Обетованная земля
Добавлено: 2015-04-01 00:00:00
Лето 1944 года. Герой-рассказчик, много лет скрывавшийся от нацистов, томится на острове Эллис-Айленд и смотрит на огни Нью-Йорка — город кажется ему одновременно близким и недосягаемым. У него паспорт умершего друга, почти настоящий, и никакой надежды, кроме той, что опасно вспыхивает, когда к нему приходит адвокат, присланный человеком, которого рассказчик считал расстрелянным. Так начинается его медленное, неуверенное вступление в новую жизнь.
В Нью-Йорке он селится в дешёвой гостинице, где встречает других эмигрантов — таких же людей, которым удалось спастись, но не удалось спастись от собственных воспоминаний. Он учит английский, осматривает антикварные лавки, знакомится с торговцем китайской бронзой, с фотомоделью, ненавидящей немцев, с управляющим, играющим в шахматы. Он ищет работу, опору, право снова быть человеком.
Ремарк пишет о беженцах с горькой иронией и нежностью: о тех, кто выжил, но не знает, зачем; о памяти, которая предаёт; о надежде, которая порой губит вернее, чем безнадёжность. Можно ли начать заново, если прошлое не отпускает? Что остаётся от человека, у которого отняли всё? Роман не отвечает — он всматривается. И в этом всматривании его сила: перед читателем проходят люди, вещи, картины, обрывки разговоров, и всё это дышит тем особым ремарковским светом, где юмор ещё может спасти от отчаяния, а отчаяние не спасает ничто.
Герои книги
Роберт Хирш
Роберт Хирш — немецкий эмигрант, друг рассказчика ещё по Франции. Ему около тридцати, он строен, узколиц и рыжеват, выглядит моложе своих лет. В оккупированной Франции он под именем Рауля Тенье, испанского вице-консула, с дипломатическим паспортом вывозил людей из-под носа гестапо, снабжал их документами и однажды вытащил из лагеря и самого рассказчика. Теперь он торгует электроприборами в Нью-Йорке. Он не может смириться с покорностью жертв, злится на эмигрантскую тоску и считает, что они навсегда чужие. С друзьями — резковат, насмешлив, но верен и щедр.
Владимир Мойков
Владимир Мойков — управляющий небольшой нью-йоркской гостиницей, где селятся эмигранты. Пожилой человек с широким лицом, большой лысой головой и огромными руками. За свою жизнь он сменил множество национальностей — был чехом, русским, поляком, австрийцем, даже немцем, а теперь называет себя американцем. Он сам делает водку и щедро угощает ею постояльцев, любит шахматы и разговоры о жизни. Мойков приветлив, ироничен и мудр по-своему: встречает новичка, помогает ему устроиться, предостерегает от опасностей большого города и с неизменным добродушием наблюдает за своими беспокойными гостями. В его отеле царит его собственный, тёплый порядок.
господин Зоммер
Покойный Людвиг Зоммер — человек, чьё имя и паспорт носит рассказчик. Немецкий эмигрант, антиквар и реставратор, он был наставником рассказчика: учил его разбираться в коврах и китайской бронзе, водил по музеям и к сомнительным торговцам. Сердечный недуг сковывал его движения, но не ожесточил: он встречал смерть спокойно, с горьковатым юмором — утешая себя тем, что любой беде найдется беда горше. Перед кончиной он отдал рассказчику свой паспорт, чтобы тот жил под его именем. Теперь рассказчик работает антикваром, и Зоммер остаётся для него образцом.
Джесси Штайн
Джесси Штайн — пожилая эмигрантка, известная в кругу нью-йоркских изгнанников как всеобщая заступница и покровительница бездомных художников. Круглолицая, седая, с большими тёмными глазами, она и в Америке живёт чужими заботами: варит настоящий кофе, печёт яблочный штрудель, собирает у себя эмигрантов, утешает, хлопочет за них перед адвокатами и издателями. Ещё в Берлине она окружала заботой нуждающихся артистов, в скитаниях по Франции, Бельгии, Испании не переставала опекать встречных. Потеря дома и состояния её не сломила; она тратит на подопечных наследство мужа. Верит, что нацисты — чужая напасть, а не свойство немцев, и требует, чтобы эмигранты говорили между собой по-немецки. Её гостиная — приют для живых и место, где она бережно хранит фотографии друзей.
