приходит в ужас, понимая, что его актёрская склонность предала его. Он замечает, что его не поднимали на вертолёте, хотя удивляется, что его не использовали вместо орла, ведь эти люди не отличают его от его произведений. Его также затащили на фейерверк, хотя он не имеет к ним отношения: фейерверки — часть образа Гэндальфа, а не его личной жизни.

302 Из письма в «Тайм-лайф интернэшнл, лимитед» 2 мая 1968

В письме от 2 мая 1968 года, адресованном компании «Тайм-лайф интернэшнл, лимитед», автор объясняет, что его представления о естественности кардинально отличаются от представлений адресата. Он заявляет, что совершенно не способен работать, если его фотографируют, с ним беседуют или в комнате находится кто-либо ещё. Поэтому любая фотография, на которой он якобы запечатлён за работой, будет вопиющей фальшивкой. Автор подчёркивает, что такие условия делают любую подобную съёмку невозможной и недостоверной.

303 Из письма к Николасу Томасу 6 мая 1968

The writer responds to a question about whether he knows Sarehole Mill, confirming that he does. He explains that his childhood was spent right next to it, as he lived in a small cottage only a short distance away. To him as a child, the old miller and his son appeared as remarkable and intimidating figures. The fragment is a brief personal recollection from a letter, offering a glimpse into the writer's early memories of the mill and its inhabitants.

304 Из письма к Клайду С. Килби 4 июня 1968

Автор письма сообщает, что к концу апреля и началу мая его домашняя ситуация достигла предела, требующего немедленных действий. Он решает покинуть Оксфорд и перебраться на южное побережье, планируя переезд в конце месяца или в самом начале следующего. Чтобы обезопасить себя, он намерен убрать свой адрес из всех справочников и списков. В качестве официального адреса он будет использовать адрес издательства «Аллен энд Анвин» с пометкой для передачи ему, при этом издательство не станет сообщать его настоящий адрес по запросам. После того как всё уладится, он поделится реальным адресом лишь с немногими избранными, которым доверяет и которые не будут его разглашать.

305 Из письма к Рейнеру Анвину 26 июня 1968

В письме, отправленном из оксфордской больницы, Толкин сообщает о своём падении с лестницы 17 июня, из-за которого он повредил ногу. Он отмечает, что идёт на поправку и рассчитывает встать на костыли примерно к 8 июля, но не раньше. Однако это происшествие серьёзно нарушило его рабочие планы: даже при удачном стечении обстоятельств он не надеется разобраться с текущими делами раньше конца августа. Письмо адресовано Рейнеру Анвину и передаёт состояние автора в период вынужденного перерыва в работе.

306 Из письма к Майклу Толкину

В письме сыну Майклу Толкин вспоминает своё путешествие по Швейцарии в 1911 году: пеший поход с тяжёлыми рюкзаками, ночёвки на сеновалах, эпизод с разрушенной плотиной и опасный случай на Алечском леднике, когда мимо него пролетел камень. Затем он переходит к размышлениям о церковных реформах, экуменизме и своём католическом воспитании, а также о своей академической карьере: признаётся, что не знал о своём успехе как лектора, и вспоминает, как не произносил инаугурационных речей. Письмо осталось незаконченным и было отправлено позже; часть текста потерялась при переезде.

307 Из письма к Эми Рональд 14 ноября 1968

В письме, датированном 14 ноября 1968 года, автор рассказывает, как днём заметил человека с ящиком, идущего к чёрному ходу, и решил сам разобраться. Курьер вручил ему четыре бутылки портвейна и три хереса, заявив, что это подарок от некоего лица. Автор понимает, что отправитель — адресат письма, и благодарит за столь щедрый и своевременный дар. Он сообщает, что они с женой удобно устроились в новом доме, освоили центральное отопление, но с приближением холодов портвейн и сладкий херес приходятся очень кстати.

Далее автор размышляет о цитате из средневекового моралиста, где говорится о старении и утрате знаний. Раньше эти строки его не трогали, но теперь он надеется, что «учёность» через опыт даёт право на советы, хотя и сомневается в этом. Письмо оставляет его в раздумьях о возрасте и мудрости, согретого подарком и признательностью.

308 К Кристоферу Толкину 2 января 1969

Толкин пишет сыну Кристоферу письмо с новогодними пожеланиями. Он сообщает, что его библиотека приведена в порядок, почти все потерянное нашлось, но пропало первое издание «Грамматики готского языка» Джо Райта. Эта книга когда-то открыла ему окно в германскую филологию, едва не привела к провалу на экзаменах, но в итоге привела его к обучению у Райта, который стал другом и наставником. Толкин вспоминает, как позже встретил экзаменатора, поставившего ему высокую оценку по греческой филологии, что спасло его от худшей степени, и как он перевёлся на английское отделение. В конце он упоминает, что артрит левой руки усилился, но правая здорова, шлёт приветы и сожалеет о расстоянии, хотя ему здесь уютно.

