Искра жизни

От переводчика

Переводчик обращается к читателю и рассказывает о непростой судьбе романа в России: написанный в 1952 году, он впервые вышел на русском только в 1992 году из-за того, что изображал коммунизм злом, не меньшим, чем фашизм. Затем появились некачественные переводы, исказившие язык Ремарка. Сам переводчик объясняет свою квалификацию участием в семинарах под руководством Инны Стребловой, поездками в Бухенвальд и Оснабрюк, а также службой в армии. Третья трудность — тема концлагеря, отпугивающая читателя, уставшего от мрака. Однако это мудрая книга о жизни и смерти, о превращении обычных людей в убийц; одна из её линий — личная жизнь коменданта Бруно Нойбауэра. Несмотря на тяжёлые сцены, роман жизнеутверждающий и ведёт читателя к новому пониманию жизни.

Глава первая

Скелет № 509, истощённый узник Малого лагеря, лежит на земле возле барака, отдыхая по очереди с другими ветеранами. Он наблюдает за лагерем: на плацу висят четверо заключённых, шарфюрер Бройер пьёт кофе после убийства двух евреев, из крематория идёт дым. 509-й вспоминает умерших товарищей и размышляет о своей десятилетней лагерной жизни, о городе внизу, который когда-то был символом утраченной свободы, потом ненависти, а теперь безразличия. Начинается воздушная тревога, затем бомбёжка. Город горит и разрушается. 509-й, спрятавшись в ложбинке, смотрит на это, забыв об осторожности. Его охватывает дрожь и ужас: он понимает, что разрушение города касается и его. Когда бомбёжка заканчивается, он в панике ползёт обратно в барак, спасаясь не только от смерти, но и от пробудившихся чувств.

Глава вторая

В бараке 22 Малого лагеря живут двенадцать ветеранов, сумевших выжить благодаря взаимной поддержке. Среди них — сумасшедший, считающий себя овчаркой, одиннадцатилетний Карел, старик по прозвищу Агасфер, врач Эфраим Бергер и торговец Лео Лебенталь. Во время воздушного налёта на город заключённые обсуждают возможные последствия бомбёжки. Умирающий Ломан просит вытащить у него золотую коронку, чтобы она не досталась эсэсовцам, и 509-й обещает это сделать. Бергер говорит Ломану, что за него отомстят, но признаётся 509-му, что сам не верит в это.

509-й выходит наружу и видит, как комендант спешит в город. Староста Хандке угрожает ему, но 509-й не поддаётся страху. При виде того, как машина коменданта заносит на повороте, его охватывает судорожный смех, переходящий в кашель.

Глава третья

Оберштурмбаннфюрер Нойбауер возвращается в город после налёта авиации, пробираясь через объезды и пожарища. Дома он находит жену и дочь в подвале, оборудованном под бомбоубежище. Жена в истерике говорит о бесполезности заверений властей и о том, что в лагере ему безопаснее, чем им здесь. Нойбауер пытается её успокоить, затем едет в ратушу на совещание, где группенфюрер Дитц запрещает офицерам отправлять семьи в тыл и обещает скорую победу.

После совещания Нойбауер осматривает свои владения: магазин одежды, табачную лавку, газету, сад с кроликами. Он вспоминает, как приобрёл эти предприятия у еврейских владельцев, отправленных в концлагерь, и оправдывает себя официальными сделками. В саду русские военнопленные удобряют грядки пеплом из крематория. Нойбауер кормит кроликов и успокаивает себя мыслью, что город не имеет военного значения и бомбёжка была случайностью.