Мария Фиола
Она — фотомодель в мире нью-йоркских эмигрантов, женщина смешанной крови, когда-то жившая в этой гостинице и теперь возвращающаяся сюда, чтобы посидеть в мягком салоне, выпить водки и сыграть с Мойковым в шахматы. Мария Фиола легко меняет облик: то плачет, то уже смеётся, носит тюрбаны и парики, переодевается при всех, острит и говорит о себе с иронией. Она ценит тех, кто не задаёт лишних вопросов, и сама наблюдательна. В ней есть отчаянность и жажда тепла, она называет гостиницу крошечным заменителем родины.
Александр Сильвер
Александр Сильвер держит антикварную лавку, где продаются китайская бронза, молитвенные коврики, фарфор и прочая старина. Он осторожен и недоверчив: незнакомцу не даст товар на пробу, вспоминая, как одна доверчивая покупательница увезла его статуэтки и не вернулась. При этом он общителен и любопытен: вместе с братом Арнольдом спускается в подвал к рассказчику поболтать, помогает вынести ненужный хлам. В торговле он ловок и не стесняется приёмов: при дородной клиентке представляет рассказчика как парижского эксперта, хотя тот на самом деле разбирает у него в подвале старьё. Он театрален, жестикулирует, живёт торговлей и семьёй.
Реджинальд Блэк
Реджинальд Блэк — нью-йоркский антиквар, у которого рассказчик получает работу: составлять каталог его собрания, проверять происхождение картин и помогать принимать покупателей. Это хрупкий, робкий мужчина с лысиной и аккуратно подстриженной бородой, любитель сигар, коньяка и музыки. Он ведёт дела у себя дома, а не в магазине. Блэк мягко поучает подопечного искусству торговли: клиенту показывают лишь несколько работ, умеют ждать, никогда не предлагают картину без рамы. Сам Блэк взволнован судьбой Парижа и его музеев, верит, что Бог не допустит гибели Лувра. Он хочет воспитать из рассказчика настоящего продавца живописи и платит жалованье.
Краткий пересказ (содержит спойлеры)
I
Рассказчик находится на Эллис-Айленде летом 1944 года и смотрит на Нью-Йорк, который кажется ему одновременно близким и совершенно недосягаемым. Он описывает лагерь для интернированных как сравнительно гуманный, но полный отчаяния и нервных срывов. У него почти настоящий паспорт на имя Людвига Зоммера, доставшийся от умершего друга; сам он скрывается уже много лет. Неожиданно к нему приходит адвокат Левин, присланный Робертом Хиршем, которого рассказчик считал расстрелянным в Марселе. Хирш жив и находится в Нью-Йорке, Левин обещает помочь выбраться с острова. Рассказчик с трудом позволяет себе поверить в удачу, но надежда всё равно вспыхивает в нём. Он встречает женщину с мальчиком, которому отказывают во въезде, и даёт ребёнку мелочь. Ночью он не спит, глядя на огни города и думая о разрушенной жизни.
II
Адвокат Левин возвращается через три дня и сообщает рассказчику, что за него поручился банкир Танненбаум, хотя герой его не помнит. Левин также передаёт двести долларов от Роберта Хирша, но сразу забирает их в счёт гонорара. Позже приезжает партнёр Левина, Уотсон, и благодаря суматохе вокруг роженицы на острове рассказчик получает туристическую визу на два месяца. Вместе с другими освобождёнными он переправляется в Нью-Йорк, впервые идёт по городу, ощущая себя чужим среди незнакомых звуков и смыслов. Затем он находит гостиницу «Рауш», где управляющий Мойков встречает его по-французски, сдаёт дешёвую комнату и передаёт письмо от Хирша. У героя остаётся сорок девять долларов и надежда на легальную работу.