309 Из письма к Эми Рональд 2 января 1969

В письме от 2 января 1969 года Джон Рональд Руэл Толкин объясняет своей корреспон что имя Джон он получил по семейной традиции, в честь деда, а Рональд — потому что мать ожидала девочку и выбрала более романтичное имя, заменив его при рождении сына. Толкин отмечает, что сам всегда считал себя Джоном, а Рональдом еговали родные, и что он не позволяет сокращать это имя. Он также упоминает, что не является магистром и предпочитает титул «профессор». Что касается имени «Руэл», оно досталось от друга деда и используется во всех поколениях его семьи. В конце письма он предлагает называть её «Эме» вместо Эми, а в постскриптуме упоминает, что разъясл кому-то закон Гримма.

310 К Камилле Анвин

В письме, адресованном школьнице Камилле Анвин, автор размышляет над её вопросом о смысле жизни. Он отмечает, что ответ зависит от определения терминов и различения двух аспектов: личной цели существования человека и более общего замысла Вселенной. По его мнению, вопрос о цели применим только к осознанным намерениям разумных существ, а ценность остальных вещей — в их собственном бытии. Рассматривая иерархию живого, он приходит к выводу, что вопрос о конечном замысле неизбежно ведёт к вопросу о Боге как Разуме, стоящем за творением. Мораль, по его словам, служит руководством для развития индивидуальных талантов без вреда другим, а высшая цель жизни — умножение знания о Боге и благодарение Его, как выражено в литургических текстах. Он признаёт, что полный ответ на большой вопрос недостижим, и завершает письмо извинением за его длину.

311 Из письма к Кристоферу Толкину 31 июля 1969

В письме от 31 июля 1969 года Толкин отвечает Кристоферу, радуясь его посланию и стыдясь собственного долгого молчания. Он жалуется на череду неудач: наконец-то начал писать, но его постоянно прерывают, а дела запущены. Затем он подробно описывает недавний приступ болезни: врач Толхерст диагностировал воспаление желчного пузыря и строго запретил жиры и алкоголь. После рентгена выяснилось, что пузырь в порядке, камней и опухолей нет, так что диету отменили, и Толкин чувствует себя как прежде. Однако жизнь остаётся тяжёлой: его жена (Парк) и мать нездоровы, а сам он ощущает себя отрезанным от мира. Письмо заканчивается на этой ноте усталости и беспокойства о близких.

312 Из письма к Эми Рональд 16 ноября 1969

В письме Эми Рональд автор выражает сочувствие её горестям и говорит о молитве за неё, размышляя о том, что Бог особенно внимателен к молитвам недостойных, когда те молятся за других. Он упоминает Честертона и Гандальва, рассуждая о долге сохранять флаг мира в трудные времена. Затем он переходит к книге о цветах Кейп-Кода, которая ему понравилась, и отмечает, что его вымышленные цветы — нифредиль, эланор и алфирин — не имеют прямых аналогов, но могли бы быть родственны подснежнику, очному цвету и иммортелю. Далее он делится увлечением ботаническими вариациями: вспоминает увиденное в саду растение, которое казалось недостающим звеном между наперстянкой и норичником, и рассказывает о маргаритке, выросшей на плодородной почве и давшей необычную форму «курицы с цыплятками», которую он не успел сохранить.

313 Из письма к Майклу Толкину 25 ноября 1969

В письме Майклу Толкину от 25 ноября 1969 года автор сожалеет, что у него нет времени составить грамматику и словарь эльфийских языков — квенья и синдарина — для начинающих, отмечая их исключительную сложность. Он вынужден частично заниматься этими языками, приспосабливая «Сильмариллион» и другие материалы к «Властелину колец». Толкин борется с многочисленными трудностями, среди которых не последнюю роль играет его собственная лень в возрасте семидесяти семи лет.

314 Из письма к Кристоферу Толкину 15 декабря 1969

В письме Кристоферу Толкин отвечает на его замечание о «тугодумных занудах» и полностью соглашается с этим определением. Он вспоминает свой опыт преподавания студентам из Йоркшира, которые на первый взгляд казались медлительными и необразованными, но при этом часто оказывались способными к обучению благодаря готовности работать. Толкин предпочитает вкладывать силы в таких учеников, помогая им достичь скромных, но реальных результатов, вместо того чтобы тратить время на интеллектуалов, испорченных современной школой и атмосферой. Он сравнивает первых с маленьким крепким корешком, который может дать ростки, а вторых — с крупным корнем, изъеденным морковной мухой. В конце он замечает, что, возможно, из-за возраста не до конца понимает нынешние времена, но считает, что даже те, кто раньше остался бы здоровым, теперь портятся ещё сильнее.

315 Из письма к Майклу Толкину 1 января 1970

В письме к Майклу Толкину от 1 января 1970 года автор делится своими трудностями в работе над «С.»: продвижение идёт медленно из-за домашних забот, борьбы матери со старостью и болью, собственного возраста и постоянных перерывов на дела. Он объясняет, что пока в основном занимался согласованием системы имён в ранних и поздних фрагментах «Сильмариллиона» с раскладом «В. К.», и что имена в его сознании разрастаются в истории, но задача эта крайне сложная и запутанная.