Глава четвертая

После бомбежки медного завода заключенные возвращаются в лагерь с убитыми и ранеными, пытаясь сохранить видимость полного состава для вечерней поверки. Из-за нехватки целых тел возникают споры между блоками, а эсэсовец Штайнбреннер бьет мертвеца, опозорившись перед сослуживцами. Лагерфюрер Вебер приказывает провести перекличку, затем наказывает узников «занятиями по географии» — ползанием и прыжками — и заставляет петь национальный гимн. Гольдштейн тайно перевязывает раненого друга Шеллера, но тот теряет сознание и вряд ли выживет. После поверки Вебер объявляет новые наказания, а заключенные, неся Шеллера, чувствуют запах дыма от горящего города, который проникает в лагерь и дает им странную надежду.

Глава пятая

В бараке умирающий Ломан отдаёт 509-му свой золотой зуб, который сам выковырял гвоздём. Бергер и 509-й решают продать коронку через Лебенталя, чтобы добыть еду, хотя это опасно. Они обсуждают, как скрыть следы, и договариваются о сделке. Ночью 509-й ждёт у проволоки двух женщин, которые за деньги перебрасывают ему картофель и хлеб; он договаривается о новой встрече на обратном пути. Затем он делит еду с Лебенталем, спорит о деньгах и о надежде на скорый конец войны. Оставшись один, 509-й решает не есть хлеб до утра, чтобы доказать себе, что он ещё человек, а не «мусульманин». Вокруг умирают узники, в городе догорает башня церкви Св. Катарины.

Глава шестая

Нойбауер, недовольный утренними делами, принимает капитана Визе, который просит шесть истощённых заключённых для секретных медицинских опытов. Нойбауер намеренно требует письменное распоряжение, зная, что у Визе его нет, и предлагает вместо этого искать добровольцев среди узников Малого лагеря. Визе соглашается, но никто не вызывается, кроме троих новичков и Васи, обманутого обещанием мяса. Вебер замечает толчок 509-го и силой добавляет его и Бухера в список. В канцелярии 509-й и Бухер отказываются подписать бумагу о добровольном согласии. Вебер избивает их, но Нойбауер, желая унизить Вебера, отменяет казнь и назначает двое суток бункера. Оба остаются живы, хотя понимают, что это лишь отсрочка.

Глава седьмая

Двое узников, 509-й и Бухер, выходят из бункера после тридцати часов полуобморочного состояния. Их выносят к крематорию, где эсэсовцы готовы отправить их в печь, но писарь приносит приказ коменданта отправить их в Малый лагерь. Носильщики несут их через лагерь; весть о том, что двое отказались подписать бумагу для врача и остались живы, распространяется среди заключённых. Левинский и Гольдштейн обсуждают значение их выживания. В бараке Бергер ухаживает за ранеными. Ночью Левинский приносит медикаменты, сахар, сигареты и обрывок газеты с сообщением о переходе американцев через Рейн у Ремагена. Новость вызывает волнение; 509-й прячет газету. После драки из-за сигарет, которую Бергер прекращает криком «СС», 509-й засыпает, думая о Рейне.

Глава восьмая

Лебенталь ищет Бетке в переполненной уборной и умывальнике, где заключённые торгуют едой. Он становится свидетелем ссоры Бетке с молодым Людвигом и упитанным «кухонным кобелем», который кормит юношу. Бетке ревнует, но не решается драться из-за связей противника. Лебенталь использует эту сцену, чтобы поднять цену за золотую коронку Ломана. В итоге Бетке соглашается отдать за неё собаку, нож и хлеб.

Вечером пьяный староста Хандке избивает Вестхофа до смерти. Бухер хочет вмешаться, но 509-й удерживает его и объясняет цену безрассудной храбрости. Позже 509-й отдаёт Бухеру хлеб для Рут. Бухер относит его девушке и обещает, что они выберутся. 509-й засыпает, укрытый куртками с трупов.

Глава девятая

Город бомбят, и Нойбауер теряет свою табачную лавку и редакцию газеты, оценивая убыток в сто тридцать тысяч марок. Он в отчаянии, но пытается сохранить веру в фюрера и чудо-оружие. Дома его жена Сельма требует перевезти семью в лагерь, где он командует, чтобы спастись от бомбёжек. Нойбауер не хочет, но под давлением дочери соглашается. Затем он срывает злость на русском пленном, избивая его, и едет на партийное собрание, где шофёр сообщает о гибели матери и сомневается в войне.