III
Рассказчик в первый день в Нью-Йорке отправляется к Хиршу, но магазин закрыт. Он обедает в аптеке-закусочной, где впервые пробует гамбургер и заказывает мороженое из сорока двух сортов. Вернувшись в гостиницу, он засыпает и видит кошмар. Вечером он снова приходит к Хиршу, который слушает речь Рузвельта через громкоговорители. Друзья встречаются, Хирш рассказывает, что скрывался в монастыре, даёт рассказчику денег и обсуждает общих знакомых, а также возможность продлить визу. Они ужинают в рыбном ресторане. Позже в гостинице рассказчик встречает старого знакомого Лахмана, торговца религиозными реликвиями, который влюблён в пуэрториканку. Затем появляется фотомодель Мария Фиола, заявляющая, что ненавидит немцев; рассказчик обижен, но Мойков сглаживает ситуацию. В конце Мойков и рассказчик играют в шахматы.
IV
За неделю рассказчик заметно улучшает английский, занимаясь по грамматике и общаясь с постояльцами отеля. Его знакомый Мойков советует завести роман с учительницей из Бостона, чтобы исправить произношение, но герой не торопится. Он начинает осматривать антикварные лавки и знакомится с владельцем одной из них, Александром Сильвером. Тот продаёт ему китайскую бронзовую вазу с правом вернуть её через неделю. Рассказчик вспоминает, как скрывался в брюссельском музее и изучал китайскую бронзу, а также дочь директора Сибиллу, которая помогла ему бежать. Вечером он застаёт в отеле плачущую Марию Фиолу, они пьют водку и разговаривают о войне и ненависти к диктаторам. После её ухода герой остаётся один.За неделю рассказчик заметно улучшает английский, занимаясь по грамматике и разговаривая с постояльцами отеля. Мойков советует ему завести роман с учительницей из Бостона, но герой не торопится. Он осматривает антикварные лавки и знакомится с владельцем одной из них, Александром Сильвером. Тот продаёт ему китайскую бронзовую вазу с правом вернуть её через неделю. Рассказчик вспоминает, как скрывался в брюссельском музее и изучал китайскую бронзу, а также дочь директора Сибиллу, которая помогла ему бежать. Вечером он застаёт в отеле плачущую Марию Фиолу, они пьют водку и разговаривают о войне и ненависти к диктаторам. После её ухода герой остаётся один.
V
В день рождения Джесси Штайн рассказчик приходит к ней в нью-йоркскую квартиру. Она по-прежнему опекает эмигрантов, и у неё собираются старые знакомые. Среди гостей — актёр Грегор Хаас, тоскующий по былой славе, и Роберт Хирш, который объясняет, почему Эгон Фюрст вернулся в Европу. Позже рассказчик и Хирш сидят в тёмном магазине, вспоминают «Ланский кодекс» и спорят о жизни эмигрантов. Внезапно появляются газеты с сообщением о покушении на Гитлера. Рассказчик бродит по ночному городу, его останавливает полиция, но отпускает. В гостинице Мойков даёт ему радиоприёмник и снотворное. Выясняется, что Гитлер выжил, мятеж подавлен. Наутро рассказчик узнаёт о смерти робкого постояльца Зигфрида Зааля и соглашается переехать в его комнату.
VI
Рассказчик возвращает Сильверу бронзовую вазу и предлагает сделку: Сильвер продаст её, а выручку они поделят. Взамен рассказчик просит временную нелегальную работу. Сильвер соглашается показать вазу знатоку и нанимает рассказчика разбирать подвал своего антикварного магазина за двенадцать долларов в день.
Позже рассказчик сидит у Роберта Хирша; они обсуждают провалившееся покушение на Гитлера. Приходит Равич, врач-эмигрант, который мрачно говорит о войне и советует не зацикливаться на отчаянии. Вечером рассказчик идёт с Марией Фиолой на фотосессию модной одежды, а затем в ночной клуб «Эль Марокко». Он чувствует себя чужим среди этой праздной жизни, а в кармане у него лежит неотправленное письмо умершего эмигранта Зааля; он решает не отправлять его.