Он просит молиться о «времени», так как хочет облечь часть своих записей в читаемую форму, а другую часть изложить кратко для других. Также он мечтает обмануть налоговое управление и пережить «чудовищно несправедливые» семь лет, а ещё успеть записать всё, что помнит о своём детстве и родне с обеих сторон.

316 Из письма к Р. У. Берчфилду 11 сентября 1970

Толкин отвечает на запрос редакции Оксфордского словаря, которая готовит статью о слове «хоббит» для второго приложения. Он признаёт, что вопрос о происхождении слова не слишком важен, но ему небезразлична точность передачи заложенного им смысла. Выясняется, что он не проверял, существовала ли более ранняя сказка с таким названием, и теперь этимология находится на рассмотрении экспертов. Толкин предлагает два варианта определения: первый утверждает, что «хоббит» — самоназвание вымышленного народа, означающее «живущий в норе», а второй, более осторожный, ссылается на его произведения как на источник этого самоназвания. Он предполагает, что, вероятно, останется второй вариант, и тогда пояснение о значении слова можно будет перенести в раздел этимологии. Письмо оставляет вопрос открытым, но Толкин обещает вскоре прислать подробное письмо о хоббитах.

317 Из письма к Эми Рональд День Всех Святых 1970

В письме Эми Рональд, датированном Днём Всех Святых 1970 года, автор сообщает, что уже воспользовался её чудесным подарком. Он сравнивает себя с мудрецом, собирающимся в дальний путь и грузящим на судно всё необходимое. Дом он по-прежнему воспринимает как корабль или ковчег, который со стороны сада выглядит спокойным, благодушным и слегка удивлённым, будто волна выбросила его сюда во сне. Далее он рассказывает о своих запасах: хорошего бренди он не купил, так и не научившись его ценить, зато запасся бургундским, портвейном (с примечанием о том, как его пить), отменным хересом, ликерами и бутылкой шампанского в преддверии Рождества. Письмо оставляет впечатление уютного, немного ироничного размышления о доме и напитках.

318 Из письма к Нилу Керу 22 ноября 1970

В письме Толкин благодарит Кера за присланную статью о профессоре Нейпире. Он вспоминает, как в 1913 году по собственной просьбе перевёлся на английский факультет, сохранив стипендию по античной филологии благодаря великодушию колледжа. Толкин подозревает, что в этом помог Фарнелл, который дал ему рекомендательное письмо к Нейпиру. При встрече Нейпир держится учтиво, но говорит мало; его лекции Толкин посещает редко из-за болезни профессора.

Вместо Нейпира его наставником становитсяайзем, от которого Толкин перенимает многое, включая манеру преподавания с едкостью и юмором. Сайзем также прививает ему интерес к букинистическим каталогам и закладывает основы его библиотеки. Толкин подчёркивает свой неоплатный долг перед Сайземом и сохраняет благодарность за его влияние.

319 Из письма к Роджеру Ланслину Грину

В письме к Роджеру Ланслину Грину автор рассказывает о подготовке второго приложения к Оксфордскому словарю английского языка, куда предлагается включить слово «хоббит» и его производные. Ему предстоит доказать, что он сам изобрёл это слово, хотя его претензия основана лишь на личном воспоминании. Он утверждает, что не знал о существовании похожих названий вроде «хобберди» и что его хоббиты — низкорослая разновидность человеческой расы, а единственное повлиявшее на них английское слово — «нора». Автор упоминает рецензию 1938 года, где некая знакомая рецензента будто бы читала старую сказку «Хоббит» с ужасным существом, но поиски этой сказки ни к чему не привели. Он предполагает, что память могла подвести, но не исключает и пробуждения детских впечатлений. Также он вспоминает зачитанный ему в детстве сборник без обложки с историей «Киска-мяу», который так и не нашёлся, и просит Грина, как знатока, прояснить происхождение этих названий.

320 Из письма к П. Рорку, ОИ 4 февраля 1971

В письме от 4 февраля 1971 года автор отвечает на замечания о Галадриэли. Он соглашается, что образ этого персонажа во многом опирается на христианские и католические представления о Деве Марии, но уточняет, что на самом деле Галадриэль была грешницей, принёсшей покаяние. В молодости она входила в число тех, кто возглавил бунт против Валар — ангелов-хранителей мира. В конце Первой эпохи она с гордостью отказалась от прощения и от разрешения вернуться. Однако её вина была отпущена, поскольку она устояла перед последним, непреодолимым искушением — взять Кольцо себе.

321 Из письма к П. Рорку, ОИ 4 февраля 1971

В письме автор благодарит адресата за упоминание описания «сверкающих пещер» в Хельмовой Пади, отмечая, что ни один критик ранее не обращал на это внимание. Он сообщает, что этот отрывок был написан под впечатлением от пещер Чеддарского ущелья, которые он посетил в 1940 году, однако в описании отразились и более ранние воспоминания — с тех пор, как он побывал там во время своего медового месяца, почти за тридцать лет до того. Таким образом, письмо раскрывает источник вдохновения для конкретного фрагмента и подчёркивает, что автор ценит внимательность собеседника к деталям, упущенным другими.