В Малом лагере заключённый по кличке 509-й встречается с Левинским из Большого лагеря. Они договариваются о взаимопомощи: Большой лагерь будет снабжать едой, а барак 509-го — прятать нужных людей. Левинский расспрашивает о надзирателях и враче Бергере, который станет связным. После разговора 509-й сообщает товарищам, что у них снова есть связь и цель. Они получают хлеб и чувствуют надежду.

Глава десятая

Нойбауер, комендант лагеря, обсуждает с Вебером секретное распоряжение о составлении списков опасных политических заключённых. Они договариваются оформить часть узников как выбывших, сократить питание и заставить оркестр играть после поверки. Вебер получает орден и понимает намёки начальника.

Тем временем колонна заключённых возвращается с расчистки медного завода. Левинский и Вернер прячут найденные в развалинах части оружия, которые, вероятно, подбросили городские рабочие. По дороге они встречают немецких беженцев, покинувших разрушенный город; узники невольно выпрямляются и идут строевым шагом. У ворот объявляют обыск, но Гольдштейн, притворившись умирающим, отвлекает внимание и проносит оружие в лагерь. Эсэсовцы решают не обыскивать эту команду, и узники проходят внутрь, сохранив тайник.

Глава одиннадцатая

В лагерь прибывает новая партия заключенных — около полутора тысяч человек. Эсэсовцы развлекаются, наблюдая за обессилевшими узниками, которые ползут к воротам; отставших расстреливают. Регистрация длится часами, люди падают замертво. Новоприбывших раздевают, прогоняют через дезинфекционный чан и выдают одежду, снятую с мертвых. Во время ложной воздушной тревоги лагерное начальство обсуждает, что делать с новыми заключенными.

В Малом лагере ветераны во главе с Бергером и 509-м делятся с новичками баландой и устанавливают порядок. Левинский сообщает, что эсэсовцы планируют быстро «сбыть с рук» новеньких. Ветераны решают предупредить только Зульцбахера и Розена, чтобы не рисковать собой. Ночью один из новоприбывших умирает; его выносят из барака.

Глава двенадцатая

Шарфюрер Ниманн проводит отбор среди новоприбывших в Малом лагере. Он выманивает больных и слабых, а остальных заставляет бегать по кругу, пока те не падают; упавших грузят в грузовик и увозят в блок 46, откуда не возвращаются. Заключённый по кличке 509-й тайком вытаскивает из бега обессилевшего Розена и прячет его в бараке. Зульцбахер, пытаясь поднять упавшего, избивает его — это оказывается его брат.

Вечером Хандке, староста блока, замечает, что 509-й не был записан, и грозится донести. 509-й пытается подкупить его двадцатью марками, затем обещает половину швейцарского вклада, но Хандке отказывается и уходит. 509-й ждёт смерти, отсчитывая минуты по часам. Однако время идёт, и Бергер сообщает, что, возможно, Хандке передумал. 509-й возвращается к жизни, но страх перед завтрашним днём остаётся.

Глава тринадцатая

Бергер работает в подвале крематория: он вырывает у мёртвых золотые зубы и сдаёт их капо. В этот день туда приводят шестерых политических заключённых, среди которых прокурор Моссе и социал-демократ Бреде. Их вешают на крюках, и Бергеру приходится снимать трупы и осматривать их рты. Позже он отдаёт очки Моссе капо Драйеру, намекая, что оправа из белого золота. У забора Рут Холланд и Бухер говорят о свободе; дрозд погибает, задев проволоку под током. 509-й противостоит Хандке, который шантажирует его деньгами, и получает отсрочку. Левинский передаёт ему наган, и 509-й прячет оружие, ощущая, как в нём просыпается воля к жизни. В конце он называет себя Фридрих Коллер.