VII
Александр Сильвер сообщает рассказчику, что бронза, которую тот купил, оказалась подлинной, хотя сначала проверял его честность. Они договариваются о продаже через музей по завышенной цене, и Сильвер берёт рассказчика на работу за двенадцать с половиной долларов в день, выдав аванс. Рассказчик чувствует, что обретает опору в жизни.
Днём у Хирша Равич иронизирует о дороговизне войн и обесценивании человеческой жизни, а вечером в гостинице Мойкова рассказчик помогает успокоить Рауля, потерявшего друга Кики, затем выслушивает жалобы Лахмана и встречает старую графиню. Он покупает у Мойкова запас секонала на всякий случай, готовясь к новой работе.
VIII
Рассказчик работает у братьев Сильвер в их антикварной лавке и разбирает завалы огромного подвала, где находит два старинных турецких молитвенных коврика. Вместе с Александром Сильвером он отшивает наглую покупательницу, которая ничего не собиралась покупать. Сильвер выплачивает рассказчику долю за проданную музею бронзу, угощает его круассанами и жалуется на брата Арнольда, задумавшего жениться на христианке. Рассказчик вспоминает парижского реставратора Людвига Зоммера, чьё имя носит: тот обучил его разбираться в коврах, а перед смертью отдал ему свой паспорт и капсулу с ядом; Зоммера похоронили под именем рассказчика. Затем рассказчик навещает Роберта Хирша, который отказывается принять долг и предупреждает об опасности воспоминаний и о положении эмигрантов как людей второго сорта. Вечером в гостинице Рауль устраивает праздник с пёстрой компанией. Лахман по ошибке выпивает водку вместо мексиканца, скандал с испанками заканчивается их изгнанием, а пуэрториканка поёт мексиканцу песню, завораживающую всех присутствующих.
IX
Перед ужином у Танненбаума рассказчик и Роберт Хирш обсуждают предстоящее получение американского гражданства и смену фамилии хозяином дома: Адольф Вильгельм Танненбаум выбрал самую распространённую фамилию Смит, чтобы раствориться в анонимности. На празднике рассказчик узнаёт историю Танненбаума: разорение из-за инфляции, вымогательство нацистов, бегство через Голландию. Гости — эмигранты, среди них глупая красавица Кармен, автор «расстрельного списка» Коллер, близняшки Даль. Хирш раздражается от призывов всё забыть и ссорится с Коллером. Танненбаум обещает рассказчику возможную работу. Поздно ночью рассказчик встречает в гостинице Марию Фиолу, провожает её домой; она подолгу разглядывает витрины обувных магазинов. У дверей они целуются, договорившись принимать всё как есть, без обязательств.
X
Рассказчик приходит в приёмную адвоката Левина, где встречает доктора Брандта. Левин принимает его, берёт сто долларов в счёт старого долга и обещает помочь с визой. Брандт поручился за рассказчика перед адвокатом. Во время разговора рассказчик вспоминает допрос у немцев во Франции, связанный с часами с кукушкой, но не рассказывает, как его вызволил Хирш.
Вернувшись в гостиницу, рассказчик получает от Розы, кухарки Танненбаума, гуляш и письмо с советом позвонить антиквару Реджинальду Блэку. Он звонит и договаривается о встрече. Затем покупает новый тёмно-синий костюм, символически расставаясь со старым. В лавке братьев Сильвер он получает комиссионные за проданный ковёр и становится свидетелем спора Александра с братом Арнольдом, который хочет жениться на христианке. Александр отговаривает брата, и они вместе с рассказчиком идут ужинать в ресторан «Вуазан». Вечером Мойков передаёт рассказчику бутылку русской водки, присланную неизвестным на «роллс-ройсе».