322 Из письма к Уильяму Кейтеру 18 марта 1971

В письме Уильяму Кейтеру от 18 марта 1971 года автор сообщает о состоянии своей работы. Он отмечает, что дела идут более обнадёживающе, чем в последнее время, и выражает надежду, что уже в текущем году сможет отправить часть «Сильмариллиона» издательству «Аллен энд Анвин». Это краткое сообщение передаёт осторожный оптимизм относительно завершения и публикации давно ожидаемого произведения.

323 К Кристоферу Толкину

В письме сыну Кристоферу автор извиняется за долгое молчание, объясняя его чередой печальных событий. Он рассказывает о недавнем отдыхе в Сидмуте, который оказался удачным: стояла прекрасная майская погода, отель «Бельмонт» радовал едой, а старые друзья Борланды возили их на машине по окрестностям. Автор замечает необычное поведение дубов, которые распустились раньше ясеней, и радуется, что Сидмут почти не изменился. Однако после возвращения и он, и его жена М. заболели — то ли вирус, то ли пищевое отравление. В конце письма он выражает сильное желание встретиться с сыном и посоветоваться, сожалея о расстоянии между ними и о своей неспособности легко передвигаться.

324 Из письма к Грэму Тейару 4–5 июня 1971

В письме Толкин отвечает на вопросы о происхождении названий «Гондор» и «Гэмджи». Он объясняет, что «Гондор» — это синдаринское слово, означающее «земля камня», и не связано с эфиопским городом Гондар, хотя допускает подсознательное влияние. Корень «ond» он связывает с детским воспоминанием о прочитанном слове. Что касается фамилии Гэмджи, Толкин рассматривает её возможное происхождение от французской фамилии де Гамаш и упоминает некоего Самсона Гэмджи из книги о еврейском населении Бирмингема, предполагая возможные еврейские корни. Он также отмечает, что его собственная фамилия имеет саксонское происхождение, и добавляет замечание о лингва франка средневековых еврейских общин.

325 Из письма к Роджеру Ланслину Грину 17 июля 1971

В письме объясняется, как эльфы и некоторые смертные покидают Средиземье, отправляясь в Аман на особых кораблях. Путь их лежит прямо на запад, за пределы физического мира, и возврата оттуда нет. Валар и подобные им существа, например Гандальв, не нуждаются в перевозке и могут вернуться, если им позволено. Смертным же, таким как Фродо, в Амане отпущен лишь ограниченный срок: их пребывание служит очищением и исцелением, после чего они умирают по собственной воле, уходя в неизвестную эльфам участь. Эта идея лежит в основе «Властелина Колец» и «Сильмариллиона», но не подаётся как научная истина; за легендами стоит природная катастрофа, знаменующая переход власти к людям. Сами предания имеют человеческое происхождение и смешаны с сказаниями синдар, никогда не покидавших Средиземья.

326 Из письма к Рейнеру Анвину 24 июля 1971

В письме от 24 июля 1971 года Толкин обращается к Рейнеру Анвину, который после смерти своего отца сэра Стэнли Анвина возглавил издательство «Аллен энд Анвин». Автор признаётся, что очень соскучился по Рейнеру, хотя считает это неизбежным с тех пор, как тот занял руководящий пост. Он упоминает о житейских заботах, которые не дают покоя, и иронично перефразирует строку из Шекспира, заменяя корону на котелок отца — намёк на привычку Стэнли Анвина носить этот головной убор. Таким образом, письмо сочетает личную теплоту с лёгкой шуткой о бремени ответственности, которое теперь лежит на Рейнере.

327 Из письма к Роберту X. Бойеру 25 августа 1971

В письме Толкин отвечает на вопрос о его знакомстве с У. Х. Оденом. Он поясняет, что в юности лично Одена не знал и за всю жизнь встречался с ним лишь несколько раз. Интерес Одена к древнеанглийской поэзии, насколько он связан с Толкином, возник благодаря публичным лекциям последнего, но в основном объясняется врождёнными способностями самого Одена и его чутким слухом к языку.

В последние годы Толкин многим обязан Одену: тот с самого начала, ещё до того как это стало модно, поддерживал его произведения, писал лестные рецензии и письма, за что даже подвергался насмешкам. Толкин считает Одена одним из своих лучших друзей, хотя они редко видятся и общаются в основном письмами, а Оден дарит ему свои книги. В знак благодарности Толкин сочинил хвалебное стихотворение на древнеанглийском, опубликованное в выпуске «Шенандоа», посвящённом шестидесятилетию Одена.