Глава четырнадцатая

В лагерном бараке умирающий Аммерс требует католического священника для исповеди и в припадке обвиняет евреев в своих бедах. Сокамерники пытаются его успокоить. Зульцбахер порывается искать священника, хотя это смертельно опасно, и остальные связывают его. В конце концов находят Хелльвига, заключённого, знающего латынь, который выслушивает покаяние Аммерса. Тот успокаивается, просит прощения у всех, особенно у Лебенталя, и вскоре умирает. Позже узники наблюдают за зайцем в поле, мечтая о еде, но часовые вспугивают зверька выстрелами. Вечером Бергер и 509-й обсуждают шантаж Хандке, требующего переписать на него швейцарские деньги 509-го. Выясняется, что никаких денег нет — 509-й всё выдумал, чтобы выиграть время. Они решают инсценировать его смерть, а пока он переписывает на Хандке лишь часть суммы.

Глава пятнадцатая

Заключённых из лагеря впервые выводят на расчистку разрушенных кварталов в самом городе. Среди добровольцев — Левинский, Вернер и больной Гольдштейн, которые таким образом надеются укрыться от преследования эсэсовцев. Во время работы собака привязывается к заключённому 7105, что едва не приводит к трагедии: капо пытается её отогнать, но эсэсовец заступается за узника и унижает капо. Начинается воздушный налёт: заключённых держат под открытым небом, некоторых убивают, стена заваливает четверых. После бомбёжки узники откапывают бомбоубежище и спасают людей, хотя Гольдштейну становится плохо. Тем временем эсэсовец Нойбауер обнаруживает свою фирму разрушенной, встречает прежнего владельца-еврея Бланка, дарит ему сигару, а затем его магазин сгорает; Бланк впервые улыбается и ломает сигару.

Глава шестнадцатая

В крематории Бергер вступает в опасную конфронтацию с капо Драйером, угрожая ему разоблачением пропажи золотых вещей и фальсификации списков. Блеф Бергера срабатывает: Драйер отступает, после чего Бергер обрабатывает его фурункул йодом, ссылаясь на трупный яд, и заключает с ним сделку. Драйер соглашается подменить данные о трупе, чтобы официально «умер» заключённый 509-й. Бергер совершает двойную подмену, запутывая следы. Позже в Малый лагерь приходит Гольдштейн, сообщая 509-му, который теперь живёт под именем Флорманн, новости о наступлении союзников и о растущем сопротивлении в лагере. Ночью 509-й размышляет о своём положении, ожидании и страхе перед Хандке. Агасфер сообщает ему о смерти овчарки.

Глава семнадцатая

В лагерь Меллерн неожиданно прибывает партия евреев со всей Европы, которых должны были отправить дальше. Из двух тысяч в живых остаётся около пятисот. Нойбауер и Вебер решают продержать их одну ночь в Малом лагере, не регистрируя. Утром заключённые отказываются покидать плац, понимая, что их везут на смерть. Побои не помогают. Тогда Вебер приказывает прикатить полевую кухню с кофе; голодная толпа бросается к еде, и её удаётся выманить и построить для отправки. Трое беглецов прячутся в бараке, но Вебер находит их и уводит. После этого он допрашивает обитателей барака, а Хандке угрожает Бергеру, подозревая, что тот знает больше, чем показывает.

Глава восемнадцатая

Утром лагерь окутывает густой туман, и начинается бомбёжка. Обитатели барака 22 в панике выбегают наружу, несмотря на предупреждения Бергера и Левинского. Эсэсовцы покидают вышки, но стреляют по беглецам; двое заключённых погибают. После налёта Левинский сообщает Бергеру, что Хандке убит — его прикончили под шумок, вместе с двумя другими опасными надзирателями. Левинский также приносит оружие, украденное из повреждённого арсенала, и прячет его. Выясняется, что бомбёжка нанесла урон эсэсовцам и крематорию, но лагерь остаётся под контролем. Вечером у Бергера случается кровотечение из желудка, он слабеет. Левинский говорит 509-му, что через две недели ожидается освобождение лагеря и передача власти заключённым. 509-й размышляет о будущем, о потерянном прошлом и о том, что жить — значит выбраться отсюда. Ночью гроза, Бергер спит, а 509-й сторожит спрятанный наган.