XI
Рассказчик приходит к арт-дилеру Реджинальду Блэку наниматься на работу. Тот проверяет его знания, показывая рисунки Дега, акварели Сезанна и картину Моне, рассуждает о картинах как о живых существах и о том, что знатоки ценят «девственные» работы. После переговоров они сходятся на десяти долларах в день, и рассказчик должен приступить к обязанностям через пять дней. Вернувшись к Сильверу, он выслушивает жалобы на брата-близнеца Арнольда, который водится с «шиксой» и грозит разорением их лавке. В магазин заходит покупатель, оказывающийся старым знакомым Зигфридом Розенталем; тот рассказывает историю своей жены Лины, погибшей после ареста гестапо, и о новой жене, с которой его мучают кошмары. Вечером рассказчик и Мария Фиола идут к Хиршу, едят гуляш, смотрят бокс; провожая Марию, он целует её. В гостинице он застаёт Феликса О’Брайена за поеданием гуляша и находит неотправленное письмо эмигранта Зааля.
XII
Рассказчик работает у арт-дилера Реджинальда Блэка, составляя каталог его коллекции. Блэк сообщает о высадке союзников в Нормандии, и они обсуждают судьбу Парижа. Рассказчик опасается, что немцы разрушат город, Блэк ужасается при мысли о бомбардировке Лувра. Блэк показывает Моне и два маленьких Мане, они пьют коньяк и курят сигары; выясняется, что Моне продан оружейному магнату. На приёме у Джесси Штайн гость Боссе рассказывает историю своего побега из нацистской Германии: шантаж, аборт для оберштурмфюрера, разрешение на выезд, расставание с женой. Затем рассказчик едет с Марией Фиолой в «роллс-ройсе», она переодевается; они попадают в Йорквилл, немецкий квартал Нью-Йорка. Витрины, вывески и немецкая речь вызывают у него мучительные воспоминания; он понимает, что не сможет жить в Германии, а лишь вернётся туда, чтобы найти убийц отца. В конце они ужинают в ресторане Центрального парка, пьют вино и ощущают мимолётную свободу.
XIII
Герой возвращается к арт-дилеру Блэку, который обучает его тонкостям продажи картин: показывает, как подбирать рамы, манипулировать выбором клиента и создавать искусственный ажиотаж. На приёме у Блэка появляется грузный покупатель Купер, который сначала отвергает Сислея, но затем, после долгой беседы о кризисе и падении цен, соглашается приобрести Дега из спальни жены Блэка. Вечером герой приходит к Джесси Штайн, узнаёт о самоубийстве Теллера и готовится сопровождать её на похороны. Ночью он спускается к портье Мойкову за снотворным, разговаривает с графиней о воспоминаниях и страхе нищеты, а затем просит у Мойкова две таблетки, отвергая целый пузырёк.
XIV
Рассказчик приезжает к Куперу, торговцу оружием, чтобы повесить купленную у Блэка картину Дега. Купер расспрашивает его о происхождении картины и о ценах на свои вещи. В спальне рассказчик обнаруживает безвкусные полотна — трубящего оленя и сентиментальный венецианский пейзаж, выдающие истинные вкусы хозяина. Раздосадованный расспросами, он намеренно занижает стоимость ковра. Повесив Дега над китайскими вазами, он мысленно обращается к произведениям искусства как к собратьям-эмигрантам.
Затем рассказчик отправляется на похороны Теллера, но по ошибке попадает на чужие. Липшютц, устроивший церемонию, рассказывает о сложностях с католическим священником и о самоубийстве Теллера. После кремации рассказчик испытывает глубокое потрясение. Он заходит к братьям Сильвер, где шутит про гороскопы и получает комиссионные. На улице он видит Марию Фиолу с незнакомым богатым мужчиной, чувствует утрату, а затем предаётся размышлениям о своей отчуждённости от обычных людей.