328 К Кэрол Баттен-Фелпс (черновик)

В письме от осени 1971 года Дж. Р. Р. Толкин отвечает Кэрол Баттен-Фелпс, извиняясь за задержку ответа и упоминая тревогу из-за здоровья жены. Он благодарит её за интересные сведения о М. Р. Ридли и за тёплые слова о «Властелине Колец». Толкин размышляет о том, как книга, задуманная как личный эксперимент и крупномасштабное повествование, неожиданно обрела огромную популярность, словно луч света во мраке. Он вспоминает визит незнакомца, который предположил, что Толкин не сам написал книгу, и это заставило автора задуматься о том, что произведение создано через него, а не им. Толкин также делится письмом от неверующего читателя, ощутившего в книге разлитую веру, и заключает, что праведность и разумность в его творении исходят не от него, а через него. Он выражает признательность адресату как одному из лучших друзей книги.

329 Из письма к Петеру Шабо Шентмихайи (черновик)

В письме-черновике от октября 1971 года автор отказывается предоставлять библиографические данные о критических статьях и переводах, но кратко проясняет три принципиальных момента. Во-первых, он убеждён, что изучение биографии писателя бесполезно и ложно для понимания его произведений, особенно тех, что созданы для читательского удовольствия. Читатель, получивший наслаждение от книги, должен рекомендовать её другим, опираясь только на сам текст, а критикам следует сначала внимательно прочесть произведение целиком. Во-вторых, автор заявляет, что его не интересует история литературы и английский реалистический роман: его произведение относится к более древнему жанру — героическому роману. В-третьих, он считает навешивание ярлыков на писателей нелепым и вредным занятием, а ярлык «приверженец моральной дидактики» — совершенно неприменимым к нему, поскольку в его книге он не проповедует и не поучает.

330 Из письма к Уильяму Кейтеру 1 ноября 1971

В этом фрагменте представлено письмо Толкина Уильяму Кейтеру от 1 ноября 1971 года. Сначала поясняется, что Кейтер навестил Толкина для интервью для «Санди таймс», которое вышло в январе 1972 года к восьмидесятилетию писателя. Затем следует само письмо: Толкин извиняется за то, что не ответил на письмо Кейтера от 19 октября, называя его одним из самых сердечных и ободряющих посланий, которые он когда-либо получал. Он сравнивает письма для человека, отрезанного от мира, с хлебом для узника, умирающего от голода в башне. Таким образом, письмо выражает глубокую благодарность и подчёркивает важность общения для Толкина, который чувствует себя изолированным.

331 К Уильяму Кейтеру 29 ноября 1971

В письме из отеля «Мирамар» в Борнмуте Рональд Толкин сообщает Уильяму Кейтеру о смерти своей жены, которая скончалась тем же утром. Он пишет, что её мужество и стойкость, которые Кейтер справедливо отметил, поддерживали её, и казалось, что она идёт на поправку, но внезапно наступил рецидив, с которым она боролась почти три дня, после чего мирно скончалась. Толкин признаётся, что понёс тяжелейшую утрату и ещё не пришёл в себя, но родные и друзья постепенно собираются рядом с ним. Он упоминает, что извещения появятся в «Таймс» и «Телеграф», и выражает радость, что Кейтер застал жену бодрой в четверг, до ухудшения в пятницу ночью. Толкин также обещает сберечь письмо Кейтера от 26-го числа, особенно его последние строки.

332 К Майклу Толкину

В письме сыну Майклу Толкин рассказывает о неожиданно щедром предложении Мертон-колледжа

333 К Рейнеру Анвину 16 марта 1972

В письме, отправленном из Мертон-колледжа, Дж. Р. Р. Толкин благодарит Рейнера Анвина за оказанную помощь. Он сообщает, что въехал в жильё во вторник, но ещё не полностью обустроился. Погода его радует, напоминая раннюю «свадебную» весну. Он описывает склон в Преподавательских садах, который кажется ему передним планом прерафаэлитской картины: яркая зелень, голубые анемоны, крокусы разных цветов и порхающие бабочки — желтушки, павлиний глаз и крапивницы. Толкин надеется привести квартиру в порядок меньше чем за неделю, останется лишь забрать библиотеку со склада. Он выражает слабую надежду, что Анвин с женой навестят его в ясный день, и извиняется за неразборчивый почерк.

334 К Рейнеру Анвину

В марте 1972 года Толкин получает орден Британской империи в Букингемском дворце. Рейнер Анвин устраивает в честь этого ужин в клубе «Гаррик», а издательство бронирует писателю номер в отеле «Браунз». В письме от 30 марта Толкин благодарит Анвина за организацию торжества и заботу. Он описывает, как хорошо провёл вечер, как крепко спал, а утром проснулся от непогоды, но к церемонии выглянуло солнце. Поездка с шофёром прошла гладко. Сама церемония показалась ему скучноватой, но короткая беседа с королевой глубоко тронула его, хотя он не ожидал такого впечатления. В конце письма Толкин просит Анвина обращаться к нему просто по имени, объясняя, что в его окружении принята такая фамильярность, и называет Анвина старым и дорогим другом.