Глава девятнадцатая

Сельма Нойбауер убеждает мужа Бруно продать всё имущество и вложить деньги в драгоценности, которые можно спрятать или увезти. Она показывает тайно купленные украшения и предлагает переписать дом и землю на дочь Фрейю. Бруно сначала злится, обвиняя жену в трусости и измене, но потом смягчается и обещает подумать, хотя на самом деле не собирается этого делать. Сельма понимает, что он не изменится, и вспоминает свою прошлую жизнь, включая еврея, который хотел на ней жениться.

В лагере 509-й подслушивает разговор Вернера, которого считал погибшим. Вернер, Левинский, Гольдштейн и Бергер обсуждают планы сопротивления после войны. 509-й узнаёт Вернера, и они обмениваются колкостями, вспоминая прежние политические разногласия. Позже группа заключённых спорит о мести: Майерхоф требует возмездия, Розен хочет только выжить, а Агасфер сомневается в смысле мести. Они обсуждают слухи об эвакуации и вспоминают прошлое.

Глава двадцатая

Утром после грозы заключённые слышат далёкий гул: 509-й понимает, что это артиллерия, и фронт близко. При этом известии Гольдштейн умирает от инфаркта. Днём рабочую команду впервые ведут в старый город, где они откапывают из-под развалин трупы эсэсовцев, включая обергруппенфюрера Дитца; его кладут на старинную дверь с изображением Моисея. В лагере ходят слухи, появляется новый староста-политический. Вернер и 509-й спорят о будущем: коммунист предрекает свою власть, 509-й отвечает, что любая тирания обречена. Бухер утешает Рут, которая признаётся, что её оставили в живых для солдатского борделя. Он убеждает её, что унижение не запятнало их, и они решают ждать освобождения вместе.

Глава двадцать первая

Нойбауер возвращается домой и находит письмо от жены Сельмы: она уходит, забирая дочь Фрейю и все ценности. Он в ярости и растерянности, но быстро понимает, что она опустошила тайники, забрала меха, драгоценности и ценные бумаги. Его охватывает страх перед приближающимся фронтом, он пытается заглушить его водкой и самооправданиями. Затем он едет в лагерь, где отдает распоряжения улучшить вид: раздать чистое бельё, посадить цветы, играть оркестру. Заключённые тем временем запугивают нового старосту блока, защищая товарища. Нойбауер успокаивается иллюзией, что подопечные довольны, и не замечает реальности. Он остаётся один, с нарастающим страхом, но тешит себя мыслью, что не совершал преступлений.Нойбауер возвращается домой и находит письмо от жены Сельмы: она уходит, забирая дочь Фрейю и все ценности. Он в ярости и растерянности, но быстро понимает, что она опустошила тайники, забрала меха, драгоценности и ценные бумаги. Его охватывает страх перед приближающимся фронтом, он пытается заглушить его водкой и самооправданиями. Затем он едет в лагерь, где отдает распоряжения улучшить вид: раздать чистое бельё, посадить цветы, играть оркестру. Заключённые тем временем запугивают нового старосту блока, защищая товарища. Нойбауер успокаивается иллюзией, что подопечные довольны, и не замечает реальности. Он остаётся один, с нарастающим страхом, но тешит себя мыслью, что не совершал преступлений.