XV
Роберт Хирш предлагает рассказчику участвовать в деле: помочь обманутому доктору Боссе, у которого мошенник Блюменталь выманил деньги. Они приходят к Блюменталю, и Хирш, не имея реальных доказательств, блефует: угрожает ложными доносами о сотрудничестве с гестапо, отказом в американском гражданстве и даже расправой. Блюменталь пугается и соглашается завтра отдать часть денег. После этого рассказчик встречает Марию Фиолу; они ужинают, затем идут пешком под грозой, укрываются в подъезде, целуются. Мария говорит, что переехала в чужую квартиру на Пятьдесят седьмой улице. Рассказчик чувствует, что переступил какую-то грань, его охватывает волнение. Они стоят перед домом, и Мария отвечает вопросом на его расспросы.
XVI
Рассказчик рано утром покидает квартиру Марии Фиолы, покупает газету и завтракает в драгсторе, испытывая необычное умиротворение. Из газеты он узнаёт, что немцы оставили Париж, и город освобождён. Эта новость наполняет его радостью и надеждой. Он гуляет по Центральному парку, затем идёт в музей Метрополитен, где созерцание китайской бронзы и картин импрессионистов помогает ему примириться с болезненным прошлым. Позже он встречается с арт-дилером Реджинальдом Блэком, который продаёт Дега клиенту Куперу; затем разговаривает с Александром Сильвером и Куртом Лахманом, восторженно рассказывающим о новой возлюбленной. Рассказчик понимает, что не знает нового адреса Марии, но находит её квартиру с помощью соседа Хосе Круза. Мария оставляет его одного, а вернувшись, проводит с ним вечер и ночь; они обретают друг в друге убежище от войны и страхов.
XVII
Людвиг узнаёт от Роберта Хирша, что Джесси Штайн предстоит операция по поводу опухоли. Он навещает её: Джесси напугана, не верит врачам и старается держаться бодро, но страх выдаёт её. Затем Людвиг идёт на импровизированный день рождения Мойкова, где собираются эмигранты: графиня плачет над водкой, Лахман приводит невесту, Бах рассуждает о близняшках, Франке жалуется на жизнь. После праздника Людвиг отправляется к Марии Фиоле. Они проводят ночь вместе, разговаривают о счастье, смерти и прошлом. Мария засыпает, и Людвиг размышляет о её сне и о том, как она ускользает от него; в конце она, не просыпаясь, зовёт его «Джоном».
XVIII
В восемнадцатой главе рассказчик беседует с антикваром Реджинальдом Блэком о человеческой жажде собственности и о том, как умирающий миллионер Дюран торговался за маленького Ренуара. Затем появляется оружейный магнат Купер, и Блэк с помощью рассказчика, притворившегося, будто Дега уже продан Дюрану, вынуждает Купера купить картину дороже. После этого рассказчик вместе с Хиршем навещает в больнице Джесси, которая умирает от рака; Хирш утешает её воспоминаниями, а потом признаётся, что она безнадёжна. Вечером рассказчик приходит к Марии на съёмку, сталкивается с чиновником Мартином, который унижает его, и уходит. Он ужинает с Хиршем, а ночью Мария сама приходит к нему в гостиницу, и они мирятся.
XIX
В антикварном магазине Реджинальда Блэка рассказчик узнаёт о предстоящем визите супругов Ласки, коллекционеров ради престижа. Блэк показывает ему маленького Мане — цветок пиона, привезённый из освобождённого Парижа, и оставляет картину рассказчику. Ласки приходят, но жена в изумрудах — значит, покупки не будет. Блэк отправляет рассказчика с Ренуаром к умирающему Дюрану-второму. Тот окружён прекрасными полотнами, но торгуется и предлагает двенадцать тысяч вместо двадцати; рассказчик не уступает и оставляет картину. В лавке Хирша собравшиеся празднуют повышение писателя Кампа, ставшего маляром. Появляется Катарина Елинек с выпечкой; узнав о смерти мужа, ради которого она копила деньги, она в отчаянии убегает. Равич просит навестить Джесси. Вечером рассказчик приходит к Марии, которая уезжает в Калифорнию; они проводят ночь вместе, и он провожает её, боясь, что прощание может оказаться вечным.