335 Из письма к Майклу Самону 18 мая 1972

Автор письма благодарит адресата за тёплое послание и проявленный интерес к его творчеству в целом. Однако он сразу же объясняет, что находится в преклонном возрасте и все свои силы направляет на завершение хотя бы части начатых трудов. Любая дополнительная деятельность, даже незначительная, отнимает время и уменьшает его шансы на публикацию «Сильмариллиона». Поэтому он вынужден отказаться от просьбы давать комментарии о себе или своих книгах, надеясь на понимание со стороны корреспондента. Таким образом, письмо представляет собой вежливый, но твёрдый отказ, мотивированный творческими и возрастными обстоятельствами.

336 Из письма к сэру Патрику Брауну 23 мая 1972

В письме сэру Патрику Брауну автор размышляет о том, что стать культовой фигурой при жизни — сомнительное удовольствие. Он признаётся, что это не делает его заносчивым, а наоборот, вызывает ощущение собственной ничтожности. Однако даже у самого скромного кумира, будь он моложе Чу-Бу и немного старше Шимиша, не может не щекотать нос сладкий запах фимиама. Таким образом, автор иронично отмечает, что, несмотря на все неудобства славы, внимание и поклонение всё же льстят самолюбию.

337 Из письма к «мистеру Ригли» 25 мая 1972

В письме от 25 мая 1972 года автор отвечает некоему мистеру Ригли, признавая, что его предположение о том, что поиск источников «Властелина Колец» займёт не одно поколение исследователей, может оказаться верным. Он сожалеет об этом. По его мнению, самое интересное заключается в конкретном использовании мотива в конкретной ситуации, независимо от того, является ли этот мотив вымышленным, намеренно заимствованным или бессознательно всплывшим из памяти.

338 Из письма к о. Дугласу Картеру 6 [?] июня 1972

В письме отцу Дугласу Картеру Толкин отвечает на вопрос о судьбе энтов и их жён. Он признаётся, что не знает ответа, поскольку не писал о временах после первых лет Четвёртой эпохи. Он упоминает замысел повести, действие которой происходит примерно через сто лет после смерти Арагона, но находит, что рассказывать там особенно нечего: войны неинтересны, а вскоре неизбежно возникла бы неудовлетворённость, тайные тёмные культы и «орочьи культы» среди подростков. При этом, по его словам, в опубликованном тексте ясно сказано, что в рамках истории воссоединения энтов не будет, но они и их жёны, как разумные существа, обретут некий земной рай до конца мира, а что дальше — не ведают ни эльфийская, ни энтская мудрость. Возможно, они разделяют надежду Арагона на то, что за пределами кругов мира их ждёт нечто большее, чем память.

Затем Толкин переходит к личному: он чувствует себя перебежчиком, долгие годы жившим среди «варваров», хотя когда-то знал греческий, но предпочитает латынь. Он сравнивает себя с Теодором Хаэкером и вспоминает бывшего студента, ныне филолога-эксперта по турецкому, который писал ему о новооткрытом языке, похожем на латинский, и назвал бы его «нормальным» с общечеловеческой точки зрения.

339 К редактору «Дейли телеграф»

В письме редактору «Дейли телеграф» Толкин возражает против использования его имени для описания «мрака» в статье о лесоводстве. Он подчёркивает, что во всех своих произведениях всегда был на стороне деревьев, приводя примеры Лотлориэна, Фангорна и Мирквуда, и отмечает, что комитет по лесоводству, в отличие от Саурона, способен на раскаяние, тогда как частные лица и власти уничтожают деревья. В письме сыну Кристоферу он обсуждает надпись на могиле жены Эдит, желая добавить имя Лутиэн, которое для него символизирует их любовь и зарождение легенды о Берене и Лутиэн. Он делится горем, воспоминаниями о их юности и просит совета, а затем рассказывает о визите в издательство «Аллен энд Анвин», где его встретили восторженно и сообщили о рекордном заказе на шесть тысяч экземпляров «Властелина Колец».

341 Из письма к Марджори Инклдон 17 сентября 1972

Автор письма рассказывает Марджори о своей жизни в Мертон-колледже в Оксфорде. Он получил от колледжа просторную квартиру и статус почётного члена, без каких-либо обязанностей, но чувствует себя очень одиноко, особенно когда триместр заканчивается и студенты разъезжаются. Он живёт за запертыми дверями, так как его постоянно осаждают незваные гости. Иногда ему удаётся вырваться на свободу. Он связан обязательствами перед советом колледжа, в частности должен присутствовать на заседании 11 октября, и извиняется за неопределённость. Он признаёт, что ему несказанно повезло — его сын Кристофер помог устроить это приглашение через ректора, — но добавляет, что он ещё не «устроился благополучно» и вокруг царит неразбериха.

342 Из письма к миссис Мериел Терстон 9 ноября 1972

Автор письма отвечает миссис Мериел Терстон и выражает признательность за её обращение. Он даёт разрешение использовать название «Ривенделл» в племенной книге, хотя сомневается, что сама долина подошла бы для разведения скота. Ему любопытно узнать, какие клички она выбрала для своих быков, и он предлагает свою помощь в подборе или придумывании подходящих имён. Также он сообщает, что эльфийское слово, обозначающее быка, — «мундо», — не встречается ни в одном из опубликованных произведений, что делает его малоизвестным. Письмо носит вежливый и заинтересованный тон, автор охотно идёт навстречу просьбе и готов участвовать в дальнейшем обсуждении.