Глава двадцать вторая

В лагере заключённые узнают, что по приказу Вебера в этот вечер ужина не будет ни у кого. Ветераны собираются у барака, обсуждают вражду между Вебером и Нойбауером и пытаются поддержать друг друга разговорами о жизни после освобождения. Левинский приносит немного хлеба и моркови и предупреждает о подготовке этапа на две тысячи человек. Бергера, которому угрожает опасность, прячут в лазарете, переодев в одежду снятую с трупа. Тем временем шарфюрер Бройер в бункере мучает заключённого Люббе, объявляет ему, что из-за приближения вражеской артиллерии тот должен умереть, и убивает его молотком. После этого он идёт пытать другого узника, чтобы услышать мольбы и восстановить своё удовлетворение.

Глава двадцать третья

В лагере заключенные замечают, что охрана исчезает, а самолёт союзников покачивает крылом над ними — это первый знак, что о них помнят. 509-й, увидев своё отражение в луже, впервые осознаёт, как состарился за годы неволи, и задаётся вопросом, хватит ли у него сил на жизнь после освобождения. Комендант Нойбауер готовится сдать лагерь с воинскими почестями, репетирует перед зеркалом и пытается обелить себя, увеличив рацион. Вебер, напротив, собирает надёжных людей, чтобы в последний момент подставить коменданта. Подпольное руководство лагеря срывает перекличку и отправку партии, пряча заключённых. К вечеру вышки пусты, слухи о скором приходе американцев подтверждаются, и узники впервые выходят к проволоке без страха.

Глава двадцать четвертая

Ночью пьяные эсэсовцы во главе с Вебером устроили резню в лагере: они расстреливали заключённых и подожгли деревянные бараки. 509-й спрятался среди трупов, затем выстрелил в Вебера и ранил его, но сам получил смертельное ранение. После ухода эсэсовцев заключённые тушили пожар и выносили раненых. Вебер уполз за груду трупов, и 509-й, умирая, наблюдал, как тот сгорает заживо. Затем 509-й умер от потери крови. Его нашли Бухер и другие, решившие, что он застрелил Вебера. Лагерь перешёл под управление заключённых, появились американские самолёты и танк. Бергер, оперировавший раненых, осознал, что снова способен работать врачом.Ночью пьяные эсэсовцы во главе с Вебером устроили резню в лагере: они расстреливали заключённых и подожгли деревянные бараки. 509-й спрятался среди трупов, затем выстрелил в Вебера и ранил его, но сам получил смертельное ранение. После ухода эсэсовцев заключённые тушили пожар и выносили раненых. Вебер уполз за груду трупов, и 509-й, умирая, наблюдал, как тот сгорает заживо. Затем 509-й умер от потери крови. Его нашли Бухер и другие, решившие, что он застрелил Вебера. Лагерь перешёл под управление заключённых, появились американские самолёты и танк. Бергер, оперировавший раненых, осознал, что снова способен работать врачом.

Глава двадцать пятая

Альфред приводит американских солдат к сараю, где прячется комендант лагеря Нойбауер. Тот пытается сохранить офицерский вид, требует китель, но его заставляют убирать трупы из сожжённого барака. Заключённые молча смотрят на него, не проявляя насилия. Освобождённые узники моются в тёплой воде, получают чистую одежду и отдельные койки, с трудом веря в реальность свободы. Товарищи хоронят 509-го на месте барака 22. Розен в ярости ударяет лопатой бывшего эсэсовца, но его удерживают. Лагерь пустеет: одни уходят искать близких, другие остаются, не зная, куда идти. Зульцбахер отправляется в Дюссельдорф, Лебенталь — в город затевать коммерцию с сигаретами, Агасфер и Карел уходят с американцами. Бергер говорит Бухеру, что нельзя превращать память в культ. Бухер и Рут покидают лагерь, идут через луг к белому домику, который оказывается разрушенным бомбой — уцелел лишь фасад. Они устраиваются в уцелевшей кухне, находят матрацы и печь. Рут, увидев в зеркале своё измождённое лицо, бросает осколок в огонь. Вечером они сидят на пороге, чувствуя себя первыми людьми на земле.