XX
Реджинальд Блэк и рассказчик узнают о смерти Дюрана-второго, который не оплатил картину Ренуара. Они отправляются в дом покойного, чтобы забрать полотно до того, как оно попадёт в наследственную массу. Благодаря поддержке экономки, подтвердившей, что картина не была куплена, им удаётся вырвать её у наследников, пригрозив судом.
Затем рассказчик навещает Александра Сильвера, чей брат тайно женился на «шиксе»; Сильвер в отчаянии, но рассказчик советует ему смириться. Позже он ужинает с Робертом Хиршем, обсуждая ностальгию эмигрантов и освобождение Брюсселя. Вечером в гостинице его находит Зигфрид Ленц, бывший узник концлагеря, выживший благодаря рисованию портретов. Они вспоминают прошлое. Ночью рассказчик просыпается от кошмаров и принимает снотворное, погружаясь в тяжёлое забытьё.
XXI
В Нью-Йорке рассказчик, назвавшийся Людвигом Зоммером, встречает у гостиницы старого товарища Зигфрида Ленца. Они завтракают в драгсторе и разговаривают о прошлом. Ленц жалуется на бессонницу и говорит, что лагеря невозможно забыть, в отличие от войны. Рассказчик возражает: немцы после войны сумеют оправдаться, объявят себя жертвами и будут действовать с чистой совестью. Ленц предлагает уехать в Голливуд, где легче переждать трудные времена, и оставляет номер телефона на салфетке. Рассказчик уклончиво обещает подумать. На вопрос, смогут ли они забыть пережитое, он отвечает, что они — нет, а палачи и убийцы — легко. Ленц уходит, повторив совет насчёт Голливуда, а рассказчик остаётся со своими мыслями.NO_SUMMARY
ЗАМЕТКИ И НАБРОСКИ К РОМАНУ «ОБЕТОВАННАЯ ЗЕМЛЯ»
В заметках к роману излагаются возможные сюжетные ходы. Действие происходит в эмиграции: Блэк едет в Париж за картинами, графиня пьёт, чтобы умереть раньше, чем кончатся деньги. Зоммер или Хирш убивает гестаповца, Зоммера арестовывают, и он вешается. Равич лежит в больнице, его навещают. Герой размышляет о мести и справедливости, о том, что убийство во Франции имеет смысл, только если он убьёт убийцу отца. Наброски финала: встреча с убийцей, выстрел в живот, бегство, затем известие, что тот выжил и хромает. Другой вариант: герой кончает с собой, или убивает и попадает в тюрьму, или отказывается от мести. Смерть окружает его всё плотнее.
Избранные цитаты
— У вас чертовски мрачная фантазия, — сказал он наконец.
Я покачал головой:
— Нет. Всего лишь чертовски мрачные воспоминания.
«Что за страна! — подумал я, выйдя на улицу. — Сорок два сорта мороженого, война и ни одного солдата на улицах»
Мне кажется, у Бога гораздо больше юмора, чем мы думаем. И гораздо меньше сострадания.
Память всех превращает в героев. Всю правду о войне знают одни погибшие, ведь только они прошли ее до конца. Но они навсегда умолкли.
Я атеист, который верит в Бога, — сказал я наконец. — По ночам.
Глупость — самая увлекательная штука на свете. Интеллект слишком скучен. Все его пути известны наперед и все реакции предсказуемы. А вот выдающуюся глупость понять невозможно. В ней всегда есть новизна, непредсказуемость, тайна. Разве можно мечтать о чем-то лучшем?
Надежда умирает тяжелее, чем ты сам.
Спастись-то мы спаслись, но только не от самих себя.
Кто любит, тот не совсем пропащий человек, даже если он теряет то, что любит; что-то все равно останется — образ, отражение, пусть даже омраченное гневом, — останется негатив любви.
Немецкие палачи и убийцы всегда делают свое дело только в силу идеалов и с первоклассно чистой совестью. Это-то в них и есть самое омерзительное. У них на все имеются причины.