343 Из письма к Стерлингу Ланьеру 21 ноября 1972

Автор письма поздравляет Стерлинга Ланьера с присуждённой ему премией, однако замечает, что не удивлён её бесполезностью. Он проводит параллель с собственным опытом: когда-то поклонник прислал ему кубок, который оказался стальным и украшенным жуткой гравировкой с надписью, связанной с Кольцом. Пить из этого кубка автор, разумеется, не стал, но нашёл ему иное применение — теперь он служит ему пепельницей. Таким образом, письмо передаёт ироничное отношение автора к подобным наградам и подаркам, которые на деле оказываются скорее курьёзными, чем полезными.

344 Из письма к Эдмунду Мескису 23 ноября 1972

В письме к Эдмунду Мескису автор разъясняет вопрос о числительных во «Властелине Колец». Он утверждает, что использование двенадцатеричной системы, в частности чисел 12 и 144, никак не связано со счётом по пальцам. В качестве примеров он приводит англичан с их словами «дюжина» и «гросс», а также вавилонян. По его словам, это следствие простого математического открытия: когда люди перестают считать по пальцам, они понимают, что 12 удобнее, чем 10. Автор вспоминает, что действительно придумал знаки для цифр, приспособленные и к десятичной, и к двенадцатеричной системе, в дополнение к алфавиту Фэанора, но никогда ими не пользовался и теперь помнит их плохо. Папка с системами счисления, вероятно, заперта в несгораемом шкафу. Он припоминает, что числительные записывались позиционно, как арабские цифры, но слева располагалась наименьшая величина, а справа — наибольшая.

345 К миссис Мериел Терстон

В письме от 30 ноября 1972 года из Мертон-колледжа в Оксфорде Дж. Р. Р. Толкин отвечает миссис Мериел Терстон на её просьбу подобрать имена для животных. Он выражает неодобрение тому, что благородные имена из его легендариума присваиваются скотине, и поясняет, что Эльронд и Глорфиндель не подходят из-за значения их имён. Вместо этого он предлагает варианты на основе слова «бык» с эльфийскими префиксами: Арамунд, Тармунд, Расмунд, Туркомунд. Далее он уточняет, что Арвен была полуэльфом, а имена Галадриэль, Келебриан и Нимродель не стоит давать коровам. В качестве более уместного варианта он советует имя Галатея из «Фермера Джайлса из Хэма», которое можно перевести как «Богиня молока». Письмо завершается подписью автора.

346 Из письма к Лайлу Личу 13 декабря 1972

В письме, датированном декабрём 1972 года, Толкин отвечает читателю, который попросил его помочь с учебным заданием, связанным с анализом его произведений. Автор отказывается содействовать, поясняя, что подобный разбор он считает разрушительным и противоречащим мудрости. Он ссылается на слова Гэндальфа о том, что попытка сломать вещь ради понимания уводит с верного пути, и добавляет, что не стал бы помогать даже без сомнений в самостоятельности задания. Также он приводит цитату о невмешательстве в дела магов, подчёркивая неуместность такого анализа. В конце письма Толкин извиняется за возможную резкость, но признаётся, что не выносит подобного рода разбора. Письмо оставляет читателя без помощи, с чётким объяснением позиции автора.

347 К Ричарду Джеффери

Толкин извиняется за задержку с ответом, ссылаясь на возраст, здоровье и занятость. Затем он последовательно отвечает на пять вопросов корреспондента. Он разъясняет, что надпись на Вратах Мории означает произнести слово «друг», а не говорить дружелюбно. Квенийские имена королей Гондора не адаптировались под синдарин, поскольку квенья была языком учёности и торжественных случаев. Высокие эльфы перешли на синдарин после изгнания, поэтому их имена, как Галадриэль и Келеборн, имеют синдарские формы. Толкин подтверждает связь слов «tyelpe» и «celeb» с общим корнем, обозначающим серебро. Имя «Арагорн» не связано с деревом, а «Араторн» содержит элемент, означающий «орёл». В конце письма он касается других лингвистических деталей, таких как суффикс -ath и происхождение названий Арнор и Гондор, и сетует на невозможность дать более полные объяснения.

348 Из письма к миссис Катарине Финдлей 6 марта 1973

В этом фрагменте письма, адресованного миссис Катарине Финдлей автор объясняет происхождение имени «Галадриэль». Он сообщает, что это имя, как и все имена эльфийских персонажей из «Властелина Колец», было им изобретено. По форме оно является синдарским и переводится как «Дева, увенчанная сияющими волосами». Такое второе имя героиня получила в юности из-за своих длинных волос, которые блестели как золото с серебристым отливом. В те годы она отличалась амазонским характером и, участвуя в спортивных состязаниях, подбирала волосы вверх, укладывая их наподобие венца.

349 Из письма к миссис Э. Р. Эрардт 8 марта 1973

В письме миссис Э. Р. Эрардт от 8 марта 1973 года Толкин отвечает на её предположение о связи его фамилии со словом «tolk» в значении «переводчик или оратор». Он объясняет, что это слово не английское и никогда не входило в английский язык. По его словам, оно имеет славянское происхождение, затем перешло в литовский, финский и скандинавские языки, распространилось по северной Германии (нижненемецкий) и в итоге попало в нидерландский. Толкин приводит конкретные формы: литовское «tulkas», финское «tulkki», нидерландское «tolk». Таким образом, он опровергает этимологическую связь своей фамилии с этим словом, уточняя её историю. Письмо носит разъяснительный характер, и в нём автор сосредоточен на лингвистических фактах, а не на личных обстоятельствах.

350 К К. Л. Уайзмену

В письме, датированном 24 мая 1973 года, Дж. Р. Р. Толкин обращается к своему давнему школьному другу Кристоферу Уайзмену. Он извиняется за долгое молчание после их встречи в Милфорде и объясняет, что поводом для письма стала находка среди старых бумаг послания от бывшего одноклассника К. В. Л. Лайсетта, который с восхищением вспоминает их школьный кружок ЧКБО. Толкин цитирует отрывок из этого письма, где Лайсетт описывает, как мальчиком завидовал остроумию избранного круга друзей.

Далее Толкин сообщает, что окончательно обосновался в Мертон-колледже в Оксфорде, чувствует себя бодро, хотя недавно перенёс приступ после празднования своего 81-летия. Врачи ограничили его в вине и посадили на диету, но разрешили курить и пить пиво. Он выражает надежду на ответ и передаёт привет жене Уайзмена, подписываясь как «твой самый преданный друг».

351 К Кристоферу Толкину

В письме от 29 мая 1973 года отец отвечает сыну Кристоферу, выражая сочувствие по поводу неприятностей, случившихся с ним в пути. Он вспоминает собственные трудные переезды в молодости и отмечает, что Приска, отправившаяся на Крит, чувствует себя превосходно. Сам автор признаётся, что впервые за долгое время захотел попутешествовать, но теперь довольствуется рассказами других. Он описывает свою поездку в Борнмут с 16 по 22 мая, где отдыхал, питался простой пищей и встречался с друзьями Толхерстами, и вернулся посвежевшим. Отец справляется о планах сына, передаёт привет Крису, Бэйли, Адаму и Рэйчел, а также сообщает о недавних смертях знакомых: Уорни, Тома Даннинга, Р. Б. Маккаллума и Росфрита М. Письмо проникнуто теплотой и заботой о семье.

352 Из письма к Унгфру Адальстейнсдоттир 5 июня 1973

В письме, датированном 5 июня 1973 года, автор выражает радость по поводу того, что готовится перевод «Хоббита» на исландский язык. Он признаётся, что давно мечтал о переводе своих произведений именно на исландский, поскольку считает этот язык наиболее подходящим для них среди всех языков, которые ему известны. Письмо адресовано Унгфру Адальстейнсдоттир и представляет собой краткое выражение благодарности и удовлетворения от этой новости.

353 Из письма к лорду Холсбери 4 августа 1973

В письме лорду Холсбери автор благодарит за обещанный виски и заверяет, что тот будет принят с радостью, даже если отправителя не окажется на месте. Он признаётся, что после выхода «Властелина Колец» утратил уверенность в своих силах и надеется на скорый визит адресата, чьё общество и чтение стихов действуют на него ободряюще. Автор упоминает, что собирается прислать заметки о долгожителях-эльфах и смертных людях, а переходит к размышлениям о Галадриэли: она осталась незапятнанной, не участвовала в бунте Фэанора, прибыла в Средиземье самостоятельно и по уважительным причинам, но из-за запрета Манвэ на эмиграцию не смогла уплыть обратно. Письмо завершается намерением вскоре заняться вопросом деторождения у эльфов.

354 К Присцилле Толкин

В письме к дочери Присцилле, написанном за четыре дня до смерти, Толкин рассказывает о своей поездке в Борнмут. Он благополучно добрался, пообедал карри с семьёй Козьеров, затем они отправились искать ночлег, забрав с собой его багаж. Сам Толкин гулял по городу, подстригся, но у «Мирамара» обнаружил, что потерял банковскую карточку и деньги, а также что Козьер его разыскивал. В отеле его утешили чаем и предложили номер со вторника, но он не сразу согласился. Добравшись до дома доктора Толхерста, он с тревогой ждал Козьера, который вскоре появился и сообщил, что нашёл отличные номера. Тем временем Мартин Толхерст по телефону отыскал потерянную карточку в Солсбери. В итоге Толкин решил принять предложение «Мирамара» и вернуться в Оксфорд лишь 11 сентября, чтобы дать время на уборку комнат и навестить знакомых. Письмо заканчивается упоминанием душной дождливой погоды